Чернобуров: Новая жизнь - Александр Майерс

удастся поговорить с душами гвардейцев.

— Сделаю, — кивнул тот и достал мобилет.

Некромант прибыл уже под утро, но только развел руками. Мол, связь душ и тел полностью разорвана. Единственное, он подтвердил наше предположение о том, что это было мощное проклятие.

— Возможно, дело рук мага смерти, — сказал он. — Либо просто сильный заклинатель, способный влиять на жизненные потоки других людей. Очень редкий дар.

— Спасибо, уважаемый, — кивнул я. — Надеюсь, вы понимаете, что никто не должен знать о случившемся. Вам заплатят.

— Конечно, ваше сиятельство, — поклонился некромант.

На этом сумбурная ночь наконец-то кончилась. Хотя вообще-то уже настал рассвет, и сон как-то сам собой прошел. Я попросил сделать кофе и отправился в кабинет, чтобы немного поработать, а вздремнуть решил после обеда.

Увы, моим планам не суждено было исполниться.

— Ваше сиятельство! — ко мне подошел дворецкий. — Прибыл Димитрий Сплюшкин.

— Что ему нужно? И кто это вообще такой?

— Требует вас, граф. Это младший сын барона Сплюшкина, он был вчера на приеме вместе с родителями и своей невестой.

— Ах да, — я вспомнил, что беседовал с этой самой невестой. Девушку звали Алина Снегирина, дочь побочной ветви северных князей. — Ну что ж, пойду узнаю, что ему нужно.

Как только я вошел в гостиную, сидящий в кресле Димитрий резко поднялся и быстро зашагал в мою сторону. Он был чуть ниже меня, но выглядел при этом гораздо крепче. А еще, судя по лицу, был в ярости.

— Граф Чернобуров! — громко объявил он и влепил мне пощечину. — Вызываю вас на дуэль!

30

Получив удар по лицу, я даже не дернулся. И так посмотрел на Сплюшкина, что он вздрогнул и отступил на шаг.

— Потрудитесь объяснить причину, — процедил я.

— Вчера на приеме вы обесчестили мою невесту, прекрасную Алину Снегирину! — голос парня чуть не дрогнул, хотя он старался держаться твердо.

— Обесчестил? Что вы имеете в виду?

— Вас видели с ней наедине! Вы… трогали ее в интимных местах и склоняли к близости!

— Это ложь, — нахмурился я. — С вашей невестой мы общались в зале, на глазах у всех. Клянусь дворянской честью, что не оставался с ней наедине и тем более не трогал.

Димитрий замешкался, но решил не отступать. Он сжал кулаки и воскликнул:

— Не лгите, ваше сиятельство!

Я вздохнул и потер лоб. Да что ж такое-то, почему столь желанный моей матерью прием оставил после себя столько проблем? Вроде бы все прошло хорошо — но эхо празднества отнюдь не радует.

— Повторяю, ничего не было. Мне жаль, но вас ввели в заблуждение. Кто сообщил вам эти глупые слухи?

— Так и знал! — Сплюшкин натужно рассмеялся. — Вы просто испугались, граф! Тогда я требую прилюдных извинений за ваше недостойное поведение!

— Великая Лисица, вы что, глухой? — я уже начал злиться. — Последний раз говорю: я не прикасался к вашей невесте. Кто рассказал вам этот бред?

— Не важно! — резко отмахнулся Димитрий. — Так вы принимаете вызов⁈ Или вы трус?

— Принимаю. Может, потеряв немного крови, вы станете сговорчивей.

— Прекрасно! Выбирайте место и оружие.

— Шпаги. Без магии. Через тридцать минут во дворе, — я кивнул на окно. — Подождите меня здесь или снаружи, если хотите. Дворецкий подаст вам чай. Или, может, коньячку для храбрости?

— Не нуждаюсь, — вскинул подбородок Сплюшкин и быстро зашагал к выходу.

— Подготовить одежду для дуэли, ваше сиятельство? — невозмутимо спросил дворецкий, которое все это время стоял за моей спиной.

— Да… И кофе. Покрепче.

Немного отдохнув и выпив чашку крепкого и сладкого кофе, я переоделся в спортивный костюм и спустился во двор. Мама и Людмила, насколько я понял, еще спали и вообще не знали, что всю ночь творилось в поместье. Вот и хорошо. Дамские истерики мне сейчас не нужны.

Не лучшая идея, конечно — драться после тяжелого дня и бессонной ночи. Но я не хотел затягивать и к тому же горел желанием узнать, кто натравил на меня Сплюшкина.

Я подозревал, что Пихтин после нашего разговора решил действовать. Все время после моего пробуждения он выжидал. Теперь, когда я практически в открытую бросил ему вызов, снова активизировал усилия. Только действовал по-прежнему из тени.

