Тёмный Лорд Поттер - The Santi

играть против Тонкс в первой игре? Это будет увлекательно. Помни, если тебе нужно разозлить ее, просто назови ее «Нимфи» во время матча, — сквозь смех сказал Драко.

Поттер посмотрел на него в ужасе.

— Ты определенно сумасшедший, Драко! Если я назову ее Нимфи, она заберет у охотника биту и убьет меня прямо на глазах у Дамблдора!

Учительская, Хогвартс.

Пока слизеринцы проходили отборочные соревнования в команду по квиддичу, преподавательский состав Хогвартса был на совещании.

— Надеюсь, не было неприятностей в первую же неделю? Надеюсь, вы раздали не слишком много наказаний? — произнес Дамблдор с заговорщической улыбкой.

В кабинете раздалось несколько смешков. Через пару минут, улыбнувшись, директор спросил:

— Кто-нибудь может что-нибудь рассказать о первокурсниках? Они кажутся мне стайкой воробьев.

Сравнение вызвало еще несколько смешков, а профессор МакГонагалл и профессор Флитвик встали со своих мест, чтобы высказаться.

— Минерва, говорите первой, — поклонился ей Флитвик.

— Я настаиваю, чтобы вы были первым, Филиус, — ласково сказала Минерва.

Флитвик широко улыбнулся и сказал:

— Благодарю, Минерва. Альбус, у меня для вас презамечательная новость. Мне кажется, что Гарри Поттер одарен в заклинаниях.

На такое заявление сотрудники ахнули, а Минерва шокированно побледнела. Глаза Дамблдора стали мерцать еще веселее.

— На самом деле, Филиус, я предполагал, что будет нечто подобное, ведь Лили была Протеже… а вы в этом уверены?

— Ну, молодой человек был очень вял на моем занятии. Сказать по правде, он заснул, — это Флитвик произнес так застенчиво, что несколько преподавателей рассмеялись. — Я разбудил его и стал объяснять, что этот материал необходимо знать, чтобы изучать дальше заклинания. После этого я попросил его выйти и выполнить заклинание левитации, если он думает, что ему не нужны мои лекции. Я был просто потрясен, когда мальчик безупречно выполнил левитацию, да еще и не пера, а моего стола!

— Мерлин! Филиус, мальчик смог поднять ваш стол с первой попытки? — спросила его профессор Вектор.

— Нет… или да… Позвольте объяснить. Я попросил его задержаться после занятий, и он рассказал мне, что ему стало известно о нашем промахе в отслеживании магии несовершеннолетних, — после этих слов Флитвика несколько сотрудников застонало.

— Альбус, я предупреждала вас, что это станет проблемой, — сказала профессор Стебль, качая головой.

— Вероятно, но это задача на будущее. Пожалуйста, продолжайте, Филиус, — сказал Дамблдор.

— Он рассказал, что был у мисс Тонкс в конце лета, и она дала ему книги про талантливых, одаренных и Протеже. Гарри сказал, что заклинания ему даются с невероятной легкостью и он в состоянии выполнить простые чары с первого раза, просто наблюдая за движениями палочки и слушая заклинания. Он сказал, что в книге так описаны одаренные. Так что… — продолжил Флитвик.

— Хорошо, это действительно впечатляет, Филиус. Но что мистер Поттер намерен делать на занятиях? Я знаю, что они довольно скучны, ведь я сам одарен в этом искусстве, — спросил директор.

— Ну, он попросил меня давать ему дополнительные занятия, чтобы он мог отточить свой талант, и сказал, что хочет стать мастером заклинаний еще во время учебы в школе, Альбус. Я, конечно же, согласился и хотел бы, чтобы он прочел некоторые книги не для первого курса, а более продвинутые по теории заклинаний, пока мы будем проходить на занятиях те вещи, что он уже знает.

— Какие книги ты хочешь дать ему для чтения? — спросил его Дамблдор.

— Думаю, книга Гидеона Пруэтта «Чары жизни» и книга Антонина Долохова «Передовая теория заклинаний» были бы хороши, как отправная точка.

— Они обе из Запретной секции! Не говоря уже о том, что одна из них написана Пожирателем Смерти, который сейчас отбывает срок в Азкабане! — высказал свое мнение Снегг, с возмущением встав со своего места.

— Северус, книги безопасны. Там просто более сильный подход к теории, поэтому ее поместили в Запретную секцию. Что же касается книги Долохова, я всей душой могу ненавидеть поступки этого человека, но информация, изложенная в этой книге, — лучшая подготовка для изучения сложнейших заклинаний, — сказал Филиус.

— Я на стороне Северуса, Филиус, мистер Поттер всего лишь первокурсник, в конце концов. Я не хочу давать ему свободный доступ в Запретную секцию. Многие из книг, хранящихся там, опасны, — парировал Дамблдор.

— Я могу договориться с мадам Пинс, и она будет выдавать ему только те книги, которые я посоветую. Альбус, вы же читали книгу Долохова. Она не опасна, — сказал Флитвик.

Мадам Пинс поддержала профессора заклинаний:

— Если мальчик действительно одарен в заклинаниях, то я могу выдать ему эти книги. Мы не должны ограничивать его в развитии.

Дамблдор думал о чем-то некоторое время.

— Превосходно, Филиус. Если вы гарантируете, что мистер Поттер не возьмет ничего из Запретной секции без вашего разрешения, то можете выдать ему эти книги. Да, я читал книгу Антонина, вы правы, она безвредна. Правда, я не помню, какие заклинания он разбирал в книге. Но в основном это была теория, если я не запамятовал.

— Я все еще считаю, что это плохая идея, Альбус. Что мы будем делать, если он покажет эти книги кому-нибудь еще? — спросил Снегг.

— Скорее всего, они ее просто не поймут, Северус. Мы же не даем ему книгу по темной магии, это всего лишь теория заклинаний, — сказал Флитвик.

— Я беспокоюсь не о заклинаниях, а о бедовой голове мистера Поттера! Мальчик уже считает себя достаточно самостоятельным, чтобы решать, что ему делать, а что нет, и не собирается идти ни у кого на поводу, — разбушевался Снегг.

— Северус, ты и вправду говоришь о мистере Поттере? Конечно, он уверен в своих способностях, но я не считаю, что он из тех парней, которые бросятся в омут при первой же возможности, — сказал Флитвик.

Когда Флитвик сел, Минерва встала, уже зная, что сказать. Дамблдор попросил ее начать, пытаясь таким образом убрать напряженность между Филиусом и Северусом.

— Альбус, мистер Поттер одарен и в трансфигурации, — сказала Минерва с гордостью.

Когда она это произнесла, все разговоры смолкли, и преподаватели стали недоуменно переглядываться.

— Это, конечно же, шутка, Минерва? — спросил удивленный директор.

— Я определенно не шучу. Многое из того, что мистер Поттер делал на уроке Филиуса, он проделал и на моем занятии. Он не записывал мою лекцию и даже не попытался преобразовать спичку в иголку. Я была уже готова рассердиться на него, когда он исправил ошибку мистера Забини, что помогло достичь тому результата. Я понаблюдала за ним еще