Танец со зверем - Вера Добрая

и даже понятия не имела, куда и зачем меня везли. Потом Руслану позвонили, и он обсудил несколько рабочих моментов с неким Асланом. Особо не присушивалась, но, кажется, речь шла о поставке очередной крупной партии какого-то товара.

Тем временем мы миновали черту города и помчались по пустынной слабоосвещённой дороге в неизвестность. За то время, что мы не виделись, охраны у Руслана заметно прибавилось. Раньше он не ездил окружённый кортежем из пяти машин…

Понимала, что Руслан специально делал вид, будто я пустое место, но начинать откровенный разговор не спешила. Да и стоило ли это делать? Ничто не отменит тот факт, что я стреляла в него по указке Дениса и таинственного конкурента Дикаева.

А потом начались реальные испытания для моей нервной системы, ведь Руслан, порешав рабочие моменты, принялся трепаться по телефону с одной из своих шлюх. Сучка заливалась соловьем о своей любви, а Руслан не скупился на комплименты и предавался воспоминаниям касаемо их недавнего бурного свидания. Хотелось с диким ревом кинуться на блондина и выцарапать ему глаза, но я продолжала тихо сидеть на месте, кусая губы до кровавых ран и пытаясь тем самым сдержать рвущиеся рыдания наружу.

Влюблённым голубкам откровенного разговора оказалось мало, и подружка начала заваливать Руслана своими фотографиями. Я взглянула на экран лишь мелком и, увидев обнажённую блондинку с широко разведенными в стороны ногами, отвернулась, брезгливо скривив лицо. Суке было чем хвалиться! Наверняка какая-нибудь модель или актриса, хотя мне было плевать на сферу ее деятельности. Хотелось просто переломать гадине конечности и повыдирать абсолютно все волосы на голове!

– Эх, хороша сучка, жаль, что в отъезде, – выдохнул Дикаев и демонстративно коснулся внушительного бугра в районе ширинки.

Мужчина отшвырнул телефон в сторону и посмотрел на меня затуманенным от возбуждения взглядом.

Это было больно. Очень. А ещё невыносимо унизительно.

– Давай, Киса, помоги мне снять напряжение, – похлопал ладонью по своему паху, поудобнее устраиваясь на сидении, а я едва не задохнулась от вспыхнувшего внутри возмущения.

– Что? Пошёл ты к черту, Дикаев! – взвизгнула и тут же поплатилась за это.

Мужчина больно схватил меня за волосы на затылке и дёрнул на себя, заставляя упереться лицом в грубую ткань джинс. Таким жестоким я его не знала и поэтому испуганно начала упираться руками мужчине в живот, пытаясь отстраниться, но силы были явно не равны.

– Ты будешь сосать тогда, когда я этого пожелаю, Кисонька, – прошептал и, продолжая удерживать мою голову, свободной рукой принялся расстёгивать ширинку.

– Пожалуйста… не надо… не так… – очередная порция слёз вырвалась наружу, но Руслану было плевать на них.

– Теперь это будет только так, любимая, – хрипло прошептал и ткнулся налитой кровью головкой мне в губы. – Соси!

Запах любимого мужского тела моментально вскружил голову и заставил вопреки всему промежность увлажниться. Я хотела вновь ощутить вкус Руслана на языке, жаждала подарить ему сладкие моменты удовольствия, но гордость взбунтовалась внутри, не позволяя быть игрушкой в лапах злобного зверя.

– Если не отпустишь меня, клянусь, что откушу твой член… любимый, – прошипела сквозь стиснутые зубы.

– Не сумеешь, Киска. Я сверну твою хрупкую шейку раньше, чем ты успеешь воспользоваться своими зубками, – усмехнулся, заставляя голову откинуться назад и посмотреть ему в глаза.

– Сверни, Руслан. Убей! Лучше умереть, чем терпеть подобное отношение.

– Я бы с радостью это сделал, но, увы, не могу, – выдохнул и, приподняв мою голову, впился в губы страстным поцелуем, от которого моя гордость тут же замахала огромным белым флагом.

Хватка на затылке ослабла, но я не отстранилась, а напротив ещё сильнее набросилась на Руслана, оседлав его. Целовала в ответ так, что челюсть хрустела, не обращая внимания на боль от кровавых ран на губах. Дурацкие штаны мешали, не давая слиться с любимым в одно целое, и Дикаев быстро избавился от этой помехи, разорвав тонкую ткань брюк пополам. Та же участь постигла и трусики, а затем и рубашку с бюстгальтером. Мужчина громко рычал мне в губы, не переставая целовать и превращать мою одежду в бесполезные клочки, а я нетерпеливо ерзала у него на коленях, сходя с ума от ожидания. В данный момент было плевать абсолютно на всё. Я очень сильно истосковалась по любимому телу и должна была получить его снова, несмотря на то, что прошлого уже не вернуть и наша больная любовь была обречена.

Глава 64. Руслан

Эротические фотки Даниэллы не будили во мне ничего похожего на желание, а вот сгоравшая от ревности девчонка, которая кусала губы и сжимала кулачки, напротив заставляла член упираться в ширинку, а яйца болеть. Зверюга внутри осуждал мои действия, и его страдания истинной не воодушевляли, но он не пытался взять надо мной верх, боясь причинить вред своей самочке.

Хотел унизить, но снова дал слабину и поддался соблазну. Коснулся сладких губ и окончательно потерял контроль над ситуацией. Одежда мешала, не давала возможности насладиться гладкостью кожи, красотой изгибов, теснотой тела… и я за секунду разодрал шмотки Жени в клочья. А потом приподнял за бедра и рывком опустил на себя, погружаясь в истекающее влагой лоно до самого основания. Девушка вскрикнула и вцепившись как раньше коготками мне в плечи откинула голову назад и ритмично задвигалась. Это был кайф в чистом виде. Не передаваемые эмоции, которые я уже и не надеялся ощутить вновь.

Мы вели себя как сорвавшиеся с цепи звери. Я одурманенный страстью не заметил, как выпустил когти и впился ими в бедра любимой, но та не испугалась и не закричала от боли, она продолжала двигаться, царапая мои плечи и кусая губы. Вела себя как настоящая дикая кошка, и я дурел от этого еще сильнее.

В местах появления шерсти кожа ощутимо защипала, и зверь стремительно вырвался наружу, демонстрируя девушке свое истинное лицо. Я не отличался красотой, имея возможность лишь на частичную трансформацию, поэтому попытался взять себя в руки, но упрямый зверюга отказывался убираться восвояси и, злобно зарычав, сомкнул челюсть на плече истинной, в очередной раз присваивая ее себе, теперь уже оставляя на плече не просто знак принадлежности, а брачную метку, которая исчезнет лишь в случае моей смерти.

Оторваться было невозможно, но запах крови немного привел в чувства. Пелена рассеялась из глаз, и я ужаснулся, увидев израненное тело любимой. Женя смотрела на меня широко распахнутыми глазами, в которых на удивление не было страха.

– Прррости, – рыкнул, всё ещё находясь в облике монстра, и попытался столкнуть с себя девушку, но