Месть Осени - Надя Хедвиг

кухне при внезапном пожаре. Как будто пожары бывают ожидаемые… Сосредоточиться никак не удавалось: на кухню пришла Мася, и над мисками развернулась настоящая кошачья война за еду. Да и писклявые голоса из Ванькиного телефона здорово отвлекали.

– Приглуши, а?

Ванька запихнул толстые ломти хлеба в тостер и молча убавил громкость. Но я уже выцепил слова «колдун», «жульничать», «порча» и невольно начал прислушиваться.

– Когда один конкурент ломает ногу, другой травится, а третьего с инсультом увозит «Скорая», такая себе победа, верно? – рассуждал один голос.

– Думаешь, все дело в порче? – спрашивал второй.

Бублик цапнула Сметану за ухо, и та жалобно заскрипела. Пришлось поднять ее обратно на диван.

– Он зарабатывает этим на жизнь. Сам говорил вначале, помнишь? Подумаешь, парой заговоров больше…

Ванька достал хлеб из тостера и плюхнул на тарелку. Сел за стол и припал к кофе, как страждущий в пустыне. Телефон приземлился рядом. На крошечном экране двое донельзя серьезных парней на фоне книжного шкафа обсуждали чью-то победу в телепередаче.

– Так уж и заговоров, – недоверчиво переспросил тот, что казался помладше.

– А бесы его знают…

Меня вдруг как ошпарило. Я взял с подоконника свой мобильник, нашел фото с крыльца Веры и показал Ваньке.

– Шаришь в таком?

Он перестал жевать. Завис, разглядывая иероглифы – или что там было – на белом фоне.

– Эфто крофь?

– Прожуй сначала.

Ванька послушно прожевал и, проглотив, задумчиво покрутил телефон в руках. Потом поставил свою видяшку на паузу и задумчиво изрек:

– Это руны. Точнее, став.

– Что?

– Рунический став. Типа как, – он пощелкал в воздухе пальцами, пытаясь подобрать эквивалент, – предложение, только каждое слово в нем – руна.

– И что здесь написано?

– Я тебе что, жрец?

Видимо, что-то отразилось у меня на лице, потому что он махнул рукой.

– Перешли мне, короче. Спрошу в одном чатике.

Я отправил ему фото. Ванька продолжил сонно жевать.

– Спросишь?

Он закатил глаза:

– Вот уже спрашиваю, видишь? Уже скидываю в чат.

Через пару часов я сидел в школе, чувствуя себя Гулливером за партой. Ванька прислал сообщение, явно пересланное от кого-то еще.

«Короче, тут все ясно. «Приворотное яблоко». Лишаем кроля защиты, чтобы не сопротивлялся, замораживаем отношения, которые были, приковываем внимание, чтобы ни на кого больше не смотрел. В конце закреп, типа «не доставайся же ты никому».

Я задумчиво постучал мобильником по парте.

– У вас вопрос? – Училка в квадратных очках на пол-лица обернулась ко мне.

Это не твое дело. Не твое дело, Тоха. Мало ли когда и кто это нацарапал на крыльце. Оставь ее в покое.

– Задумался. Извините.

Опустив голову, я принялся дальше списывать с доски.

Часть II. Соблазн

Глава 7

Тяжело опираясь на трость, Аскольд шагал рядом со мной к двери под неоновой вывеской. Даже сквозь свитер и пальто я чувствовала на локте его хватку. Часть меня продолжала считать, что заявиться в стриптиз-клуб с черным магом – дурная затея. Часть растерянно вопрошала, как это возможно – просить убийцу о помощи.

«Как будто ты сильно от него отличаешься», – прокомментировал саркастичный голос Лестера в голове, когда мы встали в конец очереди.

Через пятнадцать минут перед нами осталось только два человека. Смотрящий едва взглянул на них и без лишних вопросов пропустил. Он был в одной белой футболке. Из-под рукавов выглядывали бицепсы со вздутыми венами, на рельефной груди растянулась надпись «Angel». Глаза скрывали темные очки-половинки.

