Самый быстрый - Антон Дмитриевич Емельянов

сотруднице городского пожарного департамента, которая случайно оказалась поблизости и оказала первую помощь. К сожалению, она отказалась с нами беседовать, сославшись на занятость. Лев, а что вы можете сказать о том самом игиге? Вы видели его раньше? Или, быть может, хоть что-то слышали?

— Нет, — покачал головой паренек в очках. — Я слежу за работой наших героев, особенно мне нравится Спринтер и… и еще Фортуна. Но про Никто я ни разу не слышал. Более того, у него на костюме не было отличительных знаков корпораций, так что, я думаю, нам повезло столкнуться с пробуждением новой искры!

— Спасибо вам, Лев! — репортер Ваня Лукин убрал микрофон от своего собеседника и посмотрел в объектив. — Мы продолжаем следить за развитием ситуации и надеемся, что Никто понимает: одних добрых дел мало. Любой игиг должен прежде всего нести ответственность за себя и, как положено по Договору, поступить на работу в любую из наших корпораций. Лично я буду очень этого ждать и рассчитывать, что еще смогу взять у него интервью по эту сторону закона.

— Наша телекомпания обратилась за комментариями в новоторжский филиал корпорации «Рускосмос», — на экране вновь появилась дикторша Жанна. — Пресс-секретарь Арнольд Байер со ссылкой на слова руководства ответил нам, что игиг по прозвищу Никто не числится в штате. Также по нему действительно нет информации в реестре корпораций, однако совет акционеров не будет спешить с выдвижением обвинений и выражает надежду, что столь перспективный телепортатор захочет работать в «Рускосмосе» на благо Торжка и всей Российской империи. К другим новостям…

***

Дмитрий Стрижевский

Я выключил телевизор и откинулся на подушку. Случайная встреча с незадачливым Огненным Кулаком явно пошла на пользу моему альтер-эго, и первое появление Никто на публике можно смело считать успешным. Почему-то ближайшее будущее, где меня официально запишут в бандиты-одиночки, совершенно не смущало. Может, потому что я на самом деле считал свое альтер эго кем угодно, только не настоящим собой?

«Смотри-ка, тебе прямым текстом работу предложили», — хмыкнул Борис, комментируя заявление директоров корпорации.

«Абсолютно нормальная ситуация, — я пожал плечами. — «Рускосмос» не дремлет, и появление нового игига — это потенциальное усиление их команды. То есть нашей, конечно же. Если не они, то кто-нибудь другой — «Счастье», «Русатом», «Скорость». Для «Защиты» телепортатор не столь лакомый кусочек, но шансы тоже есть».

Перед выпуском новостей ко мне уже заходил доктор Быков, справился о самочувствии, поводил перед лицом молоточком, проверил рефлексы и, удовлетворенно кивнув, сказал, что меня можно выписывать. И вот теперь мы с Гориным ждали закрытия бюллетеня, чтобы наконец-то покинуть гостеприимную клинику и вернуться к работе. Как же я соскучился по нашему отряду!

«По отряду или по кому-то конкретному? — ехидно осведомился Борис. — Например, по розовой?»

Капитан упорно не желал называть наших девушек по именам, Фортуну окрестив «розовой», а Ехидну — «змеей». Видимо, его это забавляло, а потому я старался никак не реагировать, чтобы ему поскорее надоело столь примитивно шутить.

«А что? — продолжал рассуждать он. — Блондинка, голубоглазая — лично на мой вкус прямо самое то. И голос приятный. Неужели ты даже не пытался с ней замутить? Ну, признайся, я же все равно это у тебя в мыслях увижу!»

«В корпорациях не приветствуются личные отношения, — сказал я. — Во всяком случае серьезные. Конфиденциальность, все такое…»

«Погоди, то есть вы в костюмах и масках этим занимаетесь? — внезапно озарило капитана. — Вот вы извращенцы! Хотя у той же розовой прикид ничего так…»

Он расхохотался, довольный своей шуткой, а я ненадолго задумался. Личная жизнь игига — это ведь и вправду то еще извращение. Мы ведь вне работы будто бы обычные люди, и даже супруги не всегда в курсе, что рядом игиг. Нередко бывает и так, что пары находят друг друга в отрядах. Но в основном это больше физиология. У меня тоже так было с Русалкой, которую потом перевели в «Руснедра», и она уехала в Кемерово. А перед этим мы…

«Так-так-так… — довольно проговорил мой напарник, и я понял, что он в предвкушении моих воспоминаний о бывшей подруге. — Ай, ладно, чувствую, что тебе неловко. Но лучше бы ты, Димон, привыкал, потому что как только дело дойдет до сам понимаешь чего, я буду незримо с тобой».

Он вновь раскатисто рассмеялся, а я в сердцах сплюнул, сильно удивив доктора Быкова, который как раз зашел в палату с моей выпиской.

— Не злитесь, Спринтер, — он радостно улыбался. — Я закрыл вам бюллетень, официально вы можете приступить к работе завтра. Но я знаю, как вы, игиги, любите свою жизнь, поэтому не буду против вашего рвения. Хоть сейчас ступайте в патруль!

— Спасибо, доктор! — я искренне поблагодарил Быкова. — Я и вправду засиделся, а вы — очень хороший врач!

Крепко пожав ему руку, я выхватил выписку и, убрав ее во вшитый в спину костюма ранец, ускорился. Горин привычно замолчал, ему было некомфортно разговаривать во время бега. Но уже вскоре, когда я примчался к просторным стеклянным дверям филиала, мой внутренний напарник снова заговорил.

«Неплохой офис, надо отметить. В моем мире тут старый еще советский завод стоял, как раз что-то для космической отрасли делал. А у вас прям как в Москве, где-нибудь в бизнес-районе».

Он продолжал болтать, а я столкнулся на входе с Ехидной, которая, судя по облегченному выдоху, явно была рада меня видеть. Но не потому, что я такой крутой, а из-за того, что явно устала от Нюхача, который откровенно подбивал к ней клинья, невзирая на корпоративную этику.

«Вот бери пример с этого носатого, — тут же подхватил мои мысли Горин. — Плевать он хотел на то, что корпорации не приветствуют личную жизнь игигов. Только тебе, я так думаю, все-таки розовая больше подходит… Не нравится мне эта Ехидна, вот хоть убей меня. Она явно как-то во всем этом замешана…»

— О, кого я вижу и без охраны! — Нюхач был любителем пыльных шуток и в этот раз тоже не изменил себе. — Ты в гости или нам в помощь?

— Привет, — я поздоровался сразу с обоими, увидев в глазах Ехидны окончательное облегчение от того, что я приму болтовню ищейки на себя. — Я снова в строю, так что можете меня нагло эксплуатировать.

— Чаю? — Нюхач развернулся в сторону столовой и вопросительно посмотрел на нас. — Кофе? Я как раз говорил Ехидне о том, что у нас, возможно, скоро появится еще один член команды…

Он подмигнул, а девушка закатила глаза — вся эта бравада явно была рассчитана на нее. Впрочем, у меня никаких срочных дел пока