Ехала карета по чёрному мосту - Ольга Ленская

- Да, я знаю. Но давай сначала вернёмся в тот вечер, пять лет назад. Если ты не против. О чём вы говорили с Антоном? Я имею в виду – в самом начале, когда встретились с ним в разрушенном доме.

- Я не помню точно. Я хотел вызвать ему «скорую», а он отказался. Сказал, что его рана неопасна... всё крутилось вокруг этого.

- Он сказал что-нибудь о себе?

- Нет... я не помню. Кажется, нет.

- Просил о чём-нибудь?

- Нет... То есть, да. Я отдал ему свои очки.

- Очки?

- Да. У меня были тёмные очки, он их попросил.

Сергей откинулся на спинку стула и рассмеялся.

- Ну конечно! Очень трогательный юноша. Вадим, эти очки – они, случайно, не зеркальные были?

- Нет... обычные.

- Стёкла большие и не слишком выгнутые? В них можно было смотреться?

- Да... – Вадим вспомнил, как Антон и правда смотрел на своё отражение в стёклах очков. – А что?

- Ничего, Вадим. Просто один важный психологический момент.

- Я не понимаю.

Сергей тяжело вздохнул, снова внимательно глядя на дым сигареты.

- Антон подействовал на тебя... не лучшим образом. Это такое особое состояние, когда один человек может передать другому свои мысли. Ладно, позволь спросить тебя ещё кое о чём.

Вадим вопросительно на него посмотрел.

- Когда тебя сбила машина, Антон был рядом?

- Вы и это знаете...

- Вадим, я же предупредил, что многое о тебе знаю. Впрочем, самое важное я выяснил, теперь нам с Максимом надо посовещаться. Посоветоваться насчёт методов лечения. Только я должен сказать тебе ещё кое-что... – Сергей на какое-то время задумался, потом заговорил и при этом создавалось впечатление, что он тщательно подбирает слова, от чего Вадиму почему-то вновь стало неуютно. Но, пока Сергей говорил, это чувство постепенно перерастало в реальную тревогу. – Видишь ли, ситуация, в которой ты оказался, имеет не только психологический аспект. А ещё и, можно сказать, криминальный. Тебя никто ни в чём не обвиняет, на этот счёт ты можешь быть спокоен, но ты... как бы это сказать... оказался не в том месте и не в то время.

- То есть, я видел что-то?

- Да.

- Но я же не знаю, о чём речь!

- Кое-кто может думать иначе. И заинтересоваться тобой.

- И что мне делать?

- Пока ничего. Просто будь осторожен. Не выходи лишний раз на улицу, дома ты будешь в безопасности. Ни при каких обстоятельствах не разговаривай с незнакомцами. И не отвечай на телефонные звонки. Я имею в виду – не говори с незнакомыми людьми, просто вешай трубку. Договорились?

- Да... не буду.

- Хорошо бы тебе установить со мной связь.

- Через меня! – Максим сказал это так поспешно, что оба едва не вздрогнули, оглянувшись на него. – В случае чего-нибудь странного сразу звони мне. – Максим подошёл к Вадиму и протянул ему картонный прямоугольник с телефоном. – В любом случае звони. Понял?

Вадим неуверенно кивнул. Он чувствовал себя совершенно растерянным. Сергей взглянул на него и улыбнулся.

- Ладно, хватит на сегодня. Иди домой.

- И... что будет?

- Ничего, - Сергей пожал плечами. – Я же сказал, мы посоветуемся с Максимом по поводу методов лечения. И... всего остального. Не волнуйся. Просто будь осторожен.

- Мне правда идти домой?

- Да.

- Сколько я вам должен?

- Что? – Кажется, Сергей сначала не понял вопроса, но потом рассмеялся. – Ты про деньги? Нисколько. Мне не нужны деньги.

- И поэтому вы возите пассажиров по цене маршрутки?

- У тебя хорошая память, юноша! – Сергей снова рассмеялся. – Всё, приём окончен.

Сергей поднялся и быстро вышел из кабинета, не давая Вадиму времени сообразить, о чём он хочет спросить в первую очередь. Вопросы в его голове устроили чехарду, никак не желая складываться в хоть сколько-нибудь упорядоченную картину. Он посмотрел на Максима, но тот поднялся вслед за Сергеем.

- Вадим, я понимаю, что многое тебе показалось странным, но нам с Сергеем правда нужно поговорить. – Он поймал взгляд Вадима и улыбнулся. – Сергей иногда странно себя ведёт и говорит странные вещи, но в своей области он безупречен.

И Максим вышел из кабинета, оставив Вадима в одиночестве.

Сергей стоял у окна, задумчиво глядя на клонившееся к крышам домов солнце.

- Ты мог бы меня предупредить.

- Макс, я же не ясновидящий. Откуда я знал, что за сюрприз меня ожидает? Он ухитрился дважды уйти от меня. Дважды!

- Мне это не нравится. Говорят, бог любит троицу.

- Макс, я не бог. И кровь его мне уже не нужна. Ко всему прочему, этот юноша попал в такую сеть, которую ни в коем случае нельзя рвать.

- Объясни, я не понимаю.

- Я сам не понимаю. Во всяком случае, настолько, чтобы объяснить. Но я не верю в случайности. Этот Вадим – как пущенная стрела. Только я не понимаю, кем она пущена и в кого нацелена.

- Всё-таки попробуй объяснить.

- Когда Вадима сбила машина, она сбила его насмерть. Понимаешь, Макс? Насмерть. Не было никакой клинической смерти. Никакая медицина, никакие приборы, стимуляторы и что там ещё, ничто бы не вернуло его к жизни. С того света его вытащил Антон, он был там, был рядом. И он был его проводником... вывел его обратно.

- Всё-таки я не понимаю. Почему он это сделал?

- Это, как раз, просто. Вадим исполнил его последнюю волю. И заимел себе ангела-хранителя.

- Я не понимаю, - повторил Максим.

- Тёмные очки, Макс. Стёкла, в которые можно смотреться. Антон понимал, что никогда больше не увидит себя живым, что скоро забудет собственное лицо. Самым сильным его желанием тогда было – увидеть себя и попытаться запомнить таким, каким был при жизни.

- Ты хочешь сказать, что отражение...

- Какое-то время остаётся прежним. Тело ведь не сразу разлагается.

- Господи... Антон... – Лицо Максима на секунду стало беспомощным.

- Последняя воля – страшная вещь. Она как ошейник для собаки. Потому Антон и бросился за мальчиком за последнюю черту. Обменялся с ним кровью и использовал эту связь, чтобы вывести его. А плохо то, что они... как бы это сказать...спустились слишком глубоко и вытянули оттуда за собой нечто. И я, хоть убей, не могу понять – что именно. И