Операция «Кронштадт» - Василий Анатольевич Криптонов

сложиться так, что мыс тобой больше никогда не увидимся.

— Полли, перестань, всё будет…

— Костя, у нас очень мало времени! — чуть ли не всхлипнула Полли.

И правда, я уже слышал шорох шин второго подъезжающего автомобиля.

— Чего ты хочешь? — спросил я.

— Поцелуй, — сказала Полли и покраснела до корней волос.

— Э…

— Один маленький поцелуй от человека, с которым я собираюсь обручиться! Разве это так много перед смертью?

— Так! — Я схватил Полли за щёки, заглянул ей в глаза. — Хватит о смерти, накаркаешь! Никто не умрёт, всё будет хорошо. Ясно?

— Я…

Я поцеловал её в губы. Полли содрогнулась, едва не отпрянула, но тут же расслабилась, и её руки обвили меня за шею.

Спустя несколько секунд она отстранилась.

— Я буду ждать нашей встречи, — прошептала Полли. — Не выходи, не нужно лишний раз мелькать. Пожелай мне удачи.

— Удачи, — улыбнулся я.

— И тебе удачи на Игре!

Полли выскользнула из салона, оставив меня с неприятным ощущением, будто я пытаюсь отсидеться, пока она делает всю работу. Да, собственно, так оно и было. Полли похитят какие-то непонятные упыри, которые неизвестно что с ней сделают. А я? Я просто буду участвовать в Игре, пусть и международного значения. А, ну и ещё буду приглядывать за великой княжной — которая, насколько я её знаю, вряд ли доставит мне какие-то проблемы.

Дверь открылась, и Полли вновь села рядом со мной.

— Что-то забыла? — спросил я.

— …что?.. — Рассеянный взгляд в ответ.

— Кто там подъехал? Великую княжну не привезли?

— …привезли…

И тут понимание шарахнуло меня по темечку, будто кувалдой.

— О-о-о… — протянул я. — Почему-то думал, что внешность вам изменит впервые моя сестра. Прошу прощения. Здравствуйте, Анна Александровна.

— …здравствуйте… — пролепетала великая княжна.

Дверь вновь открылась, и рядом с Анной втиснулся Витман. Мне всё ещё казалось, что Полли сейчас встрепенётся, рассмеётся, скажет: «Да я же шучу!». Но она сидела, сложив руки на коленях, и глядела перед собой и чуть вниз. Казалось, что перед её взглядом разворачиваются невидимые для посторонних картины.

— Итак, операция «Кронштадт» началась, — сухо сказал Витман. — Прежде чем мы тронемся, я хочу напомнить: рядом со мной сейчас сидит Аполлинария Андреевна Нарышкина, невеста — пусть пока и не объявленная — Константина Александровича Барятинского, курсантка Императорской Академии. Натура импульсивная, противоречивая, обладающая сангвиническим темпераментом. Это нужно помнить вам обоим. Ваша миссия не настолько важна, как миссия настоящей Аполлинарии Андреевны, и всё же вы не должны возбудить никаких подозрений. Смею надеяться, это понятно?

— Принял, — кратко ответил я.

— …я понимаю… — отозвалась великая княжна.

— Нет-нет, вы не понимаете, — нахмурился Витман. — Покажите мне настоящую Аполлинарию Андреевну!

— Я… всё поняла, — сказала, чуть повысив голос, Анна. — Я очень рада, что еду в Кронштадт вместе с моим возлюбленным…

Говорила она как робот. Разве что на «возлюбленном» щёки порозовели.

— Я сказал: настоящую! — рыкнул Витман.

Анна дёрнулась всем телом, как кошка, на которую брызнули водой.

— Я не могу дождаться, когда мы уже приедем в Кронштадт! — вдруг взвизгнула она и ударила себя кулаками по коленкам. — Костя! — повернулась ко мне. — Мы будем жить с тобой в одном отеле! Ты ведь рад? Рад?!

