Никого нельзя обижать! Семестр І - Yelis

– С тобою забудешь! Но у меня почти два года на это есть. Да и клятва твоя не даст мне поступить по-другому. Иногда мне кажется, что именно она свербит у меня в одном месте. – после секундной растерянности от непонятого сначала вопроса ответила Надежда, досматривая ролик до конца. – С девчонками всё в порядке?

– Со стремительно покинувшей поле боя на своих ногах уже всё хорошо. Понос на пару часов без внятных для него причин и нулевое воздействие всех усилий штатной целительницы и кучи лекарственных препаратов, плюс сильная общая слабость в течение последующих суток после всего этого не считается. – продолжила делиться информацией глава государства. – А вот с её напарницей не всё так просто. И я не знаю, что мне теперь со всем этим делать!

– Насколько я поняла по контексту, она жива? И парень не зря, как я предполагаю, тащил женщину на своём загривке! Или ты о том, что Счастливчик таки явно имеет какие-то ненормальные для остальных мужчин способности? – уточнила Надежда под звучание сигнала о сообщении, поступившем на её ПИКом по закрытому каналу связи.

– Как ты хитро обошла слово «маг»! – хмыкнула государыня. – И это, учитывая одинаковые симптомы у моей ретировавшейся сотрудницы и твоей Пензенской бандитки, уже стопроцентно доказанный факт. Это – одна сторона проблемы, которая вызывает множество вопросов. Тебе говорить каких?

– Не надо, и так понятно, – покачала головой министр МВД, извлекая из внутреннегокармана аппарат защищённой связи, принимаясь перечислять упомянутые вопросы и просматривая одновременно сообщение, пришедшее на коммуникатор. – Вот только первые, что сразу пришли мне на ум. Как и откуда этот мужской маг появился? Кстати, не смотря на все старания, ответа на этот вопрос нет уже почти полгода. Что с ним теперь делать? Что у него за магия? Сертифицировать его или нет? Как его охранять от посягательств родов нашей страны, а также иностранных охотниц на мужей и их же спецслужб? Как создавать таких новых и нужны ли они вообще?

Закончив одновременно и говорить, и читать, Ярая-Шевцова подняла округлившиеся глаза на государыню, поворачивая к той экран своего ПИКома:

– Но самый главный вопрос, я думаю, вовсе не в этом.

– Для проведения анализа было предоставлено два образца человеческих тканей, обозначенные соответственно буквами А (ногтевой срез) и Б (головной волос). – начинает вслух читать Антонина Ярая. – Исследование выполнялось на молекулярном, субклеточном и клеточном уровнях. По результатам проведенного анализа образцов А и Б, представленных на генетическую экспертизу, выявлено следующее. Лицо, у которого был взят образец А – женского пола, возрастом в пределах от сорока семи до пятидесяти двух лет. Значительных отклонений в здоровье нет. Лицо, у которого был взят образец Б – мужского пола, возрастом в пределах от десяти до пятнадцати лет. Значительных отклонений в здоровье нет. По результатам сравнения ДНК-профилей образцов А и Б с вероятностью более девяносто семи процентов можно утверждать, что доноры обоих представленных образцов имеют прямую родственную связь. В то же время биологическое материнство образца А по отношению к образцу Б крайне маловероятно.

– Ну, после всего того, что мы с тобой о парне выяснили, внутренне к этому я была готова, – после минуты обдумывания прочитанного снова начала говорить государыня. – Но всё равно, словно тяжёлым и пыльным мешком по голове получила. Одно дело строить догадки, тем более такие невероятные. И совсем другое получить им экспертное подтверждение. И выговор тебе за безрезультатные полгода!

И после вздоха, в третий раз отмахнувшись от попытки соседки что-то возразить, потирая ладонями лицо, продолжила:

– И да, вторая, непроизвольно подставленная мною под непонятное и явно эфирное воздействие, пострадавшая тоже жива. Только пока ещё не пришла в сознание. Вернее, благодаря усилиям сразу двух целительниц, приходила в себя ненадолго (с нею даже успели поговорить), но снова по непонятной тогда причине его наглухо потеряла. И это другая сторона проблемы, виновницей которой я невольно оказалась. Но и тут всё не так плохо, как кажется на первый взгляд. Может, я ещё и спасибо получу от этой потерпевшей. Без сознания та женщина сейчас потому, что врачи специально удерживают её в состоянии искусственной комы. Ей сделали операцию и теперь целительницы ускоренными темпами восстанавливают фиброзную ткань её диафрагмы, которая медленно и незаметно разрушалась уже не один год. Тогда, после второй непонятной потери сознания, лекарки провели углублённое, в том числе аппаратное, диагностирование всего её организма и обнаружили какое-то чрезвычайно редкое заболевание, протекающее бессимптомно и которое при обычных осмотрах никак не выявляется. После всего выясненного обеих столкнувшихся со Счастливчиком дам подвергли тщательному и глубочайшему исследованию в закрытой клинике. И если у первой ничего неположенного не нашли, то вторая, если бы не было непонятного воздействия парня, примерно через три-четыре месяца ушла бы от нас в мир иной. Вот так! Так что очень вовремя эта женщина встретила на своём жизненном пути нашего, а теперь и её Счастливчика.

– Так получается вы теперь, вместе с парнишкой, являетесь, можно сказать, вторыми родителями пострадавшей? – воскликнула озадаченная рассказом Надежда.

– А вот тебе ещё информация к размышлению, – в который раз махнула рукой на замечание подруги Антонина. – В минувшее воскресенье среди прочего я подписала грамоту на присвоение дворянского звания виконтессы, то есть второго ранга оперирования эфиром, некой Белой Ладе. Знаешь оную?

– Ты что, запоминаешь всех, кого удостаиваешь такой грамотой? – удивилась министр МВД, вспоминая недавние слова государыни о хорошей памяти.

– Целительские рода такой силы я держу на постоянном контроле. А специализирующихся на омоложении тем более! – пояснила государыня.

– Эта девушка, если я не ошибаюсь, одноклассница Счастливчика. И у парня с нею было небольшое приключение на физкультуре, в котором принял участие, насколько я помню, чуть ли не весь их класс, в том числе и твоя наследница. – министерская память была не хуже государыневой. – Но почему такое внимание к всего лишь двойке?

– А там ещё месяц назад была слабая единичка без видимых перспектив роста как минимум в течение ближайших пяти-семи лет, а то и более. – хмуро прозвучало в ответ.

– Почему так? – из уст озадаченного министра выскочил риторический вопрос, ответ на который, как было известно самой Надежде, не ведом сейчас никому.

– А никто не знает! – пожала плечами Антонина. – Просто рождаются