Контора без вывески - Карина Сергеевна Пьянкова

Александра Лихачева. У меня собеседование… – в итоге все-таки сообщила я о цели визита.

Во взгляде стража приемной читалось сомнение по поводу моей персоны.

– Ну если собеседование… – протянула девушка как-то особенно многозначительно. - Я сейчас предупрежу Илью Петровича.

После этого она нажала на кнопку на пластиковой коробке, та зашуршала и секретарша прожурчала:

– Илья Петрoвич, к вам Лихачева на собеседование.

Это «Лихачева» прозвучало настолько… по-канцелярски, что я уже в который раз поежилась. Однако когда блондинка за столом указала на дверь, куда следoвало войти, покорно потопала. Хотя уже казалось, что совершаю самую большую ошибку в жизни.

Постучав, но сугубо для проформы, я осторожно приоткрыла дверь и скользнула внутрь, готовясь увидеть кого угодно, вплоть до Бабы Яги в ступе. Однако в кабинете обнаружился дюжий светловолосый молодец, настоящая косая сажень в плечах со славянскими голубыми глазами и окладистой ухоженной бородой, над которой явно долго работали в барбершопе. Из-за этой самой бороды даже не удалось разобраться, сколько Илье Петровичу лет. Нет, было ясно, что не старый, но вот насколько не старый, я даже гадать не бралась.

– Александра Лихачева, стало быть, - протянула начальник оперативного отдела и протянул мне какие-то бумаги. Я вязала их и прочитала заголовок «Трудовой договор №665». И там уже были вписаны мои данные!

«К такому жизнь меня точно не готовила», - констатировала я про себя, но документ все-таки взяла. Похоже, про трудоустройство больше думать не придется.

Как вообще меня могли принять на работу без собеседования, даже не поглядев на диплом и все те грамоты, которые я так старательно собирала все утро, надеясь впечатлить работодателей до нервного тика?

– Но… я принята? – недоверчиво уточнила я, пытаясь окончательно понять, что именно происходит.

Это было самое короткое собеседование в моей жизни.

– Принята, - ответил коротко Илья Петрович, фамилию которого я даже не успела узнать. А потом протянул ручку, очевидно, чтобы подписала документы. - Кровью подписывать не станем, чернила надежнее. К кадровикам вам тоже идти сейчас не нужно, мой секретарь переправит им документы.

Эта шутка… показалась не совсем шуткой. В первое мгновение. Α потом я мотнула головой – и вся ерунда вылетела из головы напрочь. Впрочем, какие-то остатки ума в черепной коробке все-таки задержались, потому как я взялась читать протянутые документы, которые были вроде бы типовыми, однако же…

– Почему так много правил безопасности? - спросила я, ужаснувшись перечню того, что запрещалось делать во время исполнения трудовых обязаңностей.

Илья Петрович развел руками.

– Ну… У нас специфическая работа, но по большому счету это чистые формальности.

Очевидно, что так.

И правило нoмер двадцать пять «не забудьте трижды постучать по дереву» явно не относится к тем, что обязательны к исполнению.

В целом же… Ну, обычный трудовой договор с той же зарплатой, какую указывали в объявлении. Последнее радовало особенно сильно.

После того, как я поставила свою ещё по-детски округлую подпись, спросила у теперь уже точно начальника:

– Но почему вы так запросто меня наняли? Вы же ничего обо мне не знаете.

Илья Петрович потеребил бороду и выдал:

– Но вы же пришли.

Когда я, совершенно ошалев, покинула кабинет начaльника отдела, девушка в приемной уже ожидала меня с готовым пропуском.

– Лара, - коротко представилась она и даже протянула руку, которую я с опаской пожала.

Несмотря на то, что новообретенная коллега была худенькой и тонкокостной, ладонь у нее оказалась неожиданно жесткой, сильной, почти грубой. Да и хватка у Лары была железной.

– Саша, - представилась я, хотя однокурсники меня звали исключительно «Лексой». Это считалось чертовски круто, но среди студентов. Родители же твердили, что мое прозвище по-настоящему идиотское. На работе… на работе наверняка тоже бы не оценили излишнюю креативность. Поэтому я решила снова стать просто Сашей. Так, на всякий случай.

Лара усмехнулась и сообщила:

– Я проведу тебя на рабочее место. А дальше как-нибудь… сама.

Выходить из кабинета категорически не хотелось. Там, снаружи, снова все будет белым и безо всяких опознавательных знаков. Как тундра зимой, только тепло.

– Как здесь вообще ориентироваться? – жалобно спросила я у коллеги. - Тут же все такое… одинаковое…

Лара бросила на меня удивленный взгляд, однако потом ее как будто озарило.

– Α! Ты шла от лестницы. Лифт сломался или Яныч поднял шум?

И снова я слышала о каком-то непонятном Яныче.

– Кто поднял шум? – осторожно переспросила я.

Девушка тихо прыснула, прикрыв рот рукой.

– Ты же совсем новенькая! Феликс Янович, начальник отдела информирования. Ρыжий, высокий и шумный, его захочешь – и то ни с кем не перепутаешь.

О Феликсе Янoвиче Лара говорила с усталой обреченностью.

И, разумеется, я тут же вспомнила о том парне в костюме, который разорялся в холле. Οн действительно был высоким, рыжим и по-настоящему шумным.

– Кажется, я такого видела. И действительно он говорил, что лифтом не стоит пользоваться, - подтвердила я догадку новой коллеги.

Та картинно закатила глаза.

– Увидишь Яныча ещё раз, не дожидайся проблем – просто беги, – проникновенно посоветовала девушка. - Со всех ног удирай.

Я вообще перестала что-либо понимать.

– И что он может сделать?

Вряд ли так уж много, если он начальник другого отдела.

Лара рассмеялась.

– Задолбает насмерть. А потом напишет докладную директору.

– Но за что?! – ужаснулась я, вообще не представляя, с чего такая беда может на меня обрушиться.

И снова Лара тихо рассмеялась.

– Уж он найдет, за что. Яныч у нас король бюрократии, докладные пишет две за раз – одну правой рукой, вторую левой. И наш отдел он просто ненавидит. В общем, помни мой совет, с Янычем связываться себе дороже. Но если Феликс Янович отказывается идти в лифт, тоже не идти.

Дорога до оперативного отдела и впрямь вышла несложной.

Теперь, когда нервы успокоились, оказалось, что стены все-таки не безликие. Имелись даже аккуратные барельефы, которые указывали направление. Просто они тоже были белыми и так сразу в глаза не бросались.

Кабинет, в котором сидели другие работники моего отдела, находился буквально за поворотом, и