Граница нормальности - Цогто Валерьевич Жигмытов

***

Бухгалтер сделала круглые глаза: какие ещё командировочные? Мы тебе что, госконтора? Премию выпишем, в размере официального оклада, не вопрос. Задним числом, в конце следующего квартала. А сейчас конец этого квартала, так что конечно ехать! О чем вы там вообще думаете! Возьмёшь отгул.

Она сделала страшные глаза напоследок и зарылась в волны скрепленных бумаг. Два монитора с открытыми одинэской и экселем стояли в них словно ледоколы на встречных курсах.

Я постоял молча и угрюмо. Ровно одну секунду – на большее моя храбрость не способна – и закрыл дверь. Да чтоб им всем: и директорам, и бухгалтерам.

Тряпка, говорю же.

***

Собственно, виноват во всём был я сам. Наш рекламно-издательский холдинг (изящное название для хитроумного клубка ИПэшек и ОООшек) среди прочего издаёт книжки, фотоальбомы и прочую байду на заказ. Это не основная статья дохода, но как бы перспективная. В начале месяца пришёл клиент: хочу, говорит, вот такое вот издать. Подростковая книжка, социальный проект. Я поглядел – в принципе издать можно, и не такое издают. А рисовать… А рисовать, сказал клиент, будет вот эта девушка. И предъявил – не девушку, конечно, а её работы.

Работы были неплохие. Даже, можно сказать, впечатляющие. Я обойдусь без белиберды всякой типа «концептуально», можно? – просто было ясно, что Мария – так её зовут – рисовала в точку. В десятку. Ну что ж, желание клиента закон, тем более, что платит ей он сам, через нас, а мы верстаем, печатаем и распространяем.

Кто ж знал, что она живет в Багатае?

Хотели бросить и уговорить клиента на другую художницу, прижать сроками. Клиент упёрся и уговорить не удалось. Значит, Паша и будет вести проект. Как раз до летнего отпуска и займётся.

Дали три зелёных свистка – и понеслось. Общаться с Марией должен был я, как проект-менеджер. Телефона и интернета у неё не было в принципе: Багатай. Поэтому общался я с её мужем, долговязым угрюмым типом, приезжавшим два раза в неделю на попутках. Попутки были по уши в грязи, и сам он был тоже не трепетный цветок лотоса в плане внешнего вида. Он привозил готовые работы, в коробках из-под макарон, аккуратно переложенные тканью и картоном, получал новые задания, и я ему выдавал гонорар – частями, чёрным налом.

И вот сегодня, видите ли, наступил конец квартала, и выяснилось, что таки надо что-то подписывать. Договор задним числом, приходники-расходники… При других обстоятельствах можно было бы отдать бумаги мужу и сказать, чтобы подписал и привёз; но он прямо сказал, что в ближайшие две недели в городе не появится. Он тоже от нас устал – этого он не говорил, конечно, но было понятно и так.

Поэтому надо ехать, Паша.

***

Василий – так звали мужа – ждал меня на первом этаже нашего офиса. Он не бездельничал: в каждый свой приезд он выпрашивал у кого-нибудь посидеть за компьютером, открывал огромную кучу почтовых ящиков, форумов, сайтов – и безо всякого стеснения выгонял всё это на печать, тратя едва ли не пачку бумаги и треть картриджа за раз. Наглость – второе счастье, его никто ни разу не остановил. Мы как-то посмотрели, что он распечатывает: сущая ерунда, несколько женских сайтов, несколько дневников, некоторые на русском, некоторые на английском, кино, музыка, шмотки. Женский джентльменский набор – каламбур, однако. Вот и в этот раз.

Василий увидел меня и сказал:

– Информационный голод.

Я кивнул. Типа я давно уже понял, и в курсе.

В офис вошёл хорошо упакованный мужчина походного вида и спросил:

– Кого тут до Багатая надо было?

– О, приехали, – Василий вскочил, споро покидал бумагу в рюкзак и спросил меня:

– Ну, ты едешь?

Я хотел сказать, что мне надо собраться… Но собираться было явно некогда.

– Еду, – сказал я. Маме позвоню по дороге. Кате звонить не буду.

Упакованный посмотрел на меня и сказал:

– Двое, значит. Ну, веселей будет!

Упакованного звали Руслан. Машина у него была не джип, а даже ещё круче, как он сказал: Мицубиси Делика «вэдовая, восьмого года, дизель, на раме, две палки» – я ничего не понял, в общем, выглядела она как небольшой микроавтобус, только уж больно поджарый, формами она напоминала толстого бесхвостого кота, выгнувшего спину. Кроме него, в машине сидели ещё двое мужиков предпожилого возраста: Серёга и Николаич. По виду они и правда очень походили на охотников и, судя по всему, ими и являлись.

– В Багатае же вроде национальный парк, – заметил как бы ненароком Василий. – Нельзя охотиться.

Руслан глянул на него и сказал:

– Шаришь.

И вынул из бардачка листок бумаги в полиэтилене.

– Волков стрелять едем! Вот разрешение.

– Ух ты, – сказал Василий безразлично, но бумагу прочитал. – По пять тысяч за волка, ну ничего, выгодно даже получается.

– А мы и не за выгодой едем, – засмеялся Руслан. – Ну и кто сказал, что мы будем только волков стрелять? Там можно под шумок и ещё кого, пожирнее.

Серёга и Николаич зашевелились и согласно закивали.

Я уже спал. Точней, пытался.

***

Когда я проснулся, в голове была каша из вэдовых дизелей, нарезных стволов, манков, прицелов, сетей-трехстенок, пыжей, гладкостволов и прочей рыбацко-охотничье-водительской белиберды. Кроме того, я пару раз крепко влетел башкой в потолок, поэтому каша была ещё и звенящей.

– Вам после перекрестка куда? – спросил Руслан. – В сам Багатай или в Урочинск? Нам в принципе в Урочинск, но мы вас подкинем, ежели что. Чо вам пилить десять километров.

– Не, нам просто на перекрёстке, – ответил Василий. – Там дойдём.

Я физически почувствовал, что ответ Василия был в корне неверным. Принципиально. Перед моим носом разом шевельнулись спины Серёги и Николаича, а Руслан слегка притормозил.

– Не понял, так куда вам надо-то? – тон его, впрочем, был вполне мирным.

Василию, кажется, всё было пофигу.

– Да тут зайти надо, до угодья одного, посмотреть, чё да как.

Этот ответ, кажется, был правильным. Николаич и Серёга выдохнули, зашевелились, умащиваясь поудобнее. Я тоже заёрзал – задница натурально окаменела. И башка гудит.

– Ну смотри, – Руслан добавил газу. – А то тут такое место, говорят. Хорошо, что днём проезжаем.

– А чё тут? – спросил я слегка скандальным тоном.

Не нарочно, просто со сна такой голос.

А тут было вот чё: однажды, значит, ехал тут мой друган со своим братом двоюродным, на девятке, да нет, на девяносто девятом, да какая разница, Серёга, не мешай – в общем, ехали они тут ночью, часа в три, оба на переднем сиденье, проезжают вот как раз