Чистильщик - Ксения Чепкасова

Он хотел уйти, но теперь уже я вцепился в его рукав.

— Ну нет, стоять! Ты не можешь вот так просто прийти, всех вырубить, спасти меня и уйти. Скажи хотя бы, ты ведь умерший? Поэтому я тебя вижу?

— И да, и нет. Для твоего мира я действительно, пожалуй, мертв.

Да что за хрень он несет?

— Ничего не понимаю…

— Я синигами.

— Кто-кто?

— Говорю же, нет времени на объяснения. Я и так нарушил все правила, чтобы явиться сюда и помочь тебе. Но я не мог допустить, чтобы ты погиб. Надеюсь, я не зря принял такое решение.

— Да что ты такое болтаешь?

— Ты чистильщик, Рэйдэн. Надеюсь, скоро ты сможешь навести порядок не только на земле, но и в потустороннем мире.

Ну здрасти, приехали! Вот мне еще только проблем потустороннего мира не хватало… Пускай вызовут потусторонний клининг!

Глава 18

— Слушай, я не понимаю, о чем ты говоришь, но давай проясним кое-что. Да, я чистильщик. Но я просто навожу порядок после убийств и всяких прочих преступлений. Да и то — теперь даже этого не делаю. Пытаюсь только разобраться с одной преступной бандой. Так что какая там уборка в потустороннем мире? Я для такого не гожусь.

— А еще ты способен видеть души и пустых.

— Каких еще пустых?

— Так мы называем демонов. Это очень редкий дар. Мало кому из людей такое под силу. Я понял, что у тебя есть этот талант, когда ты увидел меня впервые. Никто другой не мог менять заметить.

— Я не просил о таком даре! — взорвался я, — Забери его у меня и передай кому-нибудь другому. Если ты маг или бог, не знаю в общем, кто ты.

— Я уже сказал: синигами. Я проводник душ.

— Типо Харона* что ли?

— Да, только старина Харон давно нашел себя преемника. Но греки по-прежнему считают, будто он единственный проводник. Да и представления у них об этом очень странные: река Стикс, трехголовый пес, Аид… Как-то они слишком все усложняют и романтизируют.

Я бы не сказал, что река Стикс и Аид — такая уж романтика. Но спорить не стал.

— Мы поговорим обо всем это позже, — снова заторопился синигами, — Ты спасен, и я могу вернуться к своим делам. В моем мире идет война, так что мне дорога каждая минута.

— Постой, вы воюете? В мире мертвых?

Как-то слишком много новой информации на квадратный метр. Еще пять минут назад я даже не знал о реальном существовании загробной жизни. А теперь выясняется, что там еще и война идет. И жопой чую — меня собираются втянуть в чужие проблемы, да еще и потусторонние.

— Увы, — вздохнул белобрысый, — Поэтому мне и нужна твоя помощь. Кто-то должен следить за тем, чтобы порядок не нарушался. Чтобы души отправлялись дальше и не застревали в земном мире. А пустые не пожирали их вместе с обычными людьми. С такой работой справится либо синигами, либо человек, который способен видеть души мертвых. Обычно мы не даем таких заданий людям. Ты станешь первым исключением. Чего бы мне это ни стоило!

— Постой, я не просил о таких услугах. Я вовсе не хочу быть первым! Мне и земных проблем хватает.

— Важнее этих проблем ничего нет, поверь мне. А сейчас я исчезаю. Мы снова встретимся, Рэйдэн, и ты увидишь то, что недоступно другим смертным.

Он выпрямился, но, прежде чем уйти, добавил:

— И, Рэйдэн, постарайся не умереть до того момента. Боюсь, что я не смогу снова прийти к тебе на помощь.

— Эээ, постараюсь. Мне бы и самому помирать не хотелось бы. Сначала мне нужно закончить мои дела с кланом.

Синигами кивнул и растворился в воздухе, как будто его и не было.

Что за чертовщина? Неужели я правда схожу с ума? Может и раньше никаких душ я на самом деле не видел. Может это просто мои галюники? Я всегда принимал это как истину, реально как мой особый “талант”. И теперь впервые по-настоящему задумался о том — здоров ли я? Ведь сумасшедший не знает о том, что он сумасшедший.

Ну, даже если я псих — тем лучше! Легче будет расправиться с Драконами. Держитесь, дракоши, я психованный и очень опасный!

Я поднялся на ноги и только сейчас вспомнил о парнях, валявшихся в отключке. Крутые Драконы теперь просто лежали у моих ног с погасшими экранами.

Может добить их? Я вижу, что все они дышат. Но это можно легко исправить. Взять их собственные мечи и пройтись по горлу каждого. Ведь я именно этого и хотел: избавиться от каждого из них. Я ведь чистильщик. Моя работа — убирать всякую грязь.

Я наклонился и поднял один из красивых, родовых мечей. Заточенное лезвие сверкнуло в моих руках. И я увидел отражение своих суровых черных глаз и насупленных бровей.

Уже поднял руку с мечом, но в последний момент почему-то остановился. Как-то не по себе от того, что нужно убить обездвиженных противников. Не особо честно получается. Любой из них на моем месте не колебался бы, но я ведь решил, что не хочу быть таким же. Я не прочь разделаться с каждым из них, но только не так…

— Вот дерьмо!

Я злился, но понимал, что поступаю правильно. Нельзя опускаться до их уровня, иначе это будет не правосудие, а просто казнь. И если даже небесный самурай не убил их, значит — я тем более не имею на это права. Синигами понимал, что нападает исподтишка и пользуется своей невидимостью. Поэтому он не стал их убивать. Вот и я не хочу убивать, как последняя крыса. Мы еще встретимся в честном бою!

Я создал на поясе мягкий крючок с помощью кнопки настроек. Прицепил к нему меч и поспешил убраться, пока мой благородный порыв не испарился.

Впереди было другое препятствие: шумный гарем. Как пройти через него незамеченным?

Я потихоньку приоткрыл дверь и заглянул в щелочку. Чувствую себя малолетним извращенцем, который подглядывает в женскую раздевалку.

Красотки расхаживали по комнате в своих бесстыдных, прозрачных нарядах. Одни укладывали волосы, другие перекусывали и общались. Фоном играла японская музыка с современными битами.

Я оглядел всю комнату и заметил, что к деревянным балкам на потолке прицеплены несколько традиционных фонарей. На самом деле, это были современные лампы, просто стилизованные под ортодоксальную Японию. Кажется, они прочнее, чем кажутся на первый взгляд. И прицеплены как раз вдоль всей комнаты. А рядом со мной стоит высокая