О дьяволе и бродячих псах - Саша Кравец

не услышала и вылетела на улицу. Беспомощным взглядом Нина обратилась к Грейсону в надежде найти поддержку; он же ответил ей холодом из-под насупленных бровей.

За ночь двор замело снегом. Ветер все еще носил пепел и гадкий, жженый запах. Нина не глядела на припорошенные обломки, воображение и без того подкидывало виды обгорелых трупов. Она взяла конкретный курс на пламенную голову Агнес и пыталась догнать тетушку, пока та не исчезла за воротами. Несс спотыкалась, утопала в снегу и неуклюже пыталась сохранить в руках саквояж.

— Объясни, что значит «незачем»?

Брошенные в спину слова подействовали на Несс, как тормозной кран. Тетушка резко остановилась и вихрем повернулась лицом к племяннице:

— Эстель не могла уехать отсюда. Куда бы она ни отправилась за пределы города, всегда просыпалась в одном и том же месте — здесь. А я… — тетушка, очевидно, подобралась к чересчур личному откровению и прикусила язык.

Но Нина настойчиво вперилась, буквально принудив продолжать:

— А я могла. Все это время. Прямо как твой отец. Разница лишь в том, что я всегда чувствовала себя обязанной, — из-за стальной брони вдруг показалась Несс, которой не чужда слабость. — Я чувствовала вину перед Эстель за то, что мне открыт весь мир, а ей просто не повезло. С рождения она была обречена на одиночество. Я бросила ее, было дело, и что с того? Стыд жрал меня изнутри, разве это жизнь? Это мучение, и только рядом с Эстель я прекратила его.

За воротами затормозило такси.

— Моя совесть чиста.

Нина прониклась чуткостью в понимании и от вопросов воздержалась. В глазах Агнес показалась признательность.

— Грядет что-то страшное, тебе ничего с этим не поделать.

— Знаю, — Нина ощущала дурной расклад вещей нутром.

Водитель нетерпеливо засигналил.

— Как бы мне хотелось сейчас силой затащить тебя в это гребаное такси.

— Не выйдет, Несс. На мне теперь проклятье.

— Можно же попытаться. Вдруг обошлось, — не сдавалась тетушка. Как бы Агнес ни убеждала себя в твердости намерения уйти, ее колола вина перед обреченной родственницей.

— Дело не только в этом. Я искала дом, и он нашел меня сам. Так что хватит мне бегать.

Несс заглянула племяннице за плечо, скептически оценив, что осталось от «дома».

— Видок еще тот, — ободряюще усмехнулась Нина. Проследив за взглядом тетушки, заметила, как в их сторону шел Грейсон.

— Ты за старшего, — всерьез наказала ему Агнес.

— Так точно, — на лице Грея мелькнула кривая ухмылка.

— И не забывайте про машину, как от сердца отрываю.

На прощанье Агнес обхватила руку Грейсона в сильном, дружеском пожатии, обняла племянницу и полная надежд, двинулась навстречу долгожданной свободе.

Накалившаяся атмосфера встретила с порога. Лицо Джеймса было утомленным и строгим, Ричарда — гневным и немного презрительным. Демоны стояли по разные стороны, но в напряжении, с которым легко ринуться в бой.

— Ты во всем виноват! — Ричард экспрессивно указывал в Джеймса пальцем. — Не тронь ты тогда пацанов, никто не обратил бы на нас внимания!

Джеймс даже опешил от столь внезапного обвинения:

— Неужели? Может еще стоило под них Нину подложить, лишь бы не провоцировать?

— Может и стоило! Давно ли человеческая жизнь стала выше наших? Этих людей, как тараканов, одним больше, одним меньше! — в запале Ричард был щедр на уничижения.

Потеряв терпение, Джеймс всадил ему кулаком по щеке, отчего Нина испуганно вздрогнула. Расправа закадычных друзей пленяла нешуточной паникой. Ричард с силой ударил Джеймса лбом в переносицу и растворился в тени, словно и не бывало никогда.

— И где же ты? — воскликнул Джеймс, страшно бранясь. Его пошатывало, как от головокружения.

С быстротой гадюки Ричард вынырнул из воздуха, нанес мощный апперкот в живот. Футболка Джеймса набрякла свежей кровью, — разошлись швы. Ричи вот-вот было погрузился в тень, как Джеймс перехватил его за ворот рубашки и начал сыпать ожесточенными ударами по лицу.

— О, смотрите, тут вода в бутылках! — из лабиринтов старья Люциус волок по полу ящик, не взяв себе ни капли внимания.

Грей ринулся разнимать драку. Покрытый кровью и ссадинами, Ричард двинул Джеймсу ногой в пах и остервенело оттолкнул от себя, как если бы всерьез боролся за свою жизнь.

— Я не чувствую боли, урод! — отозвался Джеймс и все же рефлекторно сложился пополам. Этой небольшой заминки стало достаточно, чтобы соперник улизнул.

Ричард собрался окутать себя мраком; свет скользнул по краю острого лезвия опасным блеском. Рассекая завесу спертого воздуха, длинный, наточенный клинок с врезанным рубином пригвоздил предплечье Джеймса к отделке из стружечной фанеры.

— Сука!

— Ричард, выходи! — взревел Грей, осматриваясь по сторонам. — Ну раз так…

Грейсон с размаха всадил кулаком по стене. Внутренняя обшивка с треском лопнула и разошлась жуткими трещинами. Ричард повалился из вне на четвереньки, отхаркивая кровь с примесью слизи.

Нина не могла смотреть на неоправданную жестокость без содрогания:

— Вы в своем уме? Время сейчас для всех неважное, нам нужно объединиться! Никак не наоборот!

— Нам? — ее сердце невольно дернулось в ужасе, когда вздутое от побоев лицо Ричарда расплылось в окровавленной усмешке. — Ты тут каким боком примазалась?

Он выглядел дико и ничего, кроме отвращения, не вселял. Джеймс, прикованный, смиренно ждал, когда толковые руки освободят его от кинжала. Последствия схватки смотрелись омерзительно, Нина повернулась к выходу.

— Ну-ка Грей, добавь ему за это, — Люциус развалился в ободранном походном кресле с бутылкой воды и, довольный, наблюдал за потасовкой, как за впечатляющими гладиаторскими боями. — Кто-то так и не научился держать язык за зубами.

Нина распахнула дверь и ступила за порог. Позади раздался удар и сдавленное шипение Ричарда.

Мысли роились под взглядом статуи печальной девы. С самого приезда в Порт-Рей жизнь напоминала какое-то сумбурно срежиссированное кино. Если это в самом деле так, то можно было считать, что Нина заснула где-то в первой половине ленты и пробудилась к титрам, так и не разобравшись, что к чему. Возникло ощущение, что она упускала из-под носа что-то важное.

Револьвер в руках оставался револьвером. Ни чудесным способом решения всех бед, ни внезапным спасением. Может, Нина упустила момент его «звездного часа»? Недостаточно внимательно прислушалась к знакам? Кого надо было пристрелить, чтобы не пострадала Эстель?

Нина закипала местью. Если соблазн убить для кого-то неодолим, то назовите имя, и она тоже не станет сомневаться. Теперь нет.

— Стрелять умеешь? — передразнила она Джеймса и вытянула оружие перед собой. — Пуф-пуф. И на этом моменте все бегут от страха.

Унылым сарказмом Нина усмехнулась над собственной немощностью и положила «магнум» на скамейку подле себя.

В тишине отчетливо раздавался щебет птиц. Ветер налетел и утих, степенный зимний воздух