Петербургские истории - Валерия Сергеевна Праздникова

старуха усмехалась, говоря адрес. Впрочем, Криста, я не удивлена. Это у них в обычае: не может Изнанка без подвохов. Ясно?

Я обдумала такую новость и кивнула:

— Значит, именно это предки имели в виду, указывая необходимость перекрестных допросов и уточнений. И прадедушка Джакомо отдельно писал, как правильно общаться с немертвыми.

Вообще-то, Джакомо Стрего был мне пра-пра-пра-прадедом, но столько приставок можно и опустить, для удобства и краткости. И да, именно от него пошла наша нынешняя фамилия.

— Именно!.. — бабушка подняла палец и вздохнула, — значит, обыщем обе дорожки, только и всего. А там поглядим, что и как.

И мы пошли. По асфальтовой дороге вглубь территории, мимо толп народа, спешащих к часовне питерской хранительницы. Обогнули кучу щебенки на месте ремонта проезда. Обошли подальше похороны какого-то авторитета, судя по крепким мужикам, даже в такой день не заменившим малиновые пиджаки на траурные одежды. Первая Горная дорожка оказалась длинной, раскинувшейся по обе стороны Московской, по которой мы добрались на место и от которой решили начинать поиски. Зато вторая — короткая, на Московской же и заканчивалась. Так как я специально оделась в кроссовки и старые джинсы, то залезла на разведку вглубь территории, пробираясь даже не по тропинкам, а по щелям между густо насаженными оградками, пока бабушка ждала меня на дороге.

Тщательно обойдя всю половину первого участка (я подумала, что и с этой деталью фрейлина могла ошибиться), мы могилу Зиминой не нашли. Зато на второй, короткой, нам улыбнулась удача. Скромная могила с небольшим гранитным крестом над ней и полустершейся надписью: «Варвара Петровна Зимина, фрейлина ее величества, 1812–1892» на гранитной же могильной плитке спряталась среди монументальных захоронений с ангелами и стелами.

— Похоже, Шубин решил знатно сэкономить на похоронах, — задумчиво изрекла бабушка, — впрочем, нам все равно, да и ей наверняка тоже.

— Удивительно, что могила так неплохо сохранилась.

— Так добраться сюда трудновато, — она усмехнулась, — и не видно ее почти. Остальные, вон, денег не пожалели, целые мавзолеи отгрохали!

Я огляделась и прикинула, что нужно:

— Наверно, надпись надо обновить? И мох убрать. Оградка, вон, покосилась еще…

— Согласна. Идем в контору, поговорим с работягами.

В домике администрации нам повезло застать самого главного начальника. Бородатый мужик с хитрющими глазами проверил по реестру могилу и прищурился:

— А эта баба… она вам кто?..

— Прабабка моя двоюродная, по женской линии. Так бы и не знали, если бы родословным древом не занялись.

Этот вопрос мы с бабушкой предвидели, поэтому заранее придумали правдоподобную легенду для официальных властей. Такую дальнюю родню фиг отследишь. Поэтому и опровергнуть слова не получится, да и зачем? Мы же деньги платим.

— Понятно, — он аж засиял от алчности, — ну что, пойдем, глянем, что и как?

Впрочем, сильно обогатиться кладбищенский босс не сумел: торговаться у итальянцев в крови. Бабушка ловко давила на слабые точки деляги, притормозив аппетиты и договорившись, что к следующим выходным рабочие выправят ограду, отмоют все и обработают от плесени, а также заново позолотят надпись. С тем мы и отправились дальше, зайдя в церковь при кладбище и заказав поминальную службу. К счастью, нам на ней присутствовать было необязательно. Но бабушка одним ей ведомым способом выцепила из толпы прихожанок старушку, сунув ей денежку и попросив «приглядеть». Та истово закивала, обменявшись с нами телефонами и обещав позвонить.

Уже сидя в метро, бабушка потерла руки:

— В пятницу уйду с работы пораньше и проверю тут, что и как. А в субботу снова вызовем Зимину. Пора заканчивать эту историю.

— Как ты думаешь, этот дядька сильно завысил цену? Уж больно вид у него жадный…

— Не особо. Конечно, пытался, но я-то не первый год живу, всякое видала. Впрочем, в накладе он не остался, хоть и без навара в личный карман.

— А бабка эта?

— Такие люди — редкость по нынешним временам. Вот будь уверена, все будет до крайности честно. Полезное знакомство, может и дальше пригодиться.

— Понятно.

Я обдумала бабушкины слова и решила, что это действительно так: раз старуха вообще честная, то можно с ней дела вести не только по церковной части. Посмотрим.

* * *

С трудом дотерпела до конца занятий в пятницу и пулей понеслась домой, печь традиционный пирог для музейщиц. Бабушки пока дома не было, зато из командировки вернулся Николаев. Именно его я и встретила в коридоре.

— А, Криста!

— Здрасте, дядя Борис! Давно приехали? Как съездили?

— Да вот только что вошел. Под Кишиневым попали под дождевой фронт, едва пробились по скользкой дороге, но ничего, Бог спас. Какие у нас новости?

Я закусила губу: с момента приезда его матери в квартире только рано утром отгремел пятый скандал. На этот раз Полина Карповна половину ночи стирала и тем самым мешала соседям спать: топала, гремела тазами, шумела водой и стиральной машиной. Нам-то не слышно, мы достаточно далеко от ванной. А вот остальным пришлось несладко.

Сосед уловил мою заминку, поразмыслил и уверенно предположил:

— Мама!. Поругалась с кем-нибудь?

Я вздохнула и кивнула:

— Увы.

— Сильно?

— Угу.

— Ладно, я разберусь.

Я закивала и поспешила к себе. На этот раз решила, откровенно говоря, выпендриться и испечь настоящую пиццу. А еще — кексики с ванилью и изюмом. Уверена, музейщицы такого точно не пробовали! Замесила тесто, поставила подходить. Замочила изюм, засохший до состояния бурых комочков. А пока разогрела себе обед. На кухне в это время было тихо и безлюдно.

Несколько раз ошпарила и подержала в кипятке сухофрукты, промыла тщательно, чтобы ни песчинки не осталось. Взбила бисквитное тесто, добавила ванильную эссенцию — импортные бутылочки из пластика, все в иероглифах, привез преподаватель из Кореи и полулегально толкнул студентам. Мы с Нинкой отвоевали по штучке себе, воспользовавшись благосклонностью Никаноровой и тем самым обогнав остальных. А кто не успел — тот опоздал. Засыпала изюм и разлила по формочкам. Составила все на поднос и пошла печь.

В коридоре Полина, вся красная и заплаканная, судорожно ругалась по телефону. Судя по контексту, пыталась достать билеты обратно на поезд. Похоже, огребла от сына по самые помидоры. Так ей и надо!..

Я с каменной физиономией проплыла мимо и скрылась в кухне. Разогрела духовку, поставила выпекаться кексы. Пиццу надо есть горячей, поэтому поставлю ее позже.

В кухню заглянул Дима:

— Криста, привет!

— Ты сегодня рано, — нейтрально заметила.

Димитрий и в самом деле в последнее время убегал на рассвете и возвращался к полуночи. Но сейчас он был уже в домашнем и с кастрюлькой в руках.

— Был аврал, пришлось побегать. Зато теперь могу отдохнуть хорошенько. Криста, а