Пятая Бездна - Саша Степанова

то наливали чай, сидр или глинтвейн и сразу понимали, как чувствует себя другой. Мы слышали голоса друг друга. И когда он разбился на мотоцикле, то рассказал мне все. – Лера заметила, как Вэл положил руку ей на плечо. – На дорогу выскочили дети. Лис ушел от столкновения и врезался в дерево. Он успел со мной попрощаться.

Она дернула плечом, и Вэл убрал руку.

– Но второй чарки у меня нет. Я подарила ее подруге.

– Бесплатно? – на всякий случай поинтересовалась Лера.

– Взамен она дала мне тетрадку со своими рассказами. Она талантливо пишет. А теперь извините, мне нужно вернуться к папе.

Вэл сказал, что отвезет. Ульяна и Лера пешком пошли к метро.

– Жаль ее, – сказала Ульяна. – Это же ее парень был на рисунках?

– Видимо. А чарки – немой и глухой, как их там?

– Матрены и Домны.

– Точно. – Лера посмотрела на экран телефона – на электричку она успевала, больше гулять не придется. Заметила число, улыбнулась: – А у меня завтра день рождения.

– Ого! Хочешь, поехали ко мне, а завтра пойдем тусить. Или решила праздновать с Ратниковым?

– Да не хочу я праздновать с Ратниковым!

– Утром вы почти целовались.

Лера сложила руки на груди и замолчала. Ей хотелось поехать к Ульяне, но нужно было возвращаться в «Завидово». И праздновать с Ратниковым.

* * *

– Это называется «память». Ты просто нащупываешь нужные нити. «Память» всегда делается в самом начале.

Примерно так Лера и подумала, когда наблюдала за движениями Аша, Вэла и Алисы. Руки разведены, пальцы расслаблены, глубокий вдох…

– Но ты все равно ничего не умеешь, поэтому хватайся за все, что видишь. Нашла – и держи. Вот так.

Связь между Лерой и сломанной березовой веткой напоминала тоненькую паутину. Ее и разглядеть-то удавалось с трудом – сверкнет и исчезнет. Поначалу Лера даже не поняла, что это та самая «нить», и пыталась стряхнуть ее с пальцев, а потом обернулась на Эрика и замерла. Их связывало целое серебристое полотно! Лера подняла руку, но нити ее не задержали. Покрутилась – они не шелохнулись. Так вот зачем нужны знаки! Она раскинула руки в «памяти»…

– Не со мной, – отрезал Эрик. – Твоя цель – предмет.

«В моем доме нет лишних хрустальных ваз», – заявил он утром и предложил потренироваться в заброшенной усадьбе, но возвращаться туда Лера категорически отказалась. Поэтому от дома отошли совсем недалеко – в лес, на поляну. Лера, конечно же, проверила, не спрятана ли в кустах статуя весом в тонну.

– Старайся сразу запоминать движения и названия. Просто чтобы мы понимали друг друга. Сейчас – дюжеврат.

Пока ее направлял Ратников, все шло отлично. Ветка дернулась, взлетела и со свистом пронеслась мимо Лериной головы в сторону.

– Ч-черт, – послышалось сзади. Эрик потирал плечо, но улыбался. – Ничего, сам виноват. Дюжеврат – специальный прием для предметов, – пояснил он и положил ветку обратно. – Ты можешь применять его к людям, но это… м-м… не вполне этично. Все равно что заставить кого-то поторопиться пинком под зад.

Лера порозовела, припомнив, как Вэл и Ульяна обсуждали дюжеврат в заброшенной усадьбе. Правда, тогда ей было не до этики.

Покопавшись в траве, Эрик поставил под дерево две стеклянные бутылки. Осмотрел их и, кажется, остался доволен.

– Теперь давай без меня. Дюжеврат, а потом попытаемся их разбить. В жизни не думал, что двигать предметы так интересно!

И снова Лера безуспешно ловила еле заметную паутину. Эрик развлекался тем, что переодевал с руки на руку кастет-веккию. Сжимал и разжимал пальцы, замахивался, будто готов нанести удар.

– Как это работает? – спросила Лера, чтобы не в тишине пальцами водить.

– Веккия? Да хоть прям сейчас покажу, – ехидно предложил Эрик. Вдруг она забыла про его же собственное «ничего хорошего»? – Да не напрягайся ты. Я шучу. Смотри. – И подошел, держа кастет на раскрытой ладони.

Теперь Лера увидела, что хромированная поверхность снабжена несколькими крючками, каждый из которых скручен спиралью и выгнут в свою сторону. С точки зрения внешнего вида – спорно.

– Никогда не позволяй противнику с веккией… – медленно начал Эрик, – …подходить к себе со спины. Потому что мы уязвимы. Здесь и здесь. – Свободной рукой он легко коснулся Лериного запястья, затем основания шеи. – Последнее место – это лодыжки. Если не владеешь единоборствами, то против лома нет приема. Еще не советую забывать о том, что теперь у меня тоже есть веккия и именно я чаще всего стою у тебя за спиной. Rozumis mi?

Прямолинейно, ничего не скажешь. Лера очень даже «розумишь».

– Перерыв?

– Пять минут, – неохотно согласился Эрик. – Термос где бросила?

– Там, в траве.

Лера махнула рукой, как вдруг что-то кольнуло ее в ладонь. Ощущение было совсем слабым, но от неожиданности она отдернула руку – и едва не уронила термос себе на ногу.

– Сильно! – выдохнул Эрик. – А бутеры?

На этот раз поймать удалось сразу, потому что она готовилась, как вратарь – к попаданию мяча в ворота.

– Объясни мне, пожалуйста. – Лера торопливо дожевывала бутерброд. Эрик сидел напротив на поваленном дереве и разливал кофе по пластиковым стаканчикам. – Почему, когда я взяла за руку Ульяну, ничего не произошло? Ну, помнишь, когда вы меня проверяли?

– Я спрашивал об этом свою… своего консультанта. – Ого! А чего покраснел-то так? – Оказывается, такое возможно, если ты сильно не хотела причинять Ульяне вред. Понимаешь… – Он отхватил половину от куска хлеба с колбасой и продолжил говорить с набитым ртом. – Я не подумал о том, что вызов – процесс произвольный. Зовущие его контролируют. Примерно так, как научилась делать ты. У тебя не получилось сразу, потому что… Ну, видимо, я тебя конкретно достал.

Лера усмехнулась. Достал – не то слово.

– Но я не обижаюсь! – как ни в чем не бывало продолжал Эрик. – Хотя нам пришлось срочно уехать из Праги и у меня сорвалось несколько важных дел. Отца тоже из-за тебя похитили…

Лера сама об этом думала. И чувствовала вину. Потому и не смогла бросить Эрика в поисках Бездны, как советовал Вэл.

– Ладно, проехали. Давай дальше.

Она вернулась к бутылкам. Теперь Эрик не встал у нее за спиной, чтобы подсказывать, а наблюдал со стороны.

Невидимая нить оказалась упругой и немного сопротивлялась попыткам за нее потянуть. Отпружинив, ветка отлетела Эрику под ноги.

– Сорян, – на всякий случай извинилась она, чтобы Эрик не подумал про месть. Тот махнул рукой – продолжай.

С бутылками оказалось сложнее. Они качались из стороны в сторону, валились друг на друга, как кегли, даже поднимались в воздух, но не разбивались.

– Бесит! – не выдержала Лера