Точка контроля - Enigma_net

номер агента или мне поискать в картотеке?

Вопрос был нейтральным, но таил внутри подвох. Кира чувствовала, что её неявно прощупывают не только копы, но и вампир. Очень аккуратно, очень нежно, словно она была пугливой девственницей, а он влюбленным мужчиной. Сил закрываться не было. Она терялась во времени, в пространстве, с трудом ухватывая зыбкую нить «здесь и сейчас», норовившую проползти шустрой змейкой сквозь пальцы, снова окунуть в непрошедшее. Кое-как отстранившись от ощущений, она назвала телефон Рейфа, накрепко вбитый в память многократными звонками.

Он ответил сразу. По голосу, доносившемуся из трубки, Кира поняла, что он не ложился и в ближайшее время не собирался. Говорил отрывисто, типично для себя резко, и сыпал вопросами. Потом потребовал к трубке “девушку”. “Девушка” страдальчески вздохнула и приготовилась к экзекуции.

— Только не ори на меня, пожалуйста, мне и так плохо, — сипло попросила и закашлялась.

Вновь пошла носом кровь, и Нэйт, настороженный, как охотничий пес, протянул ей салфетку. Тишина на том конце звонка становилась осязаемой. Копы медленно деревенели.

— Тe condenará en el hígado! (Дьявол тебе в печень!) — рявкнула трубка так внезапно, что шериф вздрогнул. — ¿Qué carajo! ¿Qué coño estás haciendo en Antioch тonto loca!? (Какого черта?! Какого хрена ты забыла в Антиоке, дура чокнутая?) — наконец выразил он всё изумление от узнавания.

Кира закатила глаза и мгновенно об этом пожалела. Стремительная карусель образов и видений вихрем подхватила сознание и уволокла в глубину времен…

… Воняло потом, кровью и смертью. В складках прятались запахи страха, боли и желания убить, но не быть убитым. Последнего, впрочем, было немного. Она поглядела в бархатное, черное небо. Белые камни, за день раскаленные солнцем, не спеша отдавали тепло, прогревая ей спину. Возле одной из статуй сидел тощий котенок и сосредоточенно вылизывался. Меч в руке тянул. Она резко взмахнула им, стряхивая кровь.

— Умар, — позвала в темноту.

Котенок поднял голову и взглянул на нее с недоумением.

— Я не тебе, — она улыбнулась.

Умар появился бесшумно, словно отделился от густых теней на арене.

— Домина, — в его тоне сквозила легкая вопросительная интонация.

— Приведи его, — распорядилась она, осматривая меч. — Сытого.

Умар фыркнул.

— Зачем просить то, что можно взять силой? Отчего домина так добра к рабу?

— Сотрудничать эффективнее.

— Позволь, я объясню рабу, как правильно сотрудничать с госпожой?

— Сама объясню. Веди.

— Да, домина, — хмыкнул Умар растворяясь в ночи.

Она постояла ещё, завернувшись в жаркую ночь, потом скрылась внутри святилища. Зажгла свечи. Шаги прошуршали по мелкой гальке у входа и через несколько секунд замерли. Она обернулась. Вампир со смиренным видом и каким-то неестественно живым лицом стоял неподалеку.

— Ты болен? — спросила она, заметив лихорадочный румянец.

Тот молча покачал головой. Она легко села на каменный стол, больше напоминавший арсенал.

— Не тяни, времени мало.

Губы вампира тронула улыбка. Он обласкал её взглядом. Шагнул к столу, привычно ускоряясь и притянул к себе.

— Нарушаешь обеты, — пробормотал в губы.

— Муж не будет против.

Запахло розмарином и пряными травами. Губы стали сладкими от предвкушения.

Зазвенели падающие на пол клинки, в унисон всхлипнули, сталкиваясь, волны времени. Жадно, горячо лизнули ладони…

… Гудок взорвался громом, сминая другие звуки в комок. На мгновение показалось, что голова сейчас лопнет, не способная вместить их все. Кира сжала её ладонями, будто пыталась удержать, и взвыла от боли.

