Огненная волчица - Александра Волк

не понимаю, никак не сложу все части в единое целое. Ты, Катрин, волки.

– А я думал, ты обо всем уже догадалась.

Я смотрела на Алекса, но словно находилась где-то далеко, слышала его голос, отвечала и задавала вопросы, но смысл ускользал. Мне не хватало храбрости принять правду.

– Она знает. Но реальность настолько непривычна, что трудно ее воспринять всерьез. Аврора, ты обещала не затевать расспросов.

Мари умеет вмешиваться, появляется, когда ее не ждут. Я не успела найти оправдание, а Алекс уже поднялся с кровати и подошел к сестре.

– Не сердись. Нам необходим этот разговор.

– Тебе еще рано вставать.

Вместо ответа он с улыбкой притянул сестру к себе. А мною вновь овладело это мерзкое чувство, и я, не подумав, выразила его в словах:

– Я вам завидую.

Боль, терзающая сердце и душу, вылезла наружу. Я словно сжалась вся внутри себя, как ребенок, ожидающий удара, но вместо него, меня согрели объятия подруги.

– Аврора, не завидуй. Нет для этого причин. Я давно заметила твои переживания, но все меняется, и мы твоя новая семья.

Эти ребята, еще год назад, и не подозревали о моем существовании, но сейчас смотрели на меня с улыбкой и теплотой в глазах. И Алекс, всегда пытающийся уколоть или больно поддеть, не верящий в мою искренность, защищающий от меня свой народ, как от врага, вел себя иначе.

– Я не знаю…

– Аврора, я предупреждал, что если будешь продолжать искать ответы здесь, то придется брать на себя непосильную ношу и хранить чужие тайны ради сохранности жизней дорогих мне людей. Ты добилась своего. Знаешь, кто мы и назад пути нет. Ты часть нас.

– Но я не уверена, что понимаю тебя.

– Понимаешь, но боишься признать. Там на реке, на мосту – это не сон.

– Что хочешь этим сказать?

– Ты видела меня: ни иллюзию, ни вымысел. Не бойся. Произнеси вслух.

Он был прав. Я знала правду, знала кто он! Осталось сказать:

– Оборотень.

Часть 2. Если не знаешь, как с этим жить…

«Знание – это свет, а незнание – тьма»*, -

но люди часто пытаются закрывать глаза на то,

что выходит за рамки общественных правил и норм,

боясь повредить свой кокон слепоты.

*«Знание – это свет, а незнание – тьма»* – пословица

Глава 1

С трудом верится, но быль иногда становится явью. Все, что считалось фантазией, может в любой момент стать частью жизни каждого из нас. Есть же место для гадалок, прорицателей и паранормальных явлений, то почему бы не дать право на существование всемирно-известным персонажам книг, легенд и фильмов, таких, как оборотни. Мы привыкли верить в стереотипы и стандарты, придуманные нами же, и не хотим открывать глаза и принимать в свою жизнь то, что выходит за эти рамки. Возможно, когда-нибудь наступит эра всеобщего прозрения и понимания, но пока что есть основная масса человечества, живущая в коконе всепоглощающей слепоты, и те, кто ищет ответы на Вечные вопросы бытия. Также есть хранители тайн и те, кто несут на себе бремя запрета и являются частью тайны – все те, кто хоть как-то осведомлен об оборотнях или связан с ними родственными узами. Например, такие, как Мари или Варгана, рожденные в семье оборотней, и не простых оборотней, а альф. Они не существуют в двух ипостасях, ни разу не превращались в зверя, но генетика наделила их отменной регенерацией, обонянием, слухом, зрением, а заодно сильнейшим инстинктом материнства: и бабушка, и внучка защищают близких настолько рьяно, что сами этого не осознают. Хранительницы семейного очага и тайн своего рода.

Теперь и мое место среди хранителей, но совсем недавно я занимала одну из ниш среди людей, посвящающих большую часть жизни поиску себя. А если сказать простыми словами: я жила самой обычной жизнью, ничем не выделялась и считала это самой реальной реальностью, скептически относилась к экстрасенсорике, хиромантии и гаданиям на картах таро, а в привидений, магию и остальную чертовщину и вовсе никогда не верила – это в отличие от Марьям. Подруга верит во все: и в бога, и в черта, и в Будду, и в магию, и в инопланетян. Наверное, надо будет ее поблагодарить при встрече. Или прибить! Посмотрю по настроению.

Меня считают частью древних преданий, реинкарнацией девушки, история которой поросла мхом и покрылась пылью. И если бы проблема заключалась только в такой малости, то еще как-то можно пережить. Но ведь все намного глубже закопано. Мой врожденный скептицизм мешает поверить в происходящее, я ищу нестыковки, хватаюсь за каждую оплошность, но с фактами не поспоришь. Есть наша с Алексом связь (пока я в ней не сильна), есть оборотни, и есть я – погрязшая в чужом болоте по уши.

Рассказывают, что тандем оборотня и человека с магией появляется в самый опасный период для народа микмак, для его защиты. Тогда в чем же причина появления этой связи сейчас, когда эпоха завоеваний и местных междоусобиц прошла? На дворе начало двадцать первого века и время развития технологий. В чем же заключается опасность и откуда ее ждать? Никто не знает. Или во вселенной программе сбой? Тогда появляется другой вопрос. Есть ли необходимость посвящать меня во все нюансы, связанные с оборотнями? Да, они существуют. Но как говорят у нас: «Меньше знаешь, крепче спишь».

Я уверена, что сумею сохранить тайну до конца своей жизни, и это не пустые слова. Разглашение подвергнет опасности близких для меня людей. И все-таки остаются еще две вещи, не дающие мне покоя: примитивное человеческое любопытство и привязанность к сероглазому индейцу. Что уж спорить, когда сердце отбивает ритм самбы в присутствие этого парня. Как бы мы не ссорились, Алекс слишком часто оказывается рядом в трудную минуту. И кем бы друг для друга ни стали в будущем, я уверена, что не предам его, и уж точно не продам, как заявила Катрин.

Если вдуматься хорошенько, то очень странно то, что я так спокойно приняла правду. Нет, конечно, был шок. И еще какой! Я долго и нудно сопротивлялась. Обычного человека испугали бы такие перемены, и в большинстве случаев сработала бы внутренняя защита, проявляющаяся у каждого по-своему. Кто-то упрямо закрывает глаза на любую правду или ожесточено уничтожает непонятное и пугающее, а кто-то сходит с ума – тоже предсказуемая реакция для человеческого мозга, возможности коего до сих пор не полностью изучены. А мой разум приспособился, словно сработала генетическая память, передавшая всю