– Я тебя знаю, – веско произнес Смотрящий, когда подошла наша очередь. Кажется, он обращался к Аскольду.

– Многие меня знают, – прохладно отозвался Аскольд. – У нас забронирован столик. Мы войдем, если не возражаете.

– А если возражаю? – Смотрящий стал похож на огромного нахохлившегося орла. – Ты что здесь забыл, богохульник?

Аскольд даже бровью не повел.

– Столик, – ровно повторил он. – Который я забронировал час назад. И оплатил.

Я хотела сообщить, что мы вообще-то знакомы, но Аскольд незаметно придержал меня за локоть.

– Могу я увидеть менеджера?

По телу разлилось странное тепло, точно перед нами зажегся факел. Внешне все осталось по-прежнему: парень, похожий на Шварценеггера, препирался с очередным посетителем, посетитель пытался попасть в клуб. Но что-то было не так. От Смотрящего исходила столь явная угроза, словно Аскольд был его злейшим врагом. А мои шансы выговорить «Мне не нужна сила Зимней Девы» таяли с каждой минутой.

Вдруг ужасно захотелось домой. Или к маме. Да пусть даже в ближайшую кафешку – куда угодно, лишь бы подальше от этого места. Но цепкие пальцы все еще держали мой локоть. Аскольд и не думал сдаваться.

– Кто ваш начальник? – допытывался он. – С ним можно пообщаться?

– О, ты получишь массу удовольствия от общения с моим начальником! – угрожающе ухмыльнулся Смотрящий. – Это я тебе обещаю. Устроить вам встречу?

Мне захотелось дать Аскольду подзатыльник. Неужели он ничего не чувствует?

– Мы уже… – нерешительно начала я.

Но никто, кажется, меня не услышал. Аскольд продолжал сверлить охранника надменным взглядом.

Вдруг рука Смотрящего дернулась к левому уху – я заметила крошечный черный наушник. Он прислушался, а потом без выражения произнес:

– Можете войти.

Железная дверь за его спиной отворилась. Мелькнула мысль: это последний шанс, чтобы убраться отсюда. Но я тут же сама себе возразила: а что потом? Караулить Смотрящего у клуба?

Взгляд скользнул по темным стеклам очков, по гладко выбритому мощному подбородку. В памяти всплыли слова почти двухлетней давности: «Брат ставил на то, что ты придешь после наступления зимы. Теперь он мне кое-что должен».

Не буду я с ним говорить наедине. Мало ли что мне предъявят за проигранный спор.

Смотрящий отступил, пропуская нас.

– Аккуратнее с девочками, – бросил он напоследок.

– Руками трогать не буду, – высокомерно ответил Аскольд.

Идиот!

– Смотри, а то я тебя потрогаю, – без улыбки отозвался Смотрящий.

Стоило нам войти, как дверь тут же захлопнулась. Вокруг сомкнулась чернильная темнота. Куда он нас засунул? На границу миров? Сразу в преисподнюю? Инстинкт самосохранения отчаянно вопил, что пора выбираться, но я произнесла только задумчивое «Хм…».

– Тут портьера, – успокаивающе объяснил Аскольд. Он зашуршал чем-то, и пол перед нами разрезала полоска красного света. – Прошу.

Внутри клуб напоминал фойе кинотеатра. Стены были обшиты красным бархатом, от крошечных лампочек под потолком лился золотистый свет. Нас встретила рыжеволосая девушка в фиолетовом платье с такими же фиолетовыми глазами. Она обворожительно улыбнулась Аскольду и звучно произнесла:

– Добрый вечер. Меня зовут Мелисандра. У вас зарезервирован столик?

– На имя Аскольда Мирина, – сухо уточнил Аскольд, по-прежнему поддерживая меня под локоть.

– Одну минуточку, – сверкнув фиолетовыми глазами, Мелисандра извлекла из складок декольте телефон