Ты студент, Гарри - Сергей Викторович Вишневский

тому же надо провести клинические испытания на людях и составить методику и подход лечения. Дел еще уйма, и все они требуют повышенного внимания, точности, а также полной секретности.

– На счет секретности – не имеет смысла. Более того, слух без официальных заявлений нам на руку, – пожал плечами Георгий. – Можно хорошенько местных агентов потрясти.

– А ритуал просто закатать в бетон, – пожал плечами Гарри. – Центральную руну вывести наружу, а остальное в бетон.

– Как в бетон? – нахмурился профессор.

– Мы с Елизаветой Сергеевной уже пробовали, – хмыкнул Гарри. – Так переделывать ритуал не надо. Одну руну на группу крови, а вторую на резус фактор только меняешь и всё. Как кубики вставлять нужную.

Старичок покосился на подчиненную.

– Да, на счет деятельности лаборатории, – произнёс глава тайной канцелярии, от чего старичок тут же дернулся. – По результатам наших проверок у нас есть предложение по организации отдельной лаборатории под эти исследования.

– К-к-каких проверок? – произнёс Лев Дементьевич.

– Которые проводились на протяжении последних двух недель, – пожал плечами Георгий и покосился на Александра.

Император хмыкнул и со вздохом спросил:

– Предложения?

– Считаю необходимым создания отдельной закрытой лаборатории с закрытой больницей. Продолжим испытания уже на людях и постараемся максимально долго держать эффект секретности. Поначалу будем брать простолюдинов, а как отточим техники, будем браться за аристократов. Естественно, не бесплатно. Для простолюдинов будет минимальный и подъемный ценник, а основная финансовая нагрузка ляжет на состоятельных людей.

Император поджал губы и кивнул.

– Думаю, это отличный подход…

– Дети, – вмешался Гарри. – Дети и заслуженные лица государства должны проходить бесплатно.

Глава тайной канцелярии взглянул на брата и, дождавшись его кивка, согласился:

– Да, думаю это будет справедливо. В качестве главного специалиста предлагаю самого разбирающегося в технике человека…

– Я еще в школе учусь! – тут же возмутился молодой некромант.

– Я про Зайцеву Елизавету Сергеевну, – кивнул в сторону женщины Георгий. – А по поводу больницы – можно взять за основу детский интернат в Домодедово. Там вполне приличное строение и хорошая территория. Есть где развернуть строительство, если понадобится. Доработка помещения опять же минимальна.

Император обвёл взглядом собравшихся.

Профессор сидел мрачнее тучи, Георгий с деловым видом, Зайцева растерянно хлопала глазами, а Гарри улыбался до ушей.

– Гарри, – произнёс Александр. – Исключительно по моей доброй воле я выделю тебе пять процентов от будущей прибыли этой затеи. Более того, я даю тебе право на указание твоей фамилии в названии принципа лечения.

– За такую честь, конечно, спасибо, – добродушно вздохнул парень. – Но пять процентов… Нет, не поймите меня неправильно. Я не жадный, но… это как-то даже несмешно.

Александр выразительно взглянул на Георгия.

– Гарри, вы вчера с Наумовой в парке у набережной были… – проговорил глава тайной канцелярии.

– Что? Сильно нашумели?

– Про то, что столб света, уходящий в небеса, видел весь город, смысла говорить нет, – хмыкнул Георгий. – Только ты бы подумал, куда этот столб бил.

– Что? Мы самолет сбили?

– Сбили бы самолет – просто так бы не отделались, – недовольно проворчал император.

– Я всё понимаю, – недовольно проворчал Георгий. – Молодые, горячие, но думать-то надо было!

– Ну, мы же ничего такого не натворили. Ну, ударил столб света в небо, ну…

– Спутник, Гарри. Вы двое умудрились сбить спутник, – оборвал его глава тайной канцелярии, смотря, как закашлялся молодой некромант. – Морион-8 должен был считывать магический фон в центральной полосе континента и захватывать южную часть Северной Америки. Ты представляешь, сколько стоит изготовить спутник на артефактной основе? А сколько стоит его отправить на орбиту?

– Ну, так… – взял в себя в руки Гарри. – Пять процентов, так пять процентов. А название… Вот Зайцева напрямую участвовала, так пусть и будет подход Зайцевой…

– Мрак… полный мрак, – вздохнул Георгий.

– Подход Зайцевой-Мрак, – хмыкнул император. – А неплохо ведь звучит.

– Тогда уж «Мрачного зайца», – хмыкнул младший брат и взглянув на императора пояснил: – Пусть островные шпики голову поломают.

* * *

Семён Аркадьевич отложил папку со срочным донесением от службы безопасности и вздохнул, после чего поднял взгляд на супругу.

– Всё так плохо?

– Нет. Это хорошо, но не для нас, – сморщился супруг и потянулся к чашке с чаем. Взяв её, он пригубил и кинул взгляд на задумчивую дочь, что без особого удовольствия ковыряла вилкой кусочек пирожного. – Наумовы сорвали первый куш.

Дарья хмуро взглянула на отца.

– Тот столб света вчера был выбросом Наумовой. Сказать, кто инициировал этот выброс?

Даша молча опустила взгляд на свою блюдце.

– Дорогой, перестань, – надавила супруга. – Мы уже это обговорили. Она сама всё решит.

Глава рода Демидовых вздохнул.

– Я не хочу ее заставлять. Не хочу ни к чему принуждать, но мы Демидовы. Наше слово крепче камня. Именно поэтому мы ими не разбрасываемся. Именно поэтому нам не надо плясать и крутить интриги вокруг наших компаньонов, доказывая свою правоту и гарантируя выполнение договоренностей.

– Да, но она ещё девочка! Она сказала с горяча, и к тому же у нас есть гарантии молчания…

– Ульяна, – вздохнул глава семейства. – Посмотри на меня и вспомни мои ноги. В своё время я чуть достоинства не лишился из-за данного слова.

– Я помню, – сразу сдулась супруга. – Ты заявил, что удержишь щит против Ярослава Огнева.

– Так вот те ожоги я не сводил специально. Чтобы помнить! Помнить то, что слово Демидовых – кремень. Щит я удержал. Да, не весь, да, ожог ноги до горелого мяса. Но слово я сдержал.

Мужчина перевёл взгляд на дочь.

– Никто ничего не узнает. Не будет никакого позора, но ты-то будешь знать. Ты будешь знать, что один раз слово свое не сдержала. Будешь знать и с этим жить.

– Я… я подходила к нему, – произнесла девушка, не поднимая взгляда от блюдца. – Сказала, что готова выполнить обещание, а он…

За столом воцарилась пауза. Дарья тяжело вздохнула и, с трудом сдерживая обиду и слезы, договорила:

– Он сказал, что не хочет. А вечером он с Наумовой на свидание ушёл. А сейчас ты говоришь, что у неё выброс был. А я знаю, что у неё в детстве уже был первый. Значит, сил у неё будет прорва. И он с ней будет.

– Спокойно, Даш. Спокойно. Мы что-нибудь придумаем и…

– Не придумаем! – отрезала Даша. – Он уже звал меня на свидание давно, а я ему отказала. Вы тогда сказали, что спать с ним и в род тащить его не надо. Можно просто рядом быть. Я и сказала ему всё, что думаю. А теперь получается, что слово я дала, но слово моё ему никуда не упёрлось… – с влажными глазами выпалила Дарья.

– Спокойно, – встала мать со своего места и подошла к девушке,