— Что с тобой?

Она повернулась на голос, каким-то чудом пробивший дорогу к сознанию через визгливый шум в ушах. Сквозь белую пелену точек лицо Рейфа, встревоженное и напряженное, показалось африканской маской. Минута ушла на осознание настоящего.

— Стой, — её голос сорвался на хрип, воздуха не хватало.

— Что?

— Останови!

Он послушался. Резко вильнул в сторону и затормозил у обочины. Кира вывалилась наружу, хватая ртом воздух, кашляя и задыхаясь. Голые ноги мгновенно замерзли. Ладони горели болью, и она сжала в них липкий снег, пытаясь её унять. Стало легче. Пульс бился в виски, раскалывая голову и время. Сердце колотилось в горле, в крови бушевал панический ураган. Кира зачерпнула влажный снег и прижала к лицу. Контраст ощущений медленно вытеснял гремучую смесь общего прошлого и личного прошедшего, заменяя реальностью настоящего. Боль, иллюзорная и реальная, пригасла, подавленная норадреналиновой реакцией. Паника на мягких лапах отступила в тень, как голодная хищница, в любой момент готовая броситься на добычу. Добычей была Кира.

— Что с тобой такое? — спросил Рейф, поднимая её за плечи.

— Плохо, — выдавила она сквозь рваные вдохи.

— Спасибо, Кэп, — огрызнулся он, кое-как усаживая её на переднее сидение. — Посмотри-ка на меня.

Теплые пальцы коснулись подбородка. На ресницы налип снег, мешая разглядеть что-то важное. Кира попыталась стряхнуть его. Руки дрожали. Желто-серые полосы рябили в глазах смешиваясь в кляксы, колебались над сознанием, как туман над землей. Реальность таяла под натиском образов.

— Эй, эй! — встряхнул её Рейф. — Не уплывай опять, всё и так максимально странно.

— Да, странно, — послушно согласилась Кира, чувствуя себя выпотрошенной рыбой.

Рейф посмурнел, фыркнул с досадой.

— Скажи честно — ты обдолбалась чем-то?

— Нет.

— А похоже, — недовольный, он между тем бережно отряхивал её от снега.

— Я в норме, — еле ворочая языком сказала Кира.

— Заметно.

Рейф посадил её ровнее. Поправляя одежду, ненадолго прилип взглядом к надписям на предплечье, потом пристегнул и захлопнул дверцу, лишая возможности снова выпасть в сугроб. Кира прикрыла глаза. До Чикаго ехали в молчании. Она чувствовала тяжелый и беспокойный взгляд Рейфа, пока не задремала…

Нью-Йорк, 2010 год

— Мне не стоит ехать в Чикаго, меня там не любят, — сказала Кира.

— А они почему? — Холл поглядел на неё с усмешкой.

Кира весело фыркнула. Со временем между ними установилось что-то вроде вооруженного нейтралитета. Дружескими эти отношения нельзя было назвать, но издевки постепенно скатились в незлобное подначивание и на этом остановились.

— Не обсуждается, — недовольно отмахнулся Рейф от её возражений

— Агент Камеро, можно на два слова? — Кира кивнула в сторону и выжидающе уставилась на руководителя группы.

В комнате повисла тишина. Кира редко обращалась к нему так официально и до того, как их отношения вышли за рамки рабочих; после это казалось ей ещё более нелепым. Строгий субординационный вопрос озадачил команду.

— В чем дело? — по тону она догадалась, что задержка в обсуждении дела его раздражает, и вникать в подробности её мотивов федерал не настроен.

— Мне не стоит ехать в Чикаго.

— Почему?

— По историческим соображениям.

С минуту Рейф сверлил её взглядом.

— Когда ты успела там побывать? — спросила Наташа, разбивая напряжение. — Я читала твой профайл. Ты всю жизнь прожила в Болгарии, не считая пяти лет учебы в