Читай меня вслух - Женя Юркина

остановить неизбежное. Это произошло само собой. Если бы от нее что-то зависело, она сделала бы все возможное, чтобы удержаться рядом. Раньше Катя не понимала, как родители могут отречься от детей, теперь же не понимала и обратного. Она стояла перед сутулой старушкой и видела свою историю как в зеркале, где правое становилось левым, отражаясь в деталях, но противоположно.

Катино неравнодушие тронуло Сову. Она слабо улыбнулась, точно поблагодарила собеседницу за участие, и тихо произнесла:

– Порой мы совершаем поступки, не зная, что они за собой повлекут. Любая мелочь может привести к череде печальных последствий – и моя жизнь тому подтверждение.

– Никогда не поздно исправить свои ошибки!

– Нужно уметь не только исправлять ошибки, но и прощать их другим, – заметила старушка и хотела добавить что-то еще, но громыхающая дверь прервала ее.

В библиотеку пришла девушка в маленьких очках прямоугольной формы – точь-в-точь таких, какие недавно Ирка раздавила под своим сапогом. Это воспоминание больно укололо Катю. Читательница водрузила на стойку внушительную стопку книг и вручила библиотекарю целый список новых изданий. Катя посторонилась, чтобы не мешать. Пожалуй, этот момент был идеальным для ухода: раствориться тенью, не прощаясь, не подбирая нелепых выражений и не рассыпаясь в любезностях. Однако что-то необъяснимое удерживало ее здесь.

Ожидая, когда Сова освободится, Катя снова стала разглядывать сборник стихов в надежде увидеть какие-нибудь изменения. Но книга оставалась прежней – обычной, потрепанной временем и пахнущей въевшейся в страницы пылью; ни одной зацепки или подсказки. «Что же Ник имел в виду? Неужели я нашла не то?» – мысль пугала ее, поскольку иного пути Катя не видела.

Сова продолжила носить из глубины стеллажей новые книги, сверяя каждую с посетительницей. Девушка, несмотря на очки, щурилась, пытаясь прочитать на расстоянии названия на обложках. Воспользовавшись моментом, Катя оставила этих двоих и отправилась вглубь книгохранилища. В нос ударил запах пыли, старой бумаги, типографских чернил и еще чего-то неизвестного. За долгие годы книги сумели вобрать столько разных запахов, что отделить один от другого было уже невозможно. Здесь пахло старым, почти забытым, древесно-дымным.

Кате казалось, что она идет сквозь замшелый лес, где деревья вздымаются вверх, смыкаясь кронами и не пропуская солнечные лучи. Сумрак, запахи, тишина – каждый орган чувств обманывался атмосферой библиотеки.

Она шла медленно, стараясь не издавать звуков, словно боялась разбудить зверя, прячущегося в книжных дебрях. Ориентиром служили таблички-рубрикаторы, в которых старушка-библиотекарь наверняка не нуждалась. Стеллаж с новинками выделялся из общего многообразия: корешки книг блестели, как отполированный автомобиль, а запах типографской краски и свежей бумаги позволяли отыскать эти полки с закрытыми глазами.

Наконец, она вышла из дебрей к боковым стеллажам, каждый из которых был красочно оформлен: эдакая библиотечная витрина, привлекающая внимание читателей. Энциклопедии, новинки, нетленная классика, тематическая литература – нагромождение книг: маленьких, по типу брошюрок, и толстых томов. Всюду торчали таблички и названия рубрик, заклеенные скотчем и поблескивающие на срезах фанерных полок. Катя рассматривала разноцветные указатели. Афоризмы писателей, цитаты из книг, стихотворные строчки… Один взгляд на широкий стенд – и по телу ее пробежали мурашки. Не веря своим глазам, Катя бросилась к крайней полке, где взгромоздились энциклопедии, – на табличке были написаны те же стихи, что сегодня ей оставил Ник. Дыхание перехватило, сердце глухо застучало в груди и словно ухнуло вниз, отчаянно цепляясь за ребра, когда Катя увидела целый стеллаж с книгами о космосе. Вот что имел в виду Ник!

Следовало внимательно изучить этот стеллаж. От разноцветных рядов, пестрящих корешками книг, рябило в глазах и кружилась голова; названия расплывались, точно зрение резко упало. Она искала подсказку среди книг, ощупывала пространство за ними, хватала одну за другой, встряхивая и перебирая страницы в надежде обнаружить там спрятанную записку. Но не было ни одной вещи, которая могла бы сойти за подсказку или выдать присутствие Ника.

