Общество должников - Николай Константинович Дитятин

Хо и Якоб, тем временем, обносили полки мимомаркета. Нести покупки предстояло на своих двоих, ведь Зараза досталась Жанне. Она была рада как истинный тенебриец, получивший оплаченную возможность помочь другому истинному тенебрийцу. А я, в свою очередь, радовался за тачку. Она заслужила лучший возможный ремонт.

Мы встретились в условленном месте.

— Ну что ты смотришь? — прохрипел Ретро.

Олива навьючила его как ишака, а сама шла налегке и лизала соевое мороженное. В руке у нее был только пакет со всякими сладостями.

— Не взяла Доступной? — спросил я, принимая половину пакетов у Якоба.

— Завтра мне нужно будет сходить к разводчице узнать насчет нового мужа, — сказала олива, погладив меня по руке. — Не хочу вонять перегаром. Там все всё понимают, но бездетные алкоголички один хрен не приветствуются. Это… неприлично.

— Не удивительно, — сказал Якоб. — Вы же так вымрете. Вот это точно было бы неприлично с вашей стороны. Все любят зеленые попки.

— Цыханки нарожают достаточно, — возразила Хо. — Впрочем, может и я заделаю дочку. Годам к тридцати, когда скоплю достаточно денег.

— А если раньше залетишь от Хина? Такое редко, но бывает.

— Брошусь с моста. Так обычно делают, когда беременеют от лонгатов. Даже сами лонгатки.

— Смешно, — признал я. — Так что там у тебя случилось с дедулей, дедуля?

— Нет уж, вы сначала расскажите, что там с доспехами.

Так за разговорами мы добрались до Перспектив, и ввалились в офис. Сэт курил в окно, а за столом сидела наисочнейшая малышка полу-фуг, которую я только видел в своей жизни.

— Еще раз спасибо! — крикнула она. — До встречи моя сладкая хлебная палочка! Привет ребята!

Она спрыгнула со стула и прошла мимо нас, качая бедрами словно психологическое оружие настроенное валить мужиков пачками.

— Вот это задница, — сказала Хо, когда захлопнулась дверь.

— Да, — признал Якоб. — Потрясающая девица. Правда, хлебная палочка?

Сэт вдавил окурок в ладонь. Ангельское личико ангельски сморщилось.

— Что-то случилось? — спросил я, начиная разбирать пакеты.

Часть снеди Хо утащила в холодильник, остальное Фитцвиль расставлял на столе.

— Стичигерн-Ра подало на меня жалобу в Компанию, — сказал Сэт беззаботно. — Завтра к двум часам отвезешь меня к ратуши. Хо — у тебя выходной. Господин Фитцвиль, для вас есть работа, подробности расскажу, как протрезвеем. Напомни мне!

— Отлично! — радостно отозвался Ретро.

Затем мы подтащили кресла к рабочему столу, и принялись куролесить.

— А потом, — мелодично бормотал захмелевший Сэт, — я кинул в Коини пакетом с охлаждающим комбинезоном. Но тот не взорвался. А как зрелищно было… б-ыа… бы.

— Да с чего ты решил, что комбинезон взорвется? — смеялась Хо. — Это что тебе, динамит?

— Потому что я взял паленую реплику у Вричи. У него все взрывается.

— Криомасса не может взорваться, — олива от смеха сползла под стол, но мы ее вытащили.

— Зато может подтекать, — вздохнул Сэт. — В колене что-то перетерлось, я думал нога отвалиться.

— И где он сейчас? — спросил я, наливая себе еще кружечку.

— В кладовке. Я завернул в него пиво. На… х-ик!.. завтра.

— Отличное решение, — одобрил Ретро. — Слава вождю, самому предусмотрительному палочнику в мире!

— Подожди, — Сэт подлил в пиво из фляжки. — Давайте выпьем за Должников. За нас. Я очень рад, что вы не подохли, мои паразитики.

— За Должников! — хором согласились мы.

И, разумеется, выпили.

В какой-то момент нас ожидаемо понесло на улицу, потому что в офисе от дыма уже не светили лампы. Ретро и Хо обнимались, пели и вскидывали ноги. Сэт добивал пачку, сидя прямо на бетоне.

Я отошел к углу здания пытаясь оживить зажигалку, но бесполезная коробочка только плевалась искрами. В темноте я увидел машину. В ней маняще сверкал красный огонек. Вот кто даст мне прикурить.

Машина была обыкновенной труповозкой. Сигарета слабо освещало лонгатское лицо. Больше в салоне ничего было не разглядеть.

— Здорово земляк, — сказал я приближаясь. — Дай прикурить.

— Арова. Земляк.

Что-то сверкнуло у меня в мозгу, и я понял, что — все. Сейчас меня пристрелят. Лонгат затянулся, и я окончательно узнал рыжего длинномордого ССТ-шника с которым Хо дралась в грузовике.

— Компания ередает ривет, — он осклабился. — Я должен был ыловить бя на неделе, но ты рям ищешь роблемы, а, Хин?

— Ходить будет?

Я смотрел в дуло пистолета. Мой остался в офисе.

— А?

— Говорю, та чернокожая красотка которой я прострелил ногу, уже на пенсии по ранению?

— А! А-ха-ха! Нет, Джилл еще послужит. Ты првал ей мякотку. По кости только легка чиркнуло. Ну че мотришь? Кури.

Клик. Из ствола вырвался голубоватый конус. Я сунул в него сигарету и затянулся. Ну и дела.

— Григорий Клим гврит псибо. И надеется на дальнейшее… Это. Сотрудничество. И я тож. Ты вообще ебанутый, Хин. В курсе? Ладно, болтать пока не время. Вот, возьми это и вали. Свидимся.

Я поймал что-то округлое, и, совершенно протрезвевший, пошел прочь от уезжающей тачки. Дошел до веселящихся ребят и только тогда взглянул на ладонь.

Фамильный круг Хинов. Потертый, порезанный, но настоящий. Именно тот, который я сдал в ломбард десять лет назад.

Вот бабуля бы обрадовалась.