Игры с волками - Олеся Рияко

остановит. Так же, как и меня, растерявшей от нахлынувших чувств, его и моих, вообще какие-либо силы сопротивляться.

— Хочу тебя здесь. Но ты еще можешь отказаться. — Добавляет он и смеется, нежно прикусывая кожу на моей шее сзади. Просто знает, что прямо сейчас это уже не в моих силах!

Егор прижимается ко мне всем телом и стаскивает с меня трусики почти до колен, которые затем сами сползают к ступням. Другой рукой тем временем шумно, спешно расстегивает ремень… ширинку…

Я чувствую, как по его телу прокатывается дрожь, а из груди рвется низкое хриплое рычание, когда его высвобожденный из тесноты брюк член разгорячённой, налившейся кровью головкой касается влажности моих половых губ. Егор прижимает меня к себе крепко, обхватив руками за талию и направляет, заставляя приподнять и отвести в сторону ногу, довериться его рукам. И мир вокруг будто замирает на мгновение, когда его горячий жесткий член входит в меня, наполняя изнывающее от желания лоно.

28

Что там сказал его отец? Все комнаты наверху в нашем распоряжении? Но комнаты — это так скучно… то ли дело балконы! Пожалуй, в зимнем саду все всё прекрасно поняли, когда мы вернулись к ним некоторое время спустя. Егор, как всегда по-деловому собранный, элегантный и я, немного растрепанная, да к тому же совершенно не умеющая скрывать свои чувства, так и норовившие выступить румянцем на щеках.

Остаток вечера мы провели в разговорах с гостями. Все хотели познакомиться со мной и, пусть я не запомнила и половины имен, их внезапно теплое и дружелюбное отношение меня бесконечно тронуло. Я словно попала в большую дружную семью, где все относились друг к другу с теплотой и вниманием. Вот только всё это, я уверена, по большей части был только фасад, скрывавший за собой целую паутину подковёрных интриг.

Когда же дело дошло до ужина, я буквально умоляла Егора вернуться домой — еще свежи были в памяти ощущения и запахи, сопровождавшие мой недавний ночной кошмар. К счастью, Егор согласился, как только я это предложила даже не заставив себя уговаривать.

По улыбке, по взгляду и тому какую хищную плавность обрели его движения после нашего краткого разговора, я поняла, что в планы моего зверя изначально входило весьма динамичное завершение этого вечера, а не какой-то там ужин в компании дядь, племянников и других представителей «седьмой воды на киселе». Что ж, к чему отпираться и строить из себя святую невинность — я была совсем не против скинуть наконец тесное платье, пусть даже и не в рамках подготовки к спокойному сладкому сну…

Ян, наш водитель, подогнал машину ко входу. В салоне, пахнущем новизной и кофе, я уютно устроилась, сложив голову на колени своего истинного возлюбленного и почти уже уснула, млея от тепла его рук, нежно скользивших по моим волосам, когда жуткий гром разорвал небо, буквально вырвав меня обратно из сонного тумана.

Что-то страшное произошло позади нас — в салоне на краткий миг стало почти светло и я, вслед за Егором, поднялась ища источник вспышки. Даже несмотря на ночь и тонировку заднего стекла, было видно, что позади, за чередой лесных крон что-то пылает, озаряя округу желто-оранжевыми отблесками яркого хищного пламени.

— Что случилось? Это… в доме твоего отца?

Ответ мне и не требовался — все было написано у Егора на лице.

Не дожидаясь указаний, Ян резко снизил скорость и свернул к обочине, но Зловский выскочил из машины на дорогу еще до того, как та успела полностью остановиться. Я осталась в салоне одна — Ян выбежал вслед за ним.

Впереди, на ровной дороге, уходившей в поворот, меж деревьев проступили огни фар — они стремительно проносились за чередой древесных стволов, бросая тревожные отсветы на дорогу. Один здоровенный внедорожник промчался мимо нас на огромной скорости, а следом за ним еще и еще. Четвертый же, следовавший с минутной задержкой, резко затормозил прямо возле Егора — человек на переднем сиденье тут же опустил окно и высунулся спешно объясняя ему и Яну что-то, отчаянно жестикулируя — указывая в сторону эпицентра событий. Кратко поговорив с водителем, Зловский запустил пальцы в волосы и спешно достал телефон. Ожидая ответа, он обернулся на нашу машину, да что-то гневно сказал Яну, после чего поспешно забрался в салон внедорожника и тот мгновенно сорвался с места, взвизгнув протекторами шинами.

Меня трясло. Едва Ян распахнул дверь водительского места, я накинулась на него:

— Что произошло?! Кто эти люди? Егор поехал туда, в дом своего отца, да?

— Взрыв, вы же сами все видели… извините. Я, к сожалению, знаю не больше вашего. Не переживайте, сейчас дождемся сопровождения и отвезем вас домой. — Водитель с тревогой посмотрел на меня в зеркало заднего вида и потянулся к бардачку. Из-за отщёлкнувшейся крышки, показалась кипа бумаг, портмоне и кожаное перекрестье ремней — кобура обхватывавшая вороненый ствол.

Я непроизвольно вжалась в спинку, до обеления костяшек вцепившись пальцами в упругую кожу сиденья.

— Не бойтесь, — спешно ответил Ян, одними глазами улыбнувшись мне в зеркало заднего вида, — это на всякий случай. Все будет хорошо.

Он вынул оружие, откинув кобуру обратно в бардачок и, проверив наличие патронов, взвел курок, да положил руку с ним себе на колено. Указательный палец его при этом принялся нервно отстукивать дробь по скобе над спусковым крючком.

Как же, будет тут «все хорошо»! Да я теперь не знала, что и думать! Взрыв газа? Теракт? Немного успокаивало только то, что Егор отправился туда не один, вот только в пору уж было опасаться за себя, а не за Зловского — он аж с тремя машинами сопровождения, в которых кто знает сколько людей, а у меня только Ян с пистолетом и неизвестно, настолько ли он хороший стрелок, насколько велика опасность.

За поворотом снова обозначился белый свет фар. Мигнув за деревьями, на дорогу выехали еще два внедорожника, таких же, как и те, первые. Они плавно снизили скорость и развернулись посзади нас.

Я не сводила напряженного взгляда с Яна — он хмурился, глядя на то, как непроницаемо черные авто пристраиваются спереди и сзади. Палец, отбивавший дробь на скобе, опасно переместился на курок и замер. Мужчина неторопливо достал из кармана телефон и включил дисплей, должно быть, желая убедиться не пропустил ли звонка.

— Если скажу «лежать» — падайте на пол и не поднимайтесь ни в коем случае. Нет, что вы делаете? Отстегните ремень… и ничего не бойтесь. Даже если