Катя стояла перед обычным библиотечным стеллажом, который хранил в себе десятки изданий: от красочных энциклопедий до тонких, потрепанных книжиц. Чтобы внимательно изучить каждую, уйдет целый день. Где-то за спиной Сова шелестела страницами. Катя представила, как будет объяснять свое странное поведение. Достойной версии не нашлось, поэтому она вернулась к рядам книг, сменив тактику. Теперь Катя внимательно разглядывала каждое название на корешке, чтобы попытаться отыскать намек в них. Ведь должна же быть логика в этих ребусах от Ника?

«Космос для детей», «Космические секреты», «Все о космосе», «Путь к звездам», «Оконные галактики»… Катя замерла. Перечитала название – вдруг померещилось? На фиолетовом корешке округлые желтые буквы определенно складывались в слова: «Оконные галактики». Она схватила книгу, словно боялась, что та, будучи обнаруженной, убежит и затеряется среди бесчисленных библиотечных полок.

Это была толстая энциклопедия с изображенными на обложке галактическими туманностями. Буквы на лицевой стороне складывались в совершенно иное название – «Космическая книга». Катя покрутила ее в руках, сверяясь с различием в названиях на корешке и обложке. Ошибки быть не могло – она нашла ту самую книгу. Обычная детская энциклопедия в красочном оформлении, с картинками и редкими пятнами текста.

Катя пролистала книгу, но так и не нашла ничего. Осталась последняя страница, а там вдруг обнаружился убористый почерк с колючками вместо букв и цифр. Прежде раздражая небрежностью и сходством с частоколом, сейчас он вызвал у Кати дикий восторг: «Вот он, Ник, оставляющий свои записи на книгах, меняющий их названия, читающий таблички над стеллажами!»

Новое послание от него было комбинацией цифр, что складывались в многозначный код ISBN, указывающий на конкретное издание. Катя достала мобильный телефон, сфотографировала страницу, испорченную корявым почерком, и вернула книгу на место.

В этот самый момент рядом возникла Сова. Неудивительно, что ее усохшее тельце двигалось бесшумно.

– Ты что-то ищешь? – спросила старушка, готовая помочь.

– Увидела красивый стенд, решила рассмотреть поближе, – соврала Катя и скрасила свою ложь улыбкой. Получилось правдоподобно.

– О, я ведь каждый стенд сама оформляю, – замечание, очевидно, польстило старушке. – Подбираю подходящие афоризмы, стихи, цитаты, а потом пишу на ватманах. В последнее время зрение стало ни к черту! Приходится просить помощи у коллег.

Произнеся слово «коллеги», она засмеялась, словно находила его звучание забавным или представляла себе что-то комическое. У Кати это слово вызывало ассоциации с пчелиным роем и неумолкающей Дарьей, источающей запах из смеси сладких духов и растворимого кофе.

Катя кивала и ахала, слушая истории о том, как создавался каждый красочный стенд. Воспользовавшись паузой, возникшей в монологе, девушка заявила, что ей пора уходить. Сова послушно угукнула. Она даже не подала виду, что прерванная беседа ее обидела, только поправила шаль, закутываясь в нее еще сильнее. Возможно, именно из-за таких бесконечных одергиваний шерстяная шаль и стала потрепанной.

Они попрощались, и Катя поспешила к выходу. Внезапно на пороге ее что-то остановило, словно она была привязана веревкой, которая натянулась до предела и не позволяла двигаться вперед. Катя застыла, несколько мгновений изучая потрескавшийся линолеум под ногами, потом обернулась и напористо спросила:

– Как зовут вашу внучку?

Вопрос оказался неожиданным – Сова растерянно подняла взгляд и замерла над каталогом читательских карточек.

– Лиза… Петрова…

Катя кивнула, показывая, что ответ старушки услышан, и скрылась за тяжелой дверью, не дожидаясь встречных вопросов.

На улице резко похолодало, да к тому же стал накрапывать дождь. Катя поежилась, натянула на мочки ушей вязаную шапку и зашагала к автобусной остановке. По пути она размышляла, что делать с новой подсказкой. Вначале она задумала проверить каталог библиотеки, но компьютера на столе у старушки Катя не заметила и засомневалась, что та вообще знает о его существовании. Странно, что в библиотеке не оказалось компьютера, но целый ряд событий, происходящих в последнее время, убеждал ее в том, что в мире множество странных вещей.

Общественный транспорт был забит