Первородный. Цена магии - Евгений Валерьевич Решетов

пожалуй, отклоню его, — сказал я и привстал со скамьи, будто намеревался уйти.

На самом же деле я не собирался уходить, поскольку осознавал, что не могу отказать барону в его желании стать моим секундантом. Подобный отказ выведет его из себя, что повлечёт месть. А мне такие враги не нужны. Но я могу сделать вид, что хочу отвергнуть его услуги. Зачем? Да чтобы набить себе максимальную цену.

— Постойте! — гневно выдохнул Воронов, подавшись ко мне. — Вы не можете мне отказать! Это будет уроном для моей чести! Надо мной будет насмехаться весь свет, если мои услуги отклонит какой-то… кхм…

— … Договаривайте, — криво ухмыльнулся я, полностью выпрямившись. — Какой-то нищеброд из захудалого рода? А может быть, голодранец? Или что-то более лёгкое и почти ласковое вроде оборвашки?

— Вы сами знаете, как это выглядит, — прямо посмотрел на меня Воронов и следом настойчиво прошипел, словно обматывал бечёвкой коробку из-под обуви, в которой и похоронят мои останки: — Хотите вы этого и нет, Горин, но вы уже встряли в интриги высшей аристократии!

— Благодаря вам, — ядовито напомнил я, ощутив искренний укол гнева.

— Да, — легко согласился он, закинул ногу на ногу и поморщился из-за капель дождя, долетевших до его холеной физиономии.

— Я соглашусь принять ваши услуги секунданта в обмен на крохотную услугу…

— Вы торгуетесь? Я ведь могу заставить вас принять моё предложение.

— Вы разве ещё не поняли, что я упёртый, как баран? — снисходительно сказал я, продолжая стоять сложив руки на груди.

Мою фигуру вырывал из сумрака призрачный свет молний, вспыхивающих за стеной дождя. А яростные удары грома порой заглушали слова.

— Чего вы хотите, Горин? — скривился Воронов, будто у него зуб заболел.

— Крохотную услугу. Пока ещё не придумал какую.

Да, я действительно пока не сообразил на что мне может сгодиться барон. Однако я понимал, что он на многое способен, и иметь такого должника весьма полезно.

— Что-то вы темните, сударь, — сощурил блондин голубые глаза, явно снящиеся не одной влюбчивой студентке.

— Да и вы, знаете ли, не образец прямолинейности, — усмехнулся я и следом философски пожал плечами. — Забавно, что наш город именуется Светлоградом, а в нём проживает сколько тёмных личностей…

— В Петрограде их ещё больше, — проронил барон, задумчиво потирая подбородок.

— Ваша правда, — согласился я и вернул свой зад на скамью.

Противный ветер подул в спину, забрасывая за шиворот холодные капли, но я мужественно терпел, гипнотизируя аристократа тяжёлым взглядом.

А тот вдруг бросил, откинув корпус назад:

— Крохотная услуга — это слишком много. Деньги — вот универсальная плата за всё. Сколько вам заплатить?

— Перед вами не простолюдин, а дворянин! — гордо напомнил я, почувствовав волну раздражения. — Вы увидели во мне продажную девку?

— Хм, не ожидал, что вы так отреагируете, — удивлённо сказал Воронов, скользнув внимательным взглядом по моему лицу.

— Сударь, либо вы соглашаетесь на мои условия, либо я встаю и ухожу. И не надо меня запугивать. Ничем хорошим это не закончится. Мне не страшны враги. У меня их и так куча, а умереть можно лишь раз.

— Мда-а, — поражённо выдохнул барон и внезапно вскинул пальцы, охваченные бледно-голубой магией.

Признаться, в первое мгновение я подумал, что он атакует меня. Даже приготовился вызвать «ускорение». Но уже через миг Воронов швырнул магию в покрытый лужицами пол беседки. Нас сразу же окружил купол, будто бы состоящий из марева, которое порой появляется над песком в жаркий летний полдень. Капли дождя бессильно заскользили по куполу, словно по стеклу.

— Давно пора, — буркнул я и решил проверить насколько силён барон.

Вдруг когда-нибудь мне всё-таки придётся биться с ним?

Я вызвал «взгляд мага» и чуть не уронил челюсть на пол, хотя и подозревал, что увижу не просто костерок маны. Шмидт бы сказал, что Воронов светится, как гора белого фосфора в непроглядно-чёрной ночи.

— Горин, что с вашим лицом? — вскинул бровь аристократ. — Никогда не видели магию воздуха?

— Видел, — соврал я и следом добавил: — А вы в магическом плане сильнее фон Брауна?

— Пф-ф, конечно. Мой дар повыше, чем у него, хотя мы оба имеем высокий уровень. Однако я обучен лучше Герхарда. Там, где он потратит весь свой резерв маны, я ограничусь лишь половиной.

А я со своим варварским использованием маны даже близко не стою с этими ребятами.

Впрочем, не стоит забывать о моей способности воровать ману. Конечно, за одно мгновение я не сумею подчистую высосать такой объём магической энергии, как у Воронова. Но всё же воровство маны, в теории, способно помочь мне одолеть даже такого монстра.

— А на дуэли вы бы победили фон Брауна?

— Легко, с закрытыми глазами.

— А если ему не закрывать глаза?

— Вам не кажется, что вы слишком дерзкий? — нахмурился блондин, пронзив меня недовольным взглядом.

— Не кажется, но я прислушаюсь к вашим словам. Вы, кстати, что решили? Принимаете мои условия?

— Ладно, пусть будет так, — нехотя сказал Воронов, скрежетнув зубами. — Я окажу вам крохотную услугу, если она не будет идти вразрез с моей честью и моими возможностями.

— Превосходно. А теперь, если вас не затруднит, ответьте на парочку вопросов. Они всё утро мучают меня. Почему вы вместе с Герхардом поехали в ту ресторацию? У вас было желание нарыть на него что-то грязное? Что-то могущее капнуть зловонием на его репутацию? Да? И почему вы вдруг захотели подрезать фон Брауну крылышки? Герхард же не считал вас врагом, потому-то он так сильно и удивился, когда вы решили стать моим секундантом.

Моя речь заставила брови Воронова слегка приподняться в изумлении. Видимо, он не думал, что я сумею сделать такие выводы, хотя они лежали на поверхности. Даже копать не пришлось.