Чернобуров: Новая жизнь - Александр Майерс

тоже. Я настаиваю, что Алина ввела вас в заблуждение.

— Осторожней, граф, — нахмурился Сплюшкин. — Так вы договоритесь до новой дуэли! Я не позволю называть свою возлюбленную лгуньей!

— Тогда советую серьезно с ней поговорить и выяснить, что на самом деле случилось, — сказал я и приступил к омлету.

После завтрака мы с Димитрием сухо распрощались, и я наконец-то отправился спать. Зайдя в дом, встретил маму, которая пила чай в гостиной.

— Неужели кто-то уехал только сейчас? — с улыбкой спросила она. — Я не стала мешать, вы так мило беседовали. Гоша, ты в порядке? У тебя очень усталый вид.

— Все в порядке, дорогая мама. Возникли кое-какие трудности, но я все уладил.

Это была ложь. Ничего я не уладил, а трудности, похоже, только начинались.

Но это не значило, что вскоре я их не улажу. Раз Пихтин перешел в наступление, я могу предпринять ответные действия. Надо только придумать, какие.

А для начала как следует выспаться.

Следующим утром курьер принес запечатанный конверт из КИИ, Коллегии исследователей Изнанки. Я отправил им обломок демонического обелиска и вот теперь получил долгожданный отчет.

Исследователи сообщали, что камень явно иномирный, но точное происхождение установить не смогли. Никаких энергетических следов, кроме легкой ауры от контакта с жителями Завденки и со мной. «Магической либо иной ценности не представляет». Конец цитаты.

Обидно, но при этом ожидаемо. Я знал, что после разрушения Темные Персты превращаются в гору булыжника и теряют связь с мирами демонов. Надеялся, что земные исследователи обладают технологиями, которые помогут узнать что-то новое и необычное. Возможно, даже получить какую-то пользу от обломков, но увы.

Значит, единственное, что можно делать с демоническими обелисками — уничтожать. То, что я делал в прошлой жизни и что буду делать в этой.

К сожалению или счастью, но «Таежный дозор» пока ни разу не встретил ничего подобного. Расслабляться нельзя, но можно немного выдохнуть — если бы демоны планировали в ближайшее время напасть на Землю, то обелиски появлялись бы повсеместно.

Слуга доложил, что приехал Иван Причернобуров, которого все по старинке звали Мокруха. Я велел пригласить его в кабинет, и пока он поднимался, успел пролистать парочку деловых отчетов.

— Доброе утро, ваше сиятельство, — поздоровался Иван, входя.

— Здравствуй. Садись и рассказывай.

— Покумекали с парнями над вашим заданием, — сказал Мокруха, присаживаясь на стул. — Придумали кое-что. Требуется насолить Пихтиным так, чтобы не поняли, что это мы, правильно?

— Да. И напоминаю, что надо обойтись без крови. Что-нибудь достаточно безобидное, но чувствительное.

— Тогда самое простое — устроить диверсию на их объекте, — пожал плечами Иван. — У них есть цех на севере города. Скамейки производят, беседки, всякие уличные изделия, одним словом.

— Знаю, — кивнул я.

— Давайте сожжем. Выглядеть будет, как случайный пожар. Но красивое послание оставим, как вы просили. Пихточку опаленную в горшочке, например.

— Что ж, подойдет, — согласился я. — Только будьте осторожны. Никаких следов.

— Сделаем в лучшем виде, ваше сиятельство.

Мокруха вышел, а я встал и подошел к окну. Уверен, что спецотряд сработает как положено, и ничто не будет указывать на мою причастность. Но все равно, это очередной шаг к настоящей войне…

Что ж, пусть будет так. Не я ее начал.

Но я закончу.

31

Свидание с Аллой, которое пришлось перенести, прошло чудесно. Мы отлично поужинали в ресторане, приятно потанцевали и теперь вошли в гостиничный номер.

Едва за нами закрылась дверь, я прижал Аллочку к стене и страстно поцеловал. Она застонала, прижимаясь ко мне всем телом, и ответила на поцелуй так жадно, будто от этого зависела ее жизнь.

— Бездна меня возьми, — прошептал я, с трудом отрываясь от мягких губ. — Я уже начал забывать, насколько ты сладкая.

— С радостью напомню, ваше сиятельство…

Продолжая целоваться, мы на ходу скинули обувь и направились к кровати. В какой-то момент я позволил Алле перехватить инициативу и бросить меня на постель. Скинул галстук, ненасытным взглядом изучая свою прекрасную юристку и по совместительству любовницу.

На ней было то самое черное с серебром платье, которое мы выбрали вместе. Но под ним должно было скрываться кое-что еще, сюрприз для меня.

— Показывай, — почти приказал я. — Что ты выбрала, чтобы меня порадовать?

