Старший лейтенант, парень боевой! - Бакалавр Зот

— Хорошо. Тебе разрешено действовать по собственному усмотрению, можешь использовать любые методы. Лишь выполни поставленную задачу.

С таким напутствием мы и выдвинулись в путь. Нам предоставили четыре тёмных микроавтобусов, которые будут служить нам транспортом.

Гаспара я выбрал отчасти и потому, что жил тот в частном доме, так что штурм его жилища не составит для нас труда и не надо будет беспокоиться о гражданских. Собственно, мы подъехали прямо к главным воротам и, высаживающиеся из микроавтобусов бойцы, тут же ринулись на штурм. Рекрутская рота гусарского полка не встречала никакого сопротивления. Лишь уже внутри дома в итоге случилась стрельба — в доме оказалось слишком много людей и кое-кто из них решил дать нам отпор. Но так как среди этих людей не было Гаспара, то их просто ликвидировали на месте.

Наша основную цель удалось взять живём и поместили в отдельной комнате в которую я сейчас и зашёл в сопровождении Марины.

— Вы не имеет права! — Тут же заговорил мужчина. Причём говорил он с характерным акцентом. — Это произвол и… АААА!

Прервался он лишь после того, как я выстрелил из своего пистолета ему в правое колено. Сейчас он уже не говорил, а орал, так что пришлось его стукнуть рукояткой своего оружия, чтобы он поубавил громкости.

— Своих прав, Гаспар, ты лишился ровно в тот момент, когда решил помочь местным националистам в реализации своих планов, — начал я разговор с латышом. — Сейчас у тебя есть ровно два права. Первое: говорить только после того, как я что-то спрошу у тебя. Второе: сдохнуть. И лишь тебе выбирать каким правом воспользоваться. Мне нужна вся известная тебе информация о националистическом подполье: имена, адреса, детали готовящихся терактов. Будешь хорошим мальчиком и тогда твои мучения тут же прекратятся!

— Послушайте! Это… Это явно какая… Ошибка! — Терпя боль начал говорить Гаспар. — Я точно никак не связан ни с какими… АААА!

Заорал он потому, что я прострелил ему уже второе колено. А ещё марина, что была рядом, подошла и пнула по одному из простреленных колен мужчины отчего тот завопил ещё сильнее. Всё же поездка в Норильск не прошла для рыжей без определённой пользы и закаливания характера. Моя школа!

— У меня мало времени, Гаспар! Зато у меня есть целый список имён людей вроде тебя. Если не заговоришь ты, то я тебя просто убью, а твой труп покажу им. Уверен, что они будут куда более сговорчивыми. Даю тебе ровно три секунды на размышления, а затем твои мозги украсят пол и стены этой комнаты. Раз…

— Я всё скажу! Прошу, не надо! Я всё скажу!

— Сержант, займись допросом, — сказал я Рогожкину.

Тот кивнул и занял моё место начав допрос. А я же пошёл в соседнюю комнату, где расположились те боевики, которым хватило ума сдаться. Всего их оказалось пятеро и их тоже надо было допросить. Правда, зайдя в комнату я тут же пристрелил двух из них вызвав панику у остальных.

— Господа, минуту внимания! Сегодня вы являетесь участниками шоу «Заговори или сдохни»! К сожалению, число участников было слишком большим, так что от двоих пришлось избавиться. Зато теперь рядом с вами валяется сразу два доказательства того, что я не шучу и при первой же попытке отмолчаться или утаить о меня что-либо вы сразу же сдохните. Кто хочет поговорить первым?

По итогу мы получили много ценной информации. Главным её источником был, разумеется, Гаспар. Но и от боевиков кое-что удалось узнать. А главное их слова частично подтверждали то, что мы услышали от их командира. Поэтому мы прекратили их мучения пристрелив их всех. А что? Я не обещал, что отпущу их живыми.

— Как-то слишком много имён и адресов, — сказал я, изучая список. — Знаешь, что, Рогожкин? Бери вторую половину списка, двадцать пять бойцов, Львова и Мишу Романова. Разделимся на две группы и тогда успеем выполнить поставленную перед нами задачу.

— Слушаюсь!

На том и порешили. Разделившись на две группы, мы выдвинулись каждый в своём направлении. Ночь только начиналась…

Глава 29

Следующие четыре часа были немного однообразны. Мы штурмовали очередной частный дом или квартиру, убивали практически всех боевиков оставляя в живых парочку из них, затем быстрый допрос, добивание выживших и едем на новое место.

Хорошо, что действовали ночью: гражданских почти не было на улицах, никто не путался под ногами. А если кто нас и замечал, то старался свалить подальше, когда начиналось самое веселье. Но особой паники и проблем не было. Всё же мы были в военной униформе и гражданские наверняка списывали всё на проведение какой-то операции или учения, которые должны были начать проводить в городе.

Мы медленно двигались по цепочке из имён, иногда в нём появлялась парочка новых. Но какой-то чрезвычайно ценной информации добыть не удалось. Оставалось довольствоваться тем, что мы хотя бы с успехом уничтожали ячейки националистов в городе. Это уже хорошо.

— Это последнее место из списка, — сказала Марина, когда мы подъехали к многоэтажному жилому дому. — Здесь должен быть Игнатий, последнее имя в списке. Предыдущий допрашиваемый уверял, что именно Игнатий координирует действия всех ячеек.

— Меня одного напрягает, что у нас националисты сплошь все с какими-то не очень национальными именами? — Спросил я. — Мы две штурма назад вообще какого-то Ивана сначала взяли живьём, а потом прикончили. Вот что за фигня, а?

— Так это они при рождении получили такие имена, — усмехнулся один из моих бойцов. — А потом они берут себе какие-то другие имена, но официально их не меняют. Иначе их бы всех давным-давно взяли под наблюдение как потенциальных возмутителей спокойствия.

— А ведь логично. Значит не такие уж и тупые эти ребята. Ладно, штурмуем квартиру этого парня!

Штурм прошёл нормально в первую очередь потому, что в квартире у Игнатия оказалось всего три человека включая него самого. Двоих его товарищей его мы завалили сразу, а вот он сам попытался дать нам отпор и даже прострелил плечо одному из моих рекрутов — у бойца закончился заряд его защитного артефакта. Но ранение оказалось не тяжёлым, а Игнатия тут же скрутили и подготовили для допроса.

— Здравствуй, Игнатий, — начал я разговор. — Меня зовут Александр и сейчас я должен был начать принуждать тебя начать выкладывать мне информацию о вашем националистическом движении. Но ты ранил моего бойца, так что сначала тебя надо проучить.

Я создал небольшой огненный шар и прижал его к груди мужчины. Тот заорал от боли и запахло горелым мясом. Помучив пленного двадцать секунд, я развеял заклинание.