Пятая Бездна - Саша Степанова

– Ну почему же?..

Стукнули деревянные бусины шторы, отделяющей подсобку от зала, и оттуда выехала коротковолосая девчонка с острым носом и такими же, как у Гусара, глазами. Она сидела в электрическом кресле-коляске.

– Это моя картина, – сказала она, – и я готова с ней расстаться. Скажем, за пятьдесят.

– Лиля! – ахнул Гусар. Лера потерла глаза и снова посмотрела на холст – маленький, и рисунок так себе. Самовар, баранки еще эти… Цену она явно загнула.

– Ты профессионал, – сказал Вэл. И по его тону, и по тому, как Ульяна оттеснила ее ко входу, где безучастно рассматривала свои ногти Алиса, Лера поняла, что началась работа. Слаженная работа людей, которым не нужно договариваться заранее.

– А ты художник? – спросила Лиля.

– Не совсем. Работаю в геймдеве.

– Что это?

– Пишу сценарии для компьютерных игр. Сам не рисую, но связан с визуалом. Ты нарисовала загадку.

Лиля посмотрела на холст, будто видела его впервые.

– И какую же?

– Один предмет не подходит к двум другим.

– Это правда. – Она обменялась с Гусаром непонятными взглядами. – Пап, мы прогуляемся тут рядом?

Тот кивнул, и вот уже Вэл взялся за кресло, чтобы помочь, но Лиля жестом отклонила его помощь, и оба скрылись в подсобке – видимо, оттуда вел оборудованный выход на улицу. Ульяна широко улыбнулась Гусару:

– Я, пожалуй, куплю коня! Мой друг постеснялся, но он будет счастлив.

* * *

– Вэл рассказывал про лошадь. Это его детская психотравма.

– Ха-ха, – сказала Лера и отпила лимонад. – Тогда зачем ты ее купила?

– Потому что нельзя всю жизнь бояться детской игрушки. Нужно работать со страхом!

– Ты даже не знаешь, в чем тут страх.

Ульяна наклонилась и оттянула кольцо – совсем немного, но когда отпустила…

Летняя веранда пришла в движение. Кто-то вскрикнул, звякнул опрокинутый бокал, все обернулись к их столику. Пластмассовая лошадка-каталка гоготала, как сатана. Ругаясь, Ульяна попыталась затолкать ее под столешницу, а Лера смотрела на застывшие лица официантов.

– Просто не верится. – Это подскочил Вэл. – Зачем, Ульяна, зачем?..

Бесовщина, вселившаяся в коня, наконец заткнулась, и бледный Вэл молча разводил руками, будто не находя слов.

– Так себе шутка, – прошептал он и сел за столик. Девушка, которая приносила им заказ, подошла и глянула Ульяне под ноги.

– В жизни ничего страшнее не слышала. Ну и игрушечка. Можно на всю жизнь заикой остаться.

Вэл поднял на нее взгляд мученика и сдержанно кивнул.

– Спасибо, мне ничего не нужно.

Он сложил перед собой руки, и Лера заметила, что они подрагивают.

– А где Алиса?

– Уехала, – отмахнулась Ульяна. – Ее подруга звонила несколько раз. Обиделась на отмену встречи, и Алиса сдалась.

– Ясно. В общем, новости хорошие. Чарка у Лили. Она живет недалеко, съездим и посмотрим. Она, кстати, участвовала в «Московских стражах», прикинь?

– Городской квест, – пояснила Ульяна для Леры. – Валька организовывал. Прикольно! А мы все поместимся?

– Не-а. Я возьму Лилю и кресло, а вы пешком. Минут двадцать, адрес я сейчас скину.

Некоторое время Вэл и Ульяна сидели, уткнувшись в телефоны. Лера достала свой, чтобы не выделяться. Заодно настрочила маме радостное сообщение о том, как замечательно в «Завидово» и прямо сейчас они с Петром едут за покупками.

– Ладно, пойду, увидимся.

