Точка контроля - Enigma_net

Неподалеку, за незримой чертой официальных представителей штата, стояла смутно знакомая пожилая леди и беседовала со вторым мужчиной в синей форме медика.

— Что последнее вы помните? — отвлек её от созерцания царящей вокруг суматохи первый медик.

Кира поморщилась. Его забота сейчас слегка напоминала пытку. В теле жила мерзкая слабость, мешающая даже отворачиваться от вездесущего запаха нашатыря. Голова кружилась. При резких движениях зрение уходило в спектр, похожий на кошачий — мир делался тусклым, и пятьдесят оттенков серого переставали быть метафорой. Ноги гудели, словно до этого она долго бежала. Бил озноб и мышечный тонус. В груди гнездился тяжелый, болезненный кашель. Скребло горло. Непрерывно хотелось в туалет, но речи о том, чтобы встать, не было — колотило так, что одеяло ежеминутно сползало, и медик придерживал его рукой. Собственная беспомощность злила, но хуже было то, что под корочкой опустошения таилась сильная дезориентация и вкрадчивая, пока тихая боль под поясницей.

— Я не… мне было страшно, — она потерла переносицу, пытаясь внутри памяти докопаться до точки контроля, с которой начался такой оглушительный виток.

Медик, воодушевленный тем, что она реагирует, обернулся к полицейским и помахал рукой, подзывая. Кира с тоской поняла, что сейчас набор вопросов повторится. Подошли сразу два копа, один из них сверкал шерифской звездой.

— Мисс? Как вы себя чувствуете?

— Переохлаждение, обезвоживание. Я бы сказал, что она не ела несколько дней, что и привело к обмороку, — встрял медик, и Кира была ему признательна за избавление от необходимости на ходу придумывать правдоподобную версию.

— Вы помните, почему оказались в лесу в такой одежде?

— В лесу? — тупо переспросила она и только теперь заметила, что события развиваются на дороге возле кромки леса.

Голые ветви скалились неровным забором вдоль дороги. Далеко впереди виднелась подъездная аллейка к новым домам. Окна в большинстве из них не горели, освещен был только большой билборд «Уолш Колман» на повороте. Узнавание в голове щелкнуло так громко, что Кира поморщилась и закрыла лицо руками.

— Какой сегодня день? — из-под ладоней голос её звучал придушено, очень точно отражая состояние.

— Тридцатое ноября наступило семь минут назад, — сказал шериф.

Она глухо застонала, впадая в ужас от содеянного. Неделя! Эта мысль металась в голове, рикошетами сшибая все тщательно выстроенные, понятные рамки логики. Через минуту к ней прибавилась мысль «Как?!» и броуновское движение превратилось в звон потрясения.

— Заключение? — сухо поинтересовался шериф, позволив ей на время выпасть из беседы.

— Травм нет, — быстро отозвался парамедик.

— Укусы, внушение?

— Нет! — возмутился тот с такой искренностью, что Кира даже удивилась. — Дэн, никто из наших никогда бы не тронул!

— Ты это знаешь, я знаю. Федералы не знают.

Кира отняла руки от лица и уставилась на шерифа так, словно он протянул ей волшебную палочку. Эту палочку звали Рафаэль Камеро, и на секунду Кира с тоской представила, что придется выслушать, но альтернатива казалась ещё более печальной.

— Что-то вспомнили? — заметил её изменившееся лицо шериф.

— Агент Камеро, — выжала она из себя спасение. — Я должна ему позвонить.

— В полночь?

В вопросе читалось недоверие, смешанное с нежеланием связываться с федералами и осознанием неизбежности этого. Кира разделяла эти чувства.

— Дэн, — осторожно тронул шерифа за плечо его коллега и выразительно поглядел на неё.

— Извините, я на минутку, — бросил отговорку шериф и отошел в сторону.

Кира смотрела на копов, догадываясь, что они сейчас обсуждают. Программа защиты свидетелей. Наиболее вероятное объяснение, после пробивки по пальцам, которая наверняка уже состоялась и закончилась ничем. Её оживление при упоминании бюро отлично в эту версию вписывалось. Сама версия, принятая как рабочая, снимала с полиции маленького городка проблему в виде потерявшейся в зимнем лесу девицы без документов и необходимости тормошить всех проживающих в городке вампиров на предмет причастности к событию. Меньше всего ей хотелось оставить о себе такое яркое впечатление, однако реальность в этот раз оказалась не слишком пластична. Кира грустно поглядела на руки. Из-под длинной, не по размеру, футболки выглядывали края букв на предплечье.

— Кира, — позвал её медик, пытливо заглянув в глаза, и она вдруг поняла, что он вампир.

Искренне удивилась. Законы не позволяли сменившим статус работать в медучреждениях, и эту норму старались тщательно соблюдать. Ни одному госпиталю не хотелось бесконечно таскаться по судам, оправдываясь за случайное обращение, недостачу плазмы или случаи анемии у персонала.

— Кира, — он снова потеребил её за плечо, но очень аккуратно. — Вы позволите мне немного помочь, чтобы вспомнить, что случилось?

Она едва не брякнула: «через мой труп!», но вовремя удержала слова на кончике языка и лишь покачала головой. Реальность перед глазами замельтешила калейдоскопом событий, вызвав очередной приступ головокружения.

— Я не причиню вреда, клянусь. Просто хочу, чтобы шериф был уверен, что вас не… обидел кто-то из здешних вампиров. Кстати, я Нэйт.

— Дай телефон?

— Позвонить агенту? — хмуро спросил Нэйт, растеряв две трети обаяния.

— Домой. — От слабости тошнило и вело, от холода хотелось спать. — Человек, — пробормотала, она, вяло шевеля языком. — Я убегала не от вампира, он бы догнал.

— Точно, — согласился Нэйт с таким выражением, словно удивлялся, как сам не подумал об этом. — Я сейчас, — он вприпрыжку направился к беседующим копам.

Пауза в разговоре возобновила хаотичные скачки мыслей. Неделя. Кира поглядела на руки. Ладони, покрытые множеством мелких порезов, сочились кровью и вызывали странное чувство. Словно это уже было и сейчас повторялось, в другом времени и месте. Слабость накатывала волнами, вызывая противную дрожь в конечностях и холод в животе. Голова кружилась, время вспыхивало пятнами незнакомых событий, наверстывая откат. Заполнялись лакуны, возникшие в моменте витка, и информация об этих событиях атаковала сознание единственной, кто заметил произошедшее. Затошнило от обильного потока образов. Настоящее навалилось тяжким грузом. Грудь сдавило. Руки онемели. Верхняя губа стала влажной, и облизнув её, Кира ощутила вкус крови. Нэйт возник рядом и промокнул под носом салфеткой. До странности заботливо поправил одеяло и катетер, прежде ею не замеченный. От него тянулась трубка к пакету с прозрачной жидкостью, в которой Кира предположила физраствор. Ей снимали обезвоживание подручными средствами, и это было мило. О том, что скажет Рейф по этому поводу, думать не хотелось. Подошел шериф, одновременно и уверенный и нет. Сомнения скользили во взгляде, обращенном на нее, на Нэйта, на машину скорой помощи. Ситуация шерифу не нравилась. Необходимость принимать какие-то решения внутри нее — тоже.

— Мисс, если не возражаете, мы отвезем вас в пансион миссис Белл. В участке холодно, а ближайший госпиталь далековато.

— Спасибо, — Кира тускло улыбнулась, искренне обрадованная тем, что хоть в полиции городка удастся не засветиться.

— Назовете