Я перевёл взгляд на обалдевшего Витмана и спросил:

— А вы точно их не перепутали?..

— Я теперь уже и сам немного сомневаюсь, — отозвался Витман.

Анна смущённо потупила взгляд.

* * *

Если за Полли я немного переживал, то Анну мне было попросту жалко. До похищения Полли не грозило ничего. Ей предстояло кататься, как сыр в масле, во дворце, отыгрывая роль великой княжны, которая давалась ей проще лёгкого. С пробивным характером Аполлинарии Андреевны там вообще никаких проблем не должно возникнуть. Ну, постесняется немного, но уверен, уже сегодня к вечеру будет мысленно визжать от восторга, а обо мне и думать забудет.

Анне же предстояло заниматься страшными для неё вещами: бурно на всё реагировать и общаться с людьми.

Скажем так: обезьяна не помрёт, если несколько дней не попрыгает. А вот если ленивца заставить танцевать лезгинку…

— Это для тебя первый выезд за пределы дворца? — спросил я, когда мы с Анной шли по дорожке к гаражу.

Согласно легенде, составленной Витманом, в качестве поощрения перед отбытием на Игру её участникам разрешалось навестить родных. В Кронштадт мы также могли прибыть в частном порядке. Предполагалось, что моя «невеста» по своему обыкновению увязалась за мной, и мы приедем вместе на моём автомобиле.

— …почему первый?.. — вяло удивилась великая княжна. — …мне приходилось…

— Полли, — позвал я.

Девушка вновь дёрнулась, скрипнула зубами и весело произнесла:

— Меня часто брали с собой в путешествия! Я бывала и в Москве, и за границей. Кроме того, мы регулярно выезжаем на пикник, просто катаемся по городу, а ещё…

— Ясно, — перебил я. — То есть, всё своё время ты проводишь с семьёй и кучей прислуги?

Я подошёл к своему автомобилю, который к Рождеству так удачно модифицировал Вова. Разумеется, афишировать эту модификацию я не собирался. Всё же «приставка» для превращения магии в кинетическую энергию не предназначалась для свободной установки. Патент принадлежал Вове — моими стараниями — однако эксклюзивным правом пользовались Юсуповы. Их же бизнес-модель предполагала продвижение её в виде новейшего автомобиля — «Чёрный Призрак». Насколько это умный ход, я сказать не мог, поскольку не был бизнесменом, но раз уж этот ход делают чёрные маги — значит, наварятся прилично. А потом, может, еще и расширят модельный ряд.

— К… Костя? — пролепетала Анна.

— М? — взглянул я на неё.

Великая княжна стояла в гараже, сложив руки перед собой и опустив плечи. От её фигуры веяло каким-то ледяным отчаянием. Такой безысходности я не испытывал даже когда меня в яме заваливали трупами.

— Что случилось? — тут же перешёл я в режим повышенной боевой готовности.

Мгновенно просканировал окружающее пространство, но не обнаружил никаких угроз.

— …я отвечала на твой вопрос…..а ты меня перебил…..Полли говорила бы иначе?….я всё делаю не так?..

Я медленно выдохнул, закрыл глаза и сосчитал до десяти. Это ж как много усилий надо над собой сделать! Первое: я не Капитан Чейн, я — Костя Барятинский. Второе: передо мной не Полли, передо мной Анна. Третье: нельзя ни в коем случае допустить у неё нервного срыва или ещё чего-нибудь в этом духе. Нельзя хотя бы потому, что это, мать её так, дочь Императора!

— Всё ты делаешь правильно, — сказал я, открыв глаза. — Полли я постоянно перебиваю.

— …почему? — хлопала глазами княжна.

— Ну, потому что мы с детства дружим, и нам нет нужды соблюдать этикет, когда мы просто болтаем, — пожал я плечами.

В глазах княжны появился животный