Ты извращенец, Гарри! - Сергей Викторович Вишневский

следом. За ним просочилась Светлана, что с размаху закрыла дверь и, судя по звуку, еще раз знатно приложила по темечку Красниковаа.

— По какому праву, вы... — начал раздраженно возмущаться Суслов.

Однако, парень прислонил к губам палец и сделал к нему пару шагов. Протянув руку, он спокойно подхватил полосок с плеча аристократа и достал белый полочек.

— Меня зовут Гарри. Гарри Мрак Беленький, — максимально нейтральным голосом произнес он, укладывая в платок волос. — Вы знаете кто, я?

— А вы знаете, кто я? Я полноправный одаренный! Красников Михаил Ренатович! Я из знатного рода, и требую... — тут запал хлыща резко иссяк и до его разума дошла фамилия и имя.

Лицо разгладилось, а затем глаза широко распахнулись.

— Да, я тот самый некромант. А эта особа, у вас за спиной — моя супруга.

— У... у-у... у нее нет родового перстня, — тут же на ходу попытался объясниться Суслов.

— Мешает на тренировках, — улыбнулся Гарри и достал цепочку с шеи, на которую подвесил фамильный перстень.

— Я... я не знал...

— Даша, о чем вы говорили? — спокойно спросил молодой некромант.

— Он пытался обманом заставить сходить с ним на свидание, — заметила в ответ та.

Парень кашлянул, повернулся к Свете и спросил:

— Света, у тебя нож с собой есть?

— Есть. Правда ты его за нож не считаешь.

Гарри взял небольшой ножик с узким лезвием и взглянул на аристократа.

— Врать не буду — будет больно. Ужасно больно, — произнес он, проверяя остроту лезвия пальцем. — Но есть и хорошая новость! Продлиться она не долго!

Глава 15

Знаете, я много думал по поводу той истории с Василием Мрак и его отцом Харитоном «Озерным».

Не стыковались официальные документы и та история, которую мне рассказал дедушка Аму.

По всем официальным источникам, Василий был выходцем из светлого клана, а по версии дедушки Аму — отпрыском некроманта. Можно, конечно, предположить, что история дедушки Аму правдива, а «выходец из клана светлых» всего лишь ширма, чтобы замести связь пожирателей и рода Мрак. Допускаю, что Василий действительно был принят в клан, где в основном были светлые. Мог оставить там пару детей и благополучно отделиться.

Но кто знает, что на самом деле произошло?

Свидетелей тех событий в живых уже нет, а это значит, что опираться приходится только на бумаги... которые стерпят всё.

Как бы там ни было, но главное, что я получил из этого разговора — путь. Путь, как мне решить главную свою задачу проблему — пожирателей.

Что же до практики, то...

Нет, я не занимался кастрацией Суслова.

Да, провёл беседу. Да, угрожал. Да, позаимствовал немного крови в артефактную посуду. И да, теперь этот идиот бегал по полосе препятствий с нами. Три раза в день.

Чудненькое зрелище, хочу сказать я вам.

Если бы я отрезал ему яйца, это знал бы он. А то, что он бегает под мат и унижения со стороны простолюдинов — это знают все.

Хе-хе-хе.

И да, его кровь всё ещё у меня.

Да, завёл себе дурацкую привычку держать кровь пойманных идиотов у себя. Суслов был первым, своего рода основателем коллекции.

Что же до самой практики, то тут получилось всё довольно... В стиле Светланы.

Света заранее продумала, куда нас могут отправить, и я так подозреваю, подсуетилась, чтобы всех, состоявших в ордене трёх рун, отправили с нами.

Понятное дело, что артефакторы отсеялись, как и большинство целителей, но двадцать членов ордена оказались с нами.

И слушали мою супругу, которая взяла над ними шефство.

К чему это привело?

Во-первых, начальник гарнизона оказался мелким дворянчиком, и ей удалось продавить его на полную лояльность, лишь бы Света с Дарьей не намекали о своём происхождении и не пугали проклятиями супруга.

Во-вторых, мы навязались на подготовку с рядовым составом, и вместе с ними бегали полосу препятствий, ходили на стрельбище и посещали занятия по базовой подготовке. Даже пару раз прокатились на танке... или это был бронетранспортер с пушкой? В общем, на какой-то гусянке со здоровенным стволом.

Ну и в-третьих, у нас наладились взаимоотношения с Петрусовым. Это был офицер пехотного звена, который регулярно уходил на разведку по горам и вулканам Камчатки, откуда лезли твари. Дошло до того, что мы уговорили его брать с собой одного или двух практикантов в качестве усиления, но он не захотел брать кого попало, поэтому каждый желающий сдавал ему зачёт. Одно защитное, одно атакующее и одно универсальное поисковое заклинание.

Хороший мужик.

С его помощью мы смогли за время практики вывести всех в реальные боевые условия, а десятку счастливчиков удалось попробовать свои силы против огненных саламандр.

Все живы, все довольны, а из урона практикантам можно считать парочку не серьёзных ожогов. Парни поранившиеся отказались их сводить, считая чем-то, вроде «боевой заслуги».

Вообще эта затея с орденом трёх рун, уже на той практике начала меня... тревожить? Нет. Не то слово. Да и беспокоить тоже не то...

Я стал замечать, что моя супруга, увлекшись руководством, начала преобразовывать толпу студентов, собравшихся для проклятья, в... В какое-то подобие организации.

Были свои старшие, свой бухгалтер, свой отдел кадров и был небольшой совет, в который, к моему удивлению, вхожу и я. Были обозначены свои цели, свой порядок и старшинство. И...

Вообще как-то странно это все начало выглядеть.

Но беспокойства у меня это не вызывало. Да и знаков не было, поэтому я относился к этому сборищу с интересом. Мне было просто жутко интересно, во что это все выльется.

Пока это выливалось в серьёзную подготовку, невзирая на предрассудки и прочую шелуху.

Но вы же понимаете, что местный гарнизон магов на нас смотрел свысока. Опытные, сильные, дипломированные одаренные, трахающие всё, что движется, пьянствующие дни и недели напролет, коротая своё пребывание и полностью игнорирующие приказы начальника гарнизона, считали нас недоумками, простаками и полным невежами, раз мы подчинялись простолюдинам.

Ситуация была сложной. По-настоящему сложной.

Дело дошло до рукоприкладства, и я это оставлять просто так не собирался.

Суслов, бегающий по полосе препятствий трижды в день, меня не устраивал. Он оказался типичным идиотом, полезшим не в своё дело. А то, что он проигнорировал статус Дарьи, означало только одно — он знал, на что шёл. И его мольбы о пощаде и заверения, что он думал: «Это фамильный знак» — меня совершенно не тронули.

В