Горе - Шиму Киа

начатое, но с большими надеждами на лицах.

— Поздравляю вас, — я подошел к Люсии. — Вы научились руководить своими подчиненными. Это отличное умение в вашем случае.

— Все не без вашей помощи, мистер Ридл! — она пожала мне руку. — Надеюсь, этот праздник удастся!

— Что же в нем особенного?

— Все жители Пивоварни идут на кладбище и устраивают карнавал, дабы почтить память земли своих предков. Устроить им праздник и дать радость в загробном мире, который, на самом деле, очень мрачный и одинокий.

— Вот оно как. Прямо каждый житель?

— Да! — воодушевленно заговорила хозяйка. — Вы бы видели, как город пустеет!

— Ведь кто-то может в барах прятаться?

— В этот день нельзя пить! — грозно промолвила Люсия.

— Да уж, — удивленно произнес я. — Теперь я понимаю, почему этот праздник особенный. День трезвости какой-то.

Хозяйка рассмеялась.

— Так этот праздник называют немногие. Обычно приезжие.

— Все сходится. Дальше вы сами справитесь. На этом и откланяюсь. Я уверен, у вас все получится.

— Спасибо большое! Вы нам так помогли!

— Ваша проблема была не такой уж трудной.

— Увидимся! — будто бы стоя на перроне, махала рукой хозяйка.

— Увидимся, госпожа Люсия.

Я вышел в коридор и тут же услышал чей-то шепот. Сначала он был невнятен, но стоило прислушаться, как отчетливо можно было отличить мое имя.

— Мистер Ридл! — кто-то, скрывшись за чуть приоткрытой дверью окликал меня.

Я подошел. Меня тут же затянули внутрь, предусмотрительно закрыв дверь. Сначала в глазах стояла темень, затем стали проявляться тусклые огоньки, мерцающие на стенах огромной цилиндрической комнаты. Я вернулся в комнату к Пленкам. Передо мной стоял мальчик, держа фонарик. Он обеспокоенно смотрел на меня.

— Что случилось? — ошеломленно спросил я, осматриваясь.

— Кто-то в библиотеке, — испуганно твердила Пленка. Весь его грозный и сильный вид сгорбился, превратившись в подобие большого слона, зажатого маленькой пчелой к углу.

— Конечно, — ответил я, с интересом разглядывая испуганного гиганта, — много кто живет в библиотеке, помимо книг. Там есть птицы, книги, столбы…

— Да знаем мы! — горячо перебил меня мальчик. — Там что-то другое… Страшное…

— Монстр? — в шутку предложил я.

— Да! Самый настоящий! Он сидел на самых высоких полках и бросал вниз книги, — он испуганно дрогнул. Огоньки на стенах тоже шелохнулись, будто бы уносимые дуновением ветра.

— И чем же он тебя, такого сильного гиганта, напугал?

— Он что-то громко и грозно рычал, был больше меня и… И… Уронил прямо на меня книгу! — Пленка сжался.

— Хорошо- хорошо, — я опустил на его огромные плечи свои бледные руки. — Вы хотите, чтобы я разобрался?

— Да, мы видели, как вы помогли госпоже…

— Ладно. Разберемся.

— Спасибо вам, мистер Ридл! — мальчик радостно взял мои руки и чуть не раздавил их. Затем, словно стая птиц, подхватившая мотив одной, раздавались радостные вздохи остальных Пленок, спрятавшихся в глубине своих кроватей, но любопытно поглядывающих своими детскими лицами из-за простыней. Вот спустился один гигант, за ним второй, и так целая толпа огромных великанов окружила меня, стараясь благодарно обнять своего маленького и слабого спасителя.

Я попытался выбраться из объятий грубой ласки, но у меня ничего не получилось. Сквозь невероятное сжатие произнес своим хриплым и умирающим голосом:

— Я так не смогу ничего решить…

Пленки тут же отступили, поправили мою одежду, поставили на ноги и построились в ряд, сделав коридор прямо к двери. Это было даже жутко: сотни гигантов уставились прямо на меня, и в темном свете тусклых фонариков не видно было их лиц. Будто бы меня окружили массивные карикатуры на Лувра, стоящие в темном дворце страшного короля. Я медленно пошел прямо к двери. Коридор позади меня превращался в толпу, нервно следовавшую за мной. Когда я подошел к двери, один из Пленок вежливо открыл передо мной дверь. Тогда яркий свет коридор дал мне ясность в лицах великанах: они волновались не только за себя, но и за меня. Кивнув в знак благодарности мальчику, я вышел в коридор, а дверь позади захлопнулась.

Давно я не спускался обычным выходом на верх библиотеки. Туннель уже как-то вошел у меня в привычку. Огромная кольцевая платформа, охватывающая молчаливые и грозные столбы, полные падающих книг, продувалась буйным ветром, который грустно и одиноко выл в этом сыром и масштабном здании. Рядом с перилами, в одной точке, было как-то слишком много разбросано книг. Подойдя, я увидел длинную лестницу, что уходила в темноту верхних полок столба. Оттуда на меня свалилась книга. Я успел увернуться и услышать, как вдогонку кто-то раздраженно проговорил: «Бред!».

— Что за монстр там сидит? — крикнул я, и мой голос страшной волной спустился вниз. Шуршание на верхних этажах прекратилось. Затем лестница затряслась, и кто-то быстро скатился с нее вниз. Мужчина в пальто ловко упал на пол и встал на ноги. Это был Лувр.

— Отношение ко мне переросло до стадии «Монстр»? — его голос звучал бодро, но видно было, что человек все еще находится головой в своих раздумьях.

— Это ты пугаешь Пленок?

— Они сами себя напугали. Я им говорил, что не стоит волноваться, но они только испуганно убегали. Тупоголовые детеныши.

— Ты просто по голосу похож на страшный ворчливый дуб или на жуткий рев автомобильного двигателя, который не осматривали век, — Лувр вдруг опустился и стал листать лежащую на полу книгу.

— Мой голос называли по-разному, но так живописно еще ни разу. Видна писательская замашка, — безликий раздраженно отбросил книгу вниз. Та тихо, постоянно ускоряясь, улетела в глубины пещеры знаний.

— Не стоит тебе так обращаться с книгами. Они- кладезь культуры человечества, — я оперся о шаткие перила.

— Тебе не стоит так надеяться на это древнее декоративное изделие, служащее ради спасения людей от глупого падения.

— Я ведь не случайно на них опираюсь.

— Оттого ты намеренно туда и прыгнешь и будешь бессмысленно винить непрочность конструкции.

— Что же ты тут делаешь?

— Достигаю цели, — перебирая лежащие книги и бросая их вниз, отвечал Лувр.

— И какими способами ты это делаешь?

— Создаю основу своего расследования.

— Что же ты ищешь среди всех этих книг?

Безликий встал и посмотрел на меня.

— Знаешь, зачем Атану были на самом деле те запертые книги? — он произнес это серьезно и грозно.

— Говори, — я отошел от перил и посмотрел на него.

— В тех книгах скрывался способ убить меня.

— Избавиться от фотографии?

— Именно. В тех романах таится подсказка, которая может привести ко всем частям моего снимка.

— Так почему же Атан этого не нашел?

— Он бы никогда не смог этого сделать. Потому что о том, что фотография поделена на части из живых знаем лишь я, а теперь и ты. До этого был Ньепс,