Небесная академия. Ученица и наездник - Элис Айт

самом деле ничуть не мягкие, а очень даже мокрые. Но еще больше – о чувстве свободы, которое дарит полет. Однако нищенке этого никогда не испытать. Чтобы быть ближе к мечте, я устроилась мыть полы на кухне Небесной академии. И вот так по-идиотски все угробить…

Ну, Эйри, только так ты, похоже, и можешь.

Поправив лямку, я направилась к выходу из академии. Никто ни о чем спрашивать не будет, однако лучше на глаза людям не попадаться. Поэтому я решила обойти здания с другой стороны, завернула за угол…

И, разумеется, врезалась прямо в необъятное пузо повара Мабона.

В глазах заплясали звезды. Я как будто с бочонком пива столкнулась.

– Ты что натворила, несносная девчонка? – заорал повар.

– Что? – переспросила я, приходя в себя, и скрестила за спиной пальцы. – Ничего. Честное слово.

– Тогда зачем на кухню приходил господин Силвейн расспрашивать о тебе?

Ох ты ж…

– Н-ничего, – промямлила я, пытаясь бочком пролезть мимо него. – Совсем ничего…

– В таком случае это что такое? – рявкнул Мабон и сунул мне под нос какую-то бумажку.

Я поморгала, вчитываясь.

Демоновы вилы…

Витиеватым шрифтом на гербовой бумаге было выведено: «Получатель сего письма приглашается к обучению в Небесную академию».

А ниже стояло мое имя.

Глава 2

Я вусмерть запыхалась, когда добежала до основных зданий академии. Пришлось остановиться на несколько мгновений, чтобы успокоить сердце и не вваливаться к Силвейну, задыхаясь.

Хотя что ему говорить, я все равно не знала. Приглашение казалось изощренной насмешкой над моей бедностью и происхождением. Ну и что, что текст написан на дорогущей бумаге, а внизу печать? Может, это подделка. Я же не разбираюсь! Обучение на грифоньего наездника – это ведь только для избранных. Даже аристократы туда попадают не все! Другие студенты ни за что на свете не станут мириться с тем, что вместе с ними учится помощница повара. Да и преподавателей мне чем поражать – умением выпекать маковые витушки? Ну да, конечно, это же любимая еда грифонов, ха-ха!

В общем, когда я прошла через ворота бывшего замка, где находились классы и жили преподаватели, в голове была полная каша. Я понимала лишь одно – мне срочно надо пообщаться с Силвейном.

Но его не было ни на тренировочной площадке, ни в столовой. Когда я попыталась зайти в учебный корпус, привратник остановил меня еще у дверей, окинул презрительным взглядом и сообщил, что Силвейна нет и там.

Оставались два варианта: либо жилой корпус, либо Орлиная Голова – вторая вершина, где находилась святая святых академии – гнезда грифонов.

Я задрала голову, вглядываясь в подернутую облаками гору. День сегодня был ясным, лето напоследок радовало солнцем и теплом. Но даже в такую погоду вершину словно окутывало мягкое белое одеяло. Говорили, что это магия – так грифоны в древности скрывали свое жилище от людей. Вряд ли это было правдой. Люди давно научились соседствовать с гордыми полуорлами-полульвами, и академия стояла здесь уже добрых двести-триста лет. Но одно оставалось неизменным – к гнездам абы кого не пускали. Студентов – и то не всех.

Поэтому мне оставалось только направиться к пышно украшенному двухэтажному зданию. Почти все преподаватели Небесной академии жили прямо здесь, поскольку каждый день подниматься из города у подножия было нелегко. И они явно не скромничали. Хотя ректор все равно их обогнал – он жил в отдельном доме, вход в который «охраняли» два каменных грифона в полный рост.

Я набрала в грудь воздуха. Я впервые заходила в академию настолько далеко. До сих пор самое большее мне приходилось бывать в столовой, куда повар отправлял меня с тележкой еды. У нас, на кухне, ее только готовили, а красиво сервировали уже там. Считалось, что резкие запахи человеческой еды, и особенно дым из печей, раздражают грифонов, поэтому кухня и столовая располагались дальше от учебных построек.

И вот я тут, не могу набраться смелости, чтобы зайти в преподавательский корпус. О боги, как я здесь учиться-то хотела!

Усилием воли я заставила кулак подняться и уже поднесла его к двери…

– Ищешь кого-то? – спросил сзади насмешливый голос.

Я вздрогнула и обернулась. Конечно, это был Силвейн. Руки в карманах, на губах играет улыбка, в синих глазах веселье – и не скажешь, что это преподаватель.

– Вас, господин Силвейн, – сухо сказала я, протягивая ему приглашение. – Пожалуйста, объясните, что это значит.

Он приподнял бровь.

– А мне говорили, что ты умеешь и читать, и писать. Это твой пропуск на обучение в академии.

– Я вижу… – Я нервно переступила с ноги на ногу. – Но я же прислуга!

– Ну да, – спокойно ответил Силвейн. – Поэтому я надеялся на благодарность. Как насчет того, чтобы начать с простого «Спасибо, господин, это именно то, о чем я мечтала всю жизнь»?

Я сглотнула.

Откуда ему это известно? Я ни единой душе в округе ни словом не намекала на свою тайную страсть. Над моей наивностью только посмеялись бы. А когда я стала тайком навещать в авиарии Заката, таская ему вкусности, раскрывать секрет стало еще и опасно.

Разумеется, о нем знала моя мать. Но она в сотнях миль от Облачных вершин и вообще никогда бы не стала иметь дел с аристократами после того, что с ней случилось!

Должно быть, все мои мысли отразились на лице. Силвейн всмотрелся в него, по-хозяйски взял меня за плечо, развернул и подтолкнул к двери.

– Так. Идем-ка ко мне. Там и поговорим.

Я послушно шагнула в темный прохладный холл. Вокруг никого не было – все, наверное, ушли на обед.

Вдруг проскочила мысль, что Силвейн в таком случае может делать со мной все что вздумается. Никто не услышит и не придет на помощь. У аристократов и так не принято миндальничать с прислугой, а за что Силвейна попросили из Грифоньей стражи, неизвестно. Может, мне пора развернуться и бежать отсюда? Я уже оглянулась на дверь, затем посмотрела на зажатое в ладони приглашение.

Такой шанс выпадает раз в жизни. А я не только не обрадовалась, но и думаю, как бы поскорее избавиться от него. Я что, испугалась встречи с собственными мечтами? Да ни за что!

Я уверенно пошла следом за Силвейном. Он повел меня на второй этаж и распахнул одну из дверей.

– Ну, на мой фамильный особняк это, конечно, не похоже, – скромно кашлянул он. – Но вполне сносно для преподавателя.

– Ох, – только и сказала я.

Ничего себе «сносно»! А умывальник у него тоже из золота?

Пока я рассматривала шикарную обстановку прихожей, Силвейн