Лиля уже ждала его в тени огромной липы. Вэл перепрыгнул через ограждение летней веранды, и они пошли рядом. Ульяна расплатилась за два лимонада и взяла коня.

– Идем?

– Ага.

Спрятав глаза за солнечными очками, они побрели к Большому Тишинскому переулку. Первой молчание нарушила Ульяна:

– Лер, а вы с ним что, не разговариваете?

– Нет, почему… – Она попыталась вспомнить. Кажется, в последний раз Вэл обращался к ней, когда ждал ее возле дома Ратниковых.

– Это я виновата, – сказала Ульяна. – Зря я полезла.

– Да перестань. Зато теперь все ясно. Я ему безразлична.

«Какой тихий район, – подумала Лера. – Наверное, хорошо здесь жить».

– Я пыталась поговорить с ним про Бездну, – снова заговорила Ульяна. – Но он отшутился.

– Понятно. Думаю, он ищет ее просто так, по фану. Это же интересно.

Ульяна неопределенно пожала плечами и посмотрела в телефон.

– Написал, что они на месте и ждут нас.

Дом Лили оказался старой московской пятиэтажкой. Квартиры в таких достаются в наследство от бабушек. Скромно, но чисто. Лавочка у подъезда, внушительный пандус – у других такого не было, и Лера представила, как Лиля выбивала его в ЖКХ.

Дверь квартиры на втором этаже была приоткрыта, но Ульяна все равно постучала.

– Входите! – крикнула Лиля.

Внутри было прохладно. Пахло растворителем и лаком. Вслед за Ульяной Лера скинула кроссовки и прошла в кухню. Лиля и Вэл Снежин, который смотрелся здесь инопланетянином в своих красных шортах и льняной рубашке, тихо переговаривались, но с появлением гостей замолчали.

– Лера. Ульяна, – представил Вэл. – Мои подруги. Пишут научную работу по новгородским жальникам. Чарка с твоей картины когда-то была найдена там.

– Историки? – удивилась Лиля. – Как интересно! Но чарки ничего не стоят, мы с папой делали экспертизу.

– Чарки представляют научный интерес, – авторитетно вставила Ульяна.

– Откуда они у него? – спросила Лера, припомнив историю с кражей, рассказанную профессором Реутом.

– Ох… – Лиля потерла лоб. – Ему приносили на продажу старые вещи. Что-то он брал, от чего-то отказывался. Чарки принес сосед, ему срочно понадобились деньги. Это некомплект, и у кого-то другого папа бы не взял, просто решил выручить человека. Но лучше спросите об этом его самого, я могла забыть или перепутать. Идемте, я покажу.

Между комнатами не было дверей, на полу – никакого хлама. Лиля уверенно переместилась из кухни в гостиную и, взявшись за поручень, подтянулась к шкафу. Стену украшало несколько картин, написанных совсем иначе, чем натюрморт с чаркой. Лиля рисовала искаженное от боли лицо – одно и то же, мальчика с ярко-рыжими волосами. Детали повторялись: инвалидные кресла, мотоциклы, полосатые кошки и чарки Яромилы.

– Вот.

Лиля протянула Лере сестру-близнеца той, что она держала в руках в квартире Ивана, только мятую и не такую чистую. Лера обхватила ее ладонями.

– Вроде другая, – с сомнением заметила она, присматриваясь. – На картине была не эта.

– Верно, – усмехнулась Лиля. – Не эта.

Она протянула руку, и Лера, помедлив, вернула вещь.

– У меня был парень, – сказала Лиля ровным голосом. – Его звали Лис. Он купил у папы две чарки: себе и мне. Говорил, что они волшебные, но открываются только тому, кто отдал за них что-то важное, хотя бы деньги. Нам обоим это казалось романтичным.

Прикольно, подумала Лера. Аш расплатится за Бездну возвращением Петра, которого сам же и похитил. А он продуманный!

– Мы всегда носили их с собой. Когда были не рядом,