— Ой, я думала, ты уже понял, — игриво улыбнулась Аллочка, расстегивая молнию на боку.

Она сбросила платье, и я едва не задохнулся от возбуждения. Потому что под платьем не было вообще никакого белья. Алла предстала передо мной во всей великолепной наготе, ни капли не стесняясь. Да и стесняться было нечего — гладкая кожа, изящная линия талии, крепкие бедра и упругая грудь, все было идеально.

— Я решила, что лучшее белье — это его отсутствие, — промурлыкала Алла, не спеша приближаясь. — Тебе нравится?

— Очень… Иди сюда.

— Ш-ш-ш, — Аллочка приложила палец к моим губам. — Сегодня я хочу быть главной. Вы позволите мне, господин?

Я молча кивнул. И за всю бессонную бурную ночь ни капли об этом не пожалел.

Сожжение мебельного цеха Пихтиных сошло нам с рук. По крайней мере, Василий Демидович ничего не сделал, даже если догадался, кто стоит за пожаром.

А догадаться можно было, ведь Мокруха ухитрился вернуть комплимент: его маг иллюзий прокрался в поместье Пихтиных и оставил обгоревший саженец пихты прямо посреди гостиной. Из-за охранных артефактов диверсант чуть не попался, но сумел вовремя скрыться, хоть и поднял тревогу.

Что интересно — ответных действий не поступило, хотя прошло уже две недели. Вероятно, граф понял, что я могу кусаться в ответ, и теперь не спешил что-то предпринимать. Но наученный горьким опытом, я знал, что затишье временное.

Этим утром я собирался съездить в «Чернобурский лес». Хотелось лично обсудить с директором Романом Сергеевичем, как идут дела, а заодно посмотреть, как там Аслан и его ребята. Кроме того, пора было сменить гвардейцев на комбинате, и со мной отправлялось почти три десятка бойцов. Так что Богдан лишь для виду поворчал, что главе рода не стоит совершать поездки в глушь в смутные времена.

Неожиданный звонок от Виктора Астахова застал меня на пороге:

— Слушаю.

— Ваше сиятельство, хочу предупредить, — не поздоровавшись, быстро заговорил чиновник. — Наместник князя собирается вызвать вас к себе. Сегодня. Возможно, в ближайшее время.

— Зачем?

— Не знаю. Но информация точная.

— Понял. Благодарю, Виктор. Приезжайте сегодня в ресторан «Сытник» к восьми вечера. Вас встретит мой человек и угостит ужином, — а вместе с ужином Астахова будет ждать конверт с деньгами, о чем он прекрасно знал.

— Благодарю, ваше сиятельство, — сказал чиновник и сразу повесил трубку.

Тимофей Тигров позвонил, когда я уже подъезжал к канцелярии:

— Доброе утро, Тимофей Александрович, — ответил я.

— Доброе, Георгий Петрович, — расслабленно проговорил тот. — У вас найдется лишнее время? Нужно кое-что обсудить. Приезжайте ко мне в кабинет.

Приглашение от наместника князя в любом случае не из тех, от которых можно легко отказаться. Я мог бы махнуть рукой и покинуть город, Тигров не заставил бы меня вернуться. Но вместо этого я решил узнать, что наместнику нужно.

— Какое совпадение, — сказал я. — Я как раз в канцелярии. Думал, не зайти ли к вам поздороваться. Буду через десять минут, уважаемый.

— Надо же, — Тимофей не смог скрыть удивления. — Хорошо, жду.

Войдя в знакомый роскошный кабинет, я поздоровался с вальяжно развалившимся в кресле Тигровым. Тимофей предложил мне чаю, но я отказался и попросил озвучить причину вызова.

— Понимаете, граф, я получил доклад, который заставил меня беспокоиться. Дело в вашей гвардии. Это правда, что численность составляет уже больше двухсот человек?

— Правда, — кивнул я. За последние две недели мы набрали еще людей.

— А также семь артиллерийских орудий, транспорт и даже бронемашина с крайне редкой и мощной пушкой? Не говоря уже о стрелковом оружии, защитных амулетах и прочей боевой экипировке. Вы заключили союз с бароном Иволгиным. А еще создали вооруженное формирование под названием… как там? «Лесной дозор»?

— «Таежный». Вы очень осведомлены, уважаемый.

Я ни капли не удивился, что Тимофей все это знал. В конце концов, мы не скрывались — закон требовал, чтобы закупки вооружения и найм солдат происходили официально. Большинство аристократов пытались обойти это правило, используя наемников или маскируя гвардейцев под охранные конторы и другие подобные предприятия. Но я предпочитал, чтобы армия называлась армией и была на виду.

— Так скажите, ваше сиятельство, — растягивая слова, произнес Тигров, — зачем все это? Вы готовитесь