Марика Ми - Выдумщики

– Да? – неуверенно протянула Ада.

– Это не метафора, – улыбнулась Лёка. – Мирград, конечно, город, но все-таки немножко живой. Пойдем.

Адель не стала спорить. Нехорошо топтать мостовые города, с которым ты так толком и не познакомилась, просто-таки неприлично. Может быть, именно поэтому он ее роняет?

Она поднялась и пошла за девушкой. Они минули кафе и свернули на Яблоневую улицу, ведущую к воде. Река опоясывала большую часть Мирграда, так что внутри располагались площадь, и холм, и все магазинчики города, там же жила большая часть горожан. На другом же берегу почти не было домов. А те, которые остались, так заросли мхом, что обнаружить их можно было, только если знаешь заранее, куда идти.

– Вот тут самая лучшая фруктовая лавка в городе, – тем временем рассказывала Лёка, указывая направо. Приветственно кивнула молодой женщине, которая выглянула из-за калитки. У дома, рядом с крыльцом, стоял прилавок с фруктами. – Ее держат Татьяна с мужем. Если вдруг захочется раздобыть что-то особенное – смело обращайся к ним. Ну и фрукты из Старого Мира они тоже привозят.

Тут к ним подбежали две девочки и начали что-то радостно кричать Лёке. Она рассмеялась и погладила каждую по голове.

– И не надо, конечно, забывать о детях, – сказала она. – Сейчас они лучшие помощники.

Татьяна окликнула их, и девочки вернулись к матери. Помахали из-за калитки и унеслись в глубь сада.

– Почему лучшие? – В щели в заборе появился глаз, и Ада подмигнула ему. Раздался заливистый смех, и глаз тут же пропал.

– Потому что фруктов в саду еще нет, но если их можно привезти из Города, то ягоды, например, или что-то особенное нужно придумывать. Это сложно, тем более так, чтобы хватало на продажу. А детям всегда проще, особенно легко младшей. Она вообще пока не видит разницы между реальностью и выдумкой.

– А здесь вся семья – выдумщики?

– Ну да. – Лёка хотела еще что-то добавить, но тут они дошли до реки, и девушка побежала к берегу.

Ветра не было, и поверхность воды казалась зеркальной. Дома стояли почти у самой воды, у многих от крыльца шел спуск к реке, к деревянным причалам, где были привязаны лодки.

– Вон тот дальний домик – Эйда. – Лёка наклонилась над водой и указывала куда-то вдаль.

– Не могу сказать, что мне интересно, – сказала Ада, но все-таки посмотрела. Дом был ближе всех к воде, обычный мирградский каменный домик, только на крыше лениво крутился флюгер со стрелкой.

– Он показывает не куда дует ветер, а где находится хозяин домика, чтобы гости знали, сколько им еще ждать. Если окажется поблизости – стрелка начнет крутиться.

Но, видно, хозяин был далеко, сейчас стрелка глядела на лес на другой стороне реки.

– О, гуляет на природе, как мило, – ехидно сказала Ада, повернулась к Лёке, но та уже убежала к воде. Плюхнулась в траву и, подняв море брызг, спустила вниз ноги.

– Теплая! – сообщила девушка. Адель с сомнением посмотрела на воду и опустилась рядом с Лёкой на корточки. Солнце вышло из-за облаков, и вода заблестела. Ада сощурилась, повернулась к девушке:

– А ты давно в Мирграде?

Лека неопределенно пожала плечами.

– Сложный вопрос. Иногда мне кажется – только вчера приехала, иногда – что живу тут всю жизнь. Иногда, – она вдруг грустно улыбнулась. – Иногда мне кажется, что я помню, как Первый шел вдоль реки к холму.

– Первый?

Лёка подняла на Аду глаза.

– Первый. Ты что, не знаешь? Я, конечно, понимаю, что Лаура не занимается твоим образованием, но такое… – Она покачала головой и пояснила: – Первый создал этот город.

– Лаура говорила мне что-то про то, что город выдуманный, но я решила, это метафора. – Ада опустилась на траву и осторожно тронула пальцем ноги воду. Вроде бы и правда теплая.

– Видишь холм? – Лёка показала рукой влево. – С него все и началось. – Она прикрыла глаза, будто вспоминая. – Помнишь, я говорила, что выдумщики остались и превратились почти в обычных людей? Так вот, с каждым годом они все больше «очеловечивались», угасали. Если раньше почти все дети выдумщиков перенимали способности родителей, то вскоре рождение хотя бы одного выдумщика в семье считалось большой удачей. А спустя уже несколько сотен лет было счастье, если выдумщик рождался хотя бы через три поколения. Они – мы – вымирали, и никто не знал, как это остановить. Именно тогда появились Охотники.

– Охотники? – Ада невольно поежилась, вспомнив безумного старика.

Лёка кивнула:

– Большинство выдумщиков даже не догадывались о своем даре, потому что родители были обычными людьми. Поэтому стали необходимы люди, которые могли бы находить выдумщиков и объяснять им хотя бы основные вещи. Фактически им пришлось охотиться на потенциальных выдумщиков: выслеживать их, а потом…

Видя, как нервно сглотнула Ада, Лёка рассмеялась.

– Что же ты такая пугливая? Они просто убеждали выдумщиков в реальности их дара, а потом отводили к наставникам. Но потом выдумщиков начало рождаться совсем мало, и Охотники постепенно исчезли. И вот тогда, когда уже все поняли, что вскоре выдумщиков не станет, Первый спас нас.

Лёка обвела взглядом окрестности.

– Каким-то образом он смог попасть сюда – на границу между Старым и Новым Мирами, да не просто попасть, а привести с собой других выдумщиков. Не знаю, планировал ли он все с самого начала или все произошло случайно, но однажды здесь собралось четверо выдумщиков, и общими усилиями они создали дом. Даже не дом, а замок. Придумывать здесь оказалось гораздо проще, чем в Старом Мире, и они дали волю своей фантазии. Вот только вечером трое из них уехали домой, а один из выдумщиков остался, Первый. Ему говорили, что тут ночевать нельзя, замок к утру исчезнет, а если он будет внутри – то, может быть, и он тоже.

Тогда выдумщики уже давно не создавали ничего большого. Их силы таяли вместе с их численностью. Даже сейчас создавать дома, которые не исчезнут к утру, сложно, а уж тогда думали, что попросту невозможно. Но Первый отправил всех обратно в Старый Мир, а сам остался в замке. Всю ночь он просидел внутри, а когда его друзья приехали, Первый преспокойно спал наверху. А вокруг появился город. Представляешь, за одну ночь!

Лёка покачала головой.

– Говорят, тогда он отдал частичку души Мирграду, сделал город живым, и город отплатил всем выдумщикам, став источником их силы. В него можно попасть из любой точки земного шара, если знать как, но город поддерживает даже тех, кто и не слышал о Мирграде, а уж если ребенок родится в Мирграде, можно не бояться – обязательно окажется выдумщиком.

Конечно, многие потом так и остались здесь, всячески помогали сохранить Мирград. Но если бы не Первый… Представляешь? Никто даже не думал, что это возможно, а он поверил. Смешно, это ведь главное правило всех выдумщиков – верить, а все