Который кот подряд - Евгения Владимировна Малинкина

воздержаться, – посоветовала Даша.

– Как скажешь. Я спать хочу, могу прилечь здесь, возле шкафа, а вы идите куда хотите. На обратном пути захватите.

– Нет уж, ты пойдёшь с нами.

Даша разговаривала с котом, параллельно транслируя Гене перевод.

– Пусть остаётся, – пожалел кота Гена. – Мы пока на разведку.

– Настоящий человек. Выходи за него замуж, – одобрил кот.

– Сам выходи.

На всякий случай Даша не стала переводить последнюю реплику кота Гене.

При свете налобных фонариков, словно воры, Даша и Гена поднялись наверх, в спальню. Фонарик то и дело выхватывал из темноты чёрно-бурые пятна, попадающиеся под ноги тряпки, полотенца. В спальне картина была ещё страшней. Одеяло сброшено с кровати, рядом с ним на полу окровавленные подушки, чёрная от крови простыня. В нос заполз гнилостно-сладкий запах. К горлу подкатила тошнота.

– Ген, я не могу, мне нужен воздух.

Не дожидаясь ответа, Даша бросилась вон из комнаты. Колени дрожали, в ушах звенело. Она испугалась, что упадёт в обморок прямо здесь, посреди окровавленных тряпок. На ватных ногах, но на приличной скорости она добежала до лестницы и опустилась на верхнюю ступеньку.

Гена прибежал следом.

– Как ты?

Даша покачала головой. Сняла фонарик и прижалась лбом к прохладной балясине. Звон в ушах прекратился.

– Я не смогу ничего расследовать. Зачем я на это согласилась и ещё кота с собой потащила?

Гена подсел рядом, выключил фонарик и обнял Дашу за плечи. Она не сопротивлялась.

– Ты права, так себе идея. Но я рядом. Что-нибудь придумаем.

– Что?

– Возможно, ответ, кто убийца, лежит на поверхности.

Даша тяжело вздохнула. Она решила, что ни за что на свете не вернётся на место побоища.

Глаза постепенно привыкли к темноте. На полу вокруг лунного отпечатка окна стали проявляться отдельные предметы: цветы в напольных вазах, банкетка возле самой лестницы, неясные пятна картин, висящих на стенах. Внезапно от одной из ваз отделилась тень и поползла вдоль стены по лестнице.

– Видишь? – прошептала Даша.

– Вижу, – откликнулся Гена.

– У шкафа дует, я к вам, – сообщил Василий. – Может быть, пойдём домой, или вы ещё не наигрались?

– Может быть, и пойдём.

Даша поднялась на ноги.

– Кот прав. Дурацкая затея.

– А как же Соня? И шеф?

– Шеф? Пусть увольняет, если ему так хочется. А вот Соня… Чем мы можем ей помочь? Потом, она такая странная. Вообще, всё здесь очень странно.

– Почему ты так думаешь?

– Совсем молоденькая Соня влюбилась в древнего певца. Её отец тут же купил певцу особняк и отреставрировал его за бешеные деньги. Мне продолжать?

– Ты не думаешь, что Павел всё это делает из любви к дочери? Соня же просто без ума от певца, ей всё равно, старый он или молодой, с влюблёнными и не такое бывает.

– Любовь зла. Другого объяснения этому сумасбродству я не вижу.

– Не такое уж и сумасбродство, если учесть, что Павел оформил дом на дочку, а не на певца.

– Всё равно странные люди, – пожала плечами Даша.

– Странные, странные, ещё какие странные! Покормили бы Васеньку и дома оставили, а сами идите куда хотите. Привидение своё ищите. Вон как воет! Будто корову завели, – зевнул кот. – Вас зовёт, не иначе.

– Какое ещё привидение? Что ты мелешь? – рассердилась Даша.

– Сама послушай. Мычит не переставая. Нет, перестало. А, вот опять. Слышишь?

– Не слышу. Что за выдумки?

Даша растолковала Гене мяуканье кота.

– На всякий случай нужно обойти дом, – отреагировал он.

– Мне страшно.

– Тогда сиди здесь, я один.

– Мне одной тоже страшно.

– Ты не одна, ты с котом.

Гена зажёг налобный фонарик.

– Ну, я пошёл?

Откуда-то со стороны спальни раздался глухой звук. Будто что-то уронили на пол.

– Слышишь?

Гена метнулся по коридору к спальне, Даша бросилась следом. Кот побежал в обратном направлении, но потом передумал и рванул за Дашей. В спальне никого не было. Обежав все комнаты наверху, но так и не найдя источник шума, Гена сделал Даше знак остановиться, они замерли и прислушались. Неприятная липкая тишина повисла в воздухе. И даже кот, семенивший следом, не слышал ни одного постороннего звука.

