Ты извращенец, Гарри! - Сергей Викторович Вишневский

Суслов вздохнул и слегка улыбнулся.

— Ожидаемо.

— Тогда зачем спрашивали?

— Чтобы убедиться и предложить забыть о долге.

Толстяк внимательно осмотрел собеседника и недовольно буркнул:

— С чего вдруг такая щедрость?

— Забыть о долге, в обмен на услугу, — пояснил мужчина и покосился на студентов, часть из которых уже обливалась седьмым потом и с трудом переставляла ноги. — Видите ту особу? Та, что в форме и со знаками воды.

— Грудь третьего размера, не меньше, — кивнул Красников.

— Хочу с ней пообщаться, — не сводя взгляда с девушки произнес Суслов. — Вроде бы ее Дарья зовут. Подыграете?

— Пари? — покосился на него толстяк.

— Хотите отыграться?

Красников недовольно пожевал губами, еще раз оглядел девушку и покосился на собеседника.

— Да. Мне надо отыграться.

— Сколько?

— Вдвое больше, — не отводя взгляда от коллеги произнес Красников.

— Сударь, ваш азарт когда-нибудь вас погубит, — покачал головой довольный хлыщ и протянул руку. — И на этот путь вы вступили сами.

— Это мой путь, — ответил толстяк и пожал руку.

* * *

Ребята шли по коридору, когда им навстречу вышли парочка одаренных. Один из них был высок, худощав и статен, а второй выглядел как полный его антагонист — невысокий, толстый и с пышными усами.

— Господа, — произнес толстяк. — Представьтесь.

Компания остановилась и парни переглянулись.

— Могу я узнать, перед кем мы должны представляться? — хмуро спросила Светлана, сверля недовольным взглядом парочки.

— Перед старшими по званию, — сдивнул густые брови на переносицу Красников. — Вы в армии, а тут...

— Мы не являемся военными, — вмешался Борис. — И не находимся под вашим командованием. Наш непосредственный начальник Ульянов.

— Вот, — встрял в разговор Суслов. — Вот про это я говорю! С каких пор аристократы подчиняются простолюдинам?

— Где ваши манеры, господа? — недовольно спросил Красников. — Вместо того, чтобы обратиться к своим будущим коллегам по цеху, вы... как безмозглые ягнята, бегаете и скачите по дорожкам для солдат-простолюдин. Как вы вообще себе такое можете позволить?

— С этим вопросом, вы можете обратиться... — начал было Гарри.

— Ничего не хочу слушать! — тут же поднял руки усатый одаренный. — Сейчас же пройдемте в седьмую аудиторию. Там вы дадите свои объяснения, а после пройдет аристократическое собрание, где будет вынесено решение о вашем наказании.

Ребята снова переглянулись.

Боря уже набрал полную грудь, но тут почувствовал как его за руку взял Гарри. Парень покосился на друга и заметил, что тот не сводит взгляда с худого хлыща, что пялился, словно загипнотизированный на грудь Даши.

— Как скажите, — произнес Гарри.

— Тогда, прошу за мной, — указал рукой Красников.

— Дарья, — обратился Суслов к девушке. — Я слышал вы из княжеского рода. Это так?

— Да, но... — смутилась девушка и посмотрела на Гарри.

Тот молча кивнул.

— Прошу за мной. Не думаю, что вашу фамилию стоит пятнать подобным инцидентом. Мы просто поговорим в этом кабинете.

Супруга кивнула и направилась за хлыщом, но все равно оглянулась на мужа. Тот прислонил палец к губам и кивнул.

Когда она оказалась наедине с то с тревогой разместилась на одном из стульев.

— Дарья, не знаю как вас угораздило влипнуть в эту компанию, но хочу вам сказать — это очень и очень скверная история, — начал театрально наигрывать тревогу Суслов, стоило ему закрыть дверь. — Вы не представляете, какой скандал грозит вам и вашей семье из-за такого поведения. Подумать только! Простолюдин помыкает девушкой из княжеского рода! Вы хоть понимаете, что это значит?

Дарья нахмурилась и мотнула головой.

— Милочка, я не буду говорить о уроне чести. Не буду говорить о слухах, что поползут при дворе. Достаточно того, что такие дела рассматривает Аристократический суд в столице. ПУ-БЛИЧ-НО!

Девушка несколько секунд размышляла, а затем с трудом изобразила испуганное лицо. Актерские навыки Дарьи оставляли желать лучшего.

— Дошло наконец? — покачал головой Суслов. — Вы даже не представляете во что вляпались.

— И что же мне теперь делать?

— Этих прохиндеев оставьте на меня, я с ними справлюсь, но вот с Красниковым надо договариваться, — вздохнул хлыщ. — Он очень и очень принципиальный человек. Подаст жалобу в аристократическую коллегию — к гадалке не ходи.

— И ничего нельзя сделать?

Суслов тяжело вздохнул. Сложив руки на груди, он поджал губы и недовольно ответил:

— Красников мне должен. Личный долг. Я, конечно, могу с него спросить и вымолить прощение для вас, но...

— Что, но?

— Личный долг на услугу, от такого человека как Красников, на дороге не валяется.

— Сколько? — попыталась угадать направление мыслей хлыща девушка.

— Прекратите оскорблять деньгами честь дворянина, — фыркнул хлыщ. — Я вообще-то о вашей чести беспокоюсь.

— Тогда, что вы от меня хотите?

— А вы прямолинейны, — хмыкнул мужчина. — И если разговор зашел так прямо, то вы мне понравились, Дарья. Вы очень красивая девушка. Я не смею настаивать, но если вы согласитесь на один вечервдвоем, проведенный в моей компании, то я приложу все усилия на то, чтобы Красников забыл о том, что вы были в этой... этой компании.

— Вы сейчас говорите о свидании? — на всякий случай уточнила законная супруга Гарри.

— Всего лишь вечер, — покачал головой Суслов. — Кто я такой, чтобы назначать свидания особе княжеского рода? Так, вояка на службе у Камчатской аномалии. Я не был при дворе больше пяти лет и мне приходится довольствоваться слухами и редкими новостями от коллег. Признаться, я Аристократический вестник в руки не брал больше года или двух. С этой службой одни проблемы.

— Но вечер вместе — это свидание, разве не так?

— Если вам от этого станет легче — пусть будет так, — кивнул Суслов, но тут же вздрогнул от глухого удара в дверь.

Бум!

— Какого черта, там происходит? — недовольно проворчал он и подошел к двери.

Бум!

Бум!

Взявшись за ручку, он открыл ее и обнаружил на пороге Красникова. Он прижался щекой к отпилированному кафелю и, судя по краснеющей шишке на темечке, долбился головой в стену.

— Что... что происходит?

— Простите, — возник перед ним парень с лохматой шевелюрой. — Я не представился.

Парень втолкнул его обратно в кабинет, и вашел