Димитрий прибыл без секунданта, так что я попросил Олега исполнить эту роль. Моим секундантом выступил Костя.

— Его благородие Димитрий Сплюшкин вызвал на дуэль графа Георгия Чернобурова, — объявил Константин. — Вызов был принят, стороны отказывают уладить дело миром. Дуэль не смертельная, до первой крови. Участники готовы?

— Готов! — воскликнул Димитрий, взмахнув шпагой.

Я молча кивнул, и Костя отдал команду начинать.

В своих навыках фехтования я был уверен. На что способен Сплюшкин, понятия не имел. Поэтому решил сначала оставаться в обороне и изучить соперника.

Димитрий пошел вперед. Он двигался плавно, почти изящно. Пару пробных ударов я легко отразил, но на то они и были пробными. Сын барона наступал, все активней пытаясь обойти мою защиту. Темп увеличивался, и приходилось прикладывать все больше усилий для обороны.

В какой-то момент я удивил противника резкой контратакой. Шпаги со звоном столкнулись, я обвел клинок соперника и почти ударил его в грудь. Сплюшкин вовремя отскочил и следом бросился вперед. Он попытался поразить меня сначала в живот, а потом едва не задел лицо. Если б я вовремя не отвел удар, то мог бы лишиться глаза, а то и жизни.

— Осторожней, Димитрий! — воскликнул Костя. — Дуэль до первой крови!

Сплюшкин будто не расслышал и продолжал наступать. Я чувствовал, как уходят силы, и едва не соблазнился наполнить тело маной. Но нельзя было пятнать свою честь мошенничеством. Сам сказал, что дуэль без магии… А проще, наверное, было бы подпалить Димитрию задницу!

Шпаги звенели, не переставая. Сплюшкин понял, что я выдыхаюсь, и продолжал усиливать натиск. А я сделал вид, будто совсем обессилел, намеренно подпуская противника поближе. Заметив брешь в его защите, кинулся вперед с неожиданной атакой!

Сильным ударом отбил клинок Димитрия, сократил дистанцию и полоснул, оставив длинный порез от груди до плеча, вдоль ключицы. Хлынула кровь, Сплюшкин невольно вскрикнул, а я отступил.

— Дуэль окончена! — объявил Константин. — Целителя сюда! Господа, прошу вас пожать друг другу руки.

Димитрий снова вскрикнул, на сей раз от злости, и бросил шпагу на землю. Зажал рану ладонью. Между пальцев сразу потекли алые струйки.

— Вам просто повезло, граф, — процедил он и сплюнул.

— Прошу принять помощь от нашего целителя, — бесцветно сказал я. — А затем приглашаю вас на завтрак. Поймите правильно, уважаемый, я хочу выяснить, кто сообщил вам глупости насчет невесты.

Сплюшкин только покачал головой, но от услуг целителя не отказался. Как, впрочем, и от завтрака. Маг исцелил рану юноши, не оставив даже шрама, и мы устроились тут же, во дворе. Слуги принесли омлет, два вида сыра, свежее сливочное масло и поджарили вчерашний хлеб.

— Мне сказала сама Алина, — вдруг выдал Сплюшкин, когда слуги налили нам кофе и отошли.

— Вот как, — я положил в чашку сахар и стал размешивать. — Не хочу повторяться и тем более называть вашу невесту лгуньей, но ничего этого не было. Я поговорил с ней в зале и отправился к другим гостям.

Димитрий ничего не сказал и сделал большой глоток кофе.

— Возможно, Алина хотела вас испытать? Посмотреть, как вы отреагируете? — предположил я. — Где она сейчас?

— Уехала к родным на поезде в тот же вечер. О случившемся она мне рассказала уже на перроне. Я всю ночь не спал, и с рассветом помчался к вам.

— Вы поступили достойно, — кивнул я. — Хоть и слишком вспыльчиво. Скажите, Алина как-то связана с родом Пихтиных?

— При чем здесь Пихтины? — пробормотал Димитрий.

— Вероятно, ни при чем. Вы можете ответить на вопрос?

— Кажется, у них есть дальние родственные связи. Седьмая вода на киселе, — Сплюшкин махнул рукой.

Родственные связи, надо же. Возможно ли, чтобы Пихтины уговорили Снегирину обмануть жениха и заставить вызвать меня на поединок? Вполне. Но какой был в этом смысл? Даже не смертельная дуэль — просто хотели ущипнуть меня, немного подпортить репутацию?

Что ж, если так, то своей цели они все равно добились. Хоть я и победил, могут разойтись слухи, что граф Чернобуров лапал чужую невесту. Ничего приятного, когда про тебя так говорят.

— Надеюсь, вы не будете распространяться о случившемся, — сказал я.

— Про дуэль?

— Да, и про причину