Общество должников - Николай Константинович Дитятин

Как будто по тысячам струн водят километровой ножовкой.

— Я просто сижу и жду, когда мне свернут шею, — сказал Ретро.

«Кто позаботиться о моих детишках».

— Вот дерьмо-о-о, — протянул вдруг Бритти. — Я понял, что это такое. Сраный ублюдок. Убей его! Скорее!

В этот момент нездоровый отцовский инстинкт взял контроль над телом Якоба Фитцвиля, и он, оттолкнувшись ногами, упал вместе с табуреткой. Потом кувыркнулся и бросился к окну. Ставни мгновенно захлопнулись перед ним, а сильная рука схватила за жилет. Ретро швырнули в стену так, что упало несколько полок с фарфоровыми гениталиями.

— Стреляй, стреляй в него!

Детектив по-разному представлял последние секунды своей жизни. Вариант, где его ставят к стенке и пускают пулю в лоб, тоже встречался в каталоге. Однако такой изощренной формы исполнения расстрела он не ожидал.

Леди Пятно шлепнула себя по бедрам. Подол задрался. На ретро уставились два «тихих» жемчужных пистолета, сидящие на гидравлической фурнитуре армейского пояса. А также безупречные пятнистые ножки и черные трусики, которые должны были отвлечь несчастную жертву от самых неприятных секунд оставшейся жизни. Что ж. В каком-то смысле это было даже гуманно.

— Оу, — только и успел сказать Ретро.

А потом произошло несколько вещей сразу. Голос в его голове снова заорал что-то про детей. Пятнистая отшатнулась. Стена над головой детектива плюнула несколькими фонтанчиками. А Бритти выдохнул, словно спасаясь от перегрузки, и с воплем заметался по комнате.

— Хватит, — кричал он. — Все уже, все, мы тебе не угрожаем, успокойся. Дерьмо-о-о!

Девушка упала на задницу, и еще раз выстрелила, судорожно сжимая рукояти, но Ретро на прежнем месте уже не было. Он неуклюже вывалился в коридор. Запинаясь о десятки розовых тапочек, сапожков и туфель, Якоб добрался до двери, и только хотел открыть ее, как с той стороны забарабанили.

— Нассча! Нассча, ты там?! Это Котята! Открывай! Что там у тебя происходит?!

Ретро посмотрел в глазок. Человек десять, не меньше. Что за чудесный день.

— Мы ломаем дверь! Кто бы вы ни были суки, вам пришла…

Ретро очень хорошо понимал, что именно надвигается. Если ему не удастся просочиться в унитаз, то на него ополчиться весь район. Непонятно, что он такого сделал со своими новыми друзьями, но рассчитывать, что у сотни головорезов из Котят тоже случиться припадок, было как минимум несерьезно.

Якоб прислонился задом к стойке для верхней одежды и усмехнулся.

— Эй… — донеслось из комнаты.

Входная дверь трещала от ударов. Потом кто-то пару раз выстрелил в область замка. К счастью, он там был далеко не один.

— Я вас слушаю, моя госпожа, — весело откликнулся Ретро.

— Мир. Клянусь. Давай договоримся. Мы защитим тебя от Котят.

Якоб, не тушуясь, вернулся к дружкам. Божья коровка сидела на полу, слизывая языком кровь, натекающую из носа. Бритти забился в верхний угол, словно воздушный шар, оставшийся после дня рождения, и злобно зыркал оттуда, царапая взглядом кожу.

— И что взамен? — спросил прозорливый Ретро.

— Ты свалишь от нас подальше, — взвизгнул Бритти. — Дерьмо ты такое! Просто переползи, блин, в другой сортир.

— Не выйдет. Мы с вами, зайчики, ищем одно и то же. Столкновения будут неизбежны. Это — не последнее.

— Какая же ты заноза в жопе! — застонала Пятнистая. — Напомни, как тебя зовут.

— Якоб Фитцвиль. Или просто детектив. Для друзей — Ретро.