– Ген, а вдруг это и вправду привидение?

– Ерунда, – ответил Гена и взял Дашу за руку. – Я скорее поверю, что Ида вернулась.

– Тут есть холодильник? – встрял кот. – От беготни вокруг фикусов у меня в животе урчит.

– Вася, ты ужинал два раза.

– Да, я и забыл. Тогда можем позавтракать. Кстати, слышите, опять мычит!

На сей раз Даша и Гена тоже услышали странные звуки.

– Всё-таки из спальни!

Даша вошла в спальню вслед за Геной; она старалась не замечать чудовищного запаха, прислушиваясь к мычанию, которое в спальне слышалось всё явственней. Луч фонарика выхватил из темноты картину. Внезапно Даша вспомнила, где уже её видела. Но сейчас было не до этого. Гена открыл шкаф и дёрнул за ручку спрятанного в шкафу сейфа.

Утро четверга, 13 ноября 2014 года, Васильевский остров, 14-я линия

Кот успел несколько раз позавтракать и мирно спал на ноутбуке.

– Ну и ночка.

Гена сидел на стуле в крохотной Дашиной кухне и пил третью чашку кофе.

– Как я мог забыть! – сокрушался он. – Экономка, пока поила меня чаем, говорила о рабочих, которые что-то доделывали или переделывали. Помню, она открыла холодильник, а там целая батарея водочных шкаликов. Она тогда перехватила мой взгляд и рассказала, что это богатство осталось после рабочих: она им каждый вечер выдавала порцию выпивки, если те не сильно пачкали лестницу.

– Не понимаю. При чём здесь рабочие?

– Как же! Рабочие, которых нанимал не Павел, а Вадим Петрович. Ида Викторовна бухтела из-за того, что рабочие оставляли много грязи и ей приходилось не выпускать из рук тряпку. Рабочие пришли, когда ремонт был завершён и что-то делали в тайне от Павла. И Соня была в отъезде, её Вадим Петрович на время ремонта куда-то за границу проветриваться отправил, в Милан, что ли?

– Да, точно, она ездила в Милан за свадебным платьем. Ну и что? Всё равно не понимаю. Ремонт – дело такое.

– Тогда они и сделали ход из гардеробной наверх. Помнишь план особняка? Там есть чердак! Но мы не знали, Соня не знала, а Павел знал про чердак, но не был в курсе, что Диамантов сделал ремонт и обустроил пару жилых комнат. Вот Соня и слышала потусторонние звуки. А они не потусторонние, а очень даже настоящие.

Гена сделал глоток кофе и вцепился зубами в бутерброд.

– Я вспомнил, мне приятель историю рассказывал, он риелтор в крупной фирме. Они квартиру расселяли, всех жильцов вывезли, осталась какая-то мебель, так, по мелочи. Пришли с новым владельцем квартиру принимать, вдруг слышат из шкафа голос: «Валерка, налей по случаю праздника». А покупателя как раз Валерой звали. Он побелел, ничего понять не может, кто его зовёт из шкафа. Потом проникновенно так спрашивает: «Батя?» Из шкафа в ответ раздаётся матерщина; открывается дверь, и оттуда выходит мужик в майке. Оказалось, сосед. У них там межквартирный портал был, а в этой комнате раньше как раз его собутыльник жил.

Даша рассмеялась.

– Всё равно в это трудно поверить. Если бы не видела своими глазами! Я думала за дверью гардеробной спрятан сейф, и Соня так полагала, а там лестница наверх. Только она была уверена, будто в сейфе холодильник, а в нём спрятан труп жены Вадима. Неудивительно, что она не хотела оставаться одна в особняке и боялась привидений.

– Вадим Петрович убедил Соню, что она виновна в гибели его жены. Всё продумали до мелочей. А Ида Викторовна им потакала.

– Конечно, она же близкая подруга Натальи и, похоже, сама влюблена в Диамантова.

– Была влюблена.

– Ох, нужно позвонить шефу.

– Павел, наверное, ему всё рассказал.

Мобильник, ещё с вечера поставленный на беззвучный режим, внезапно очнулся и зажужжал. Шеф! Лёгок на помине!

– Что я говорила? – Даша показала Гене язык. – Здравствуйте, Анатолий Маркович!

– Оленева, что случилось? Я по утрам телевизор боюсь включать! Что с Соней?

– Соню сегодня выпустят. Она невиновна. Вадима Петровича убила собственная жена.

– Она же пропала!

– Не пропала, а всё время жила рядом. Диамантов обустроил жене комфортное существование на чердаке. Дверь к лестнице закамуфлировал под сейф. Соня думала, за дверью холодильник, а в нём лежит