— Ты заноза в жопе, Фитцвиль!

— У вас много единомышленников.

Судя по звукам дверь начала поддаваться.

— Ладно, слушай, — устало вымолвила девушка, поднимаясь. — Давай обсудим это после того, как разделаемся с гостями и смоемся отсюда. Согласен?

— Более чем.

— Тогда прыгай в койку.

— Оу.

— Какая же у тебя скотская ухмылочка. Так бы и съездила по роже еще раз. Лезь под одеяло. Ногами к выходу, к выходу!

Рабочее место Нассчи было врезано в угол комнаты, и представляло собой гнездышко в виде дольки арбуза, в котором могли уютно расположиться пять или шесть человек, страдающих от боли в спине. Или шее. В общем, места для мануальной терапии было хоть отбавляй. Для серьезнейшего эффекта эротической тайны, перед траходромом были навешены алые портьеры. Пятнистая расправила их и забралась под одеяло к Ретро. Она легла так близко, что тот невольно сглотнул. От страха и возбуждения одновременно.

— Как же тут воняет жопами, — прошептала девушка. — Меня сейчас вырвет.

— Стирать это футбольное поле ваты, наверное, жутко неудобно, — усмехнулся Виль.

В душной темноте послышался смешок.

— Как только ущипну тебя, сбрасывай одеяло, понял?

— Понял.

В прихожей послышался грохот и однообразные матерные крики.

— Сюда, сюда! — тонко завопили из-под одеяла. — Скорее, все сюда! Помогите, умоляю.

Это сработало. В комнату ввалился, судя по грохоту, весь штурмовой взвод Котят.

— Нассча это ты?

Послышался треск сдираемых портьер. В этот момент Якоба чувствительно щипнули за предплечье. Одним махом он послал все сто килограмм пахучего одеяла подальше вправо и поудобнее улегся на подушку. Поручение выполнено безукоризненно, можно было и отдохнуть.

— Какого… — только и успел выговорить матерый гарзонец, смело руководивший отрядом.

Он был вооружен обрезом и даже начал его поднимать, но тут Пятнистая раздвинула согнутые коленки. Ретро смотрел как несчастных Котят буквально разрывает меткими выстрелами, и ни о чем не думал. Разве что: «после этой простыни нужно будет перестирать всю одежду и хорошенько помыться». «Черт».

«Чик-чик-чик».

— Ах ты блять!

Это был ошеломленный вопль оливы, на которую не хватило свинцовых транквилизаторов. Возможно, она хотела бы взять полную ответственность за успех миссии на себя, но тут ее челюсти с отчетливым хрустом поменялись местами, и несчастная женщина повалилась в кровавый бассейн.

— А, так это была не просто угроза, — сказал впечатленный Якоб. — Не думал, что такое возможно.

— Та-да-а, нахрен, — Бритти выплыл из своего угла. — Материал для новых сплетен готов, можно сваливать.

В этот момент блин подсохшего фарша медленно отклеился от потолка и упал вниз.

— Мне совершенно не нравятся ваши методы, должен заметить, — Ретро слез с кровати и осторожно ступая, вышел в прихожую.

За ним проследовала Пятнистая. Уже с горбом.

— Да и хрен бы с тобой, — просто ответила она. — Держись рядом, лучше позади. Так тебя не заметят благодаря силам Бри.

— Секунду, прихвачу своего железного коня.

Они вышли на лестничную площадку, и принялись считать ступени.

— Но зачем было убивать Нассчу?

— Она тенебрийка. У Бритти вендетта тенебрийцам. Убивает всех без разбора. Женщин, детей, инвалидов. Бритти, убьешь инвалида?

— Все, что от него осталось, — немедленно отозвался волк. — Даже отдачи не побоюсь.

— Вот видишь? Так было нужно.

— Господь Гарзонский, хорошо, что лонгаты в этот список не входят.

— Одного я, пожалуй, запишу.

Через десять минут все трое уже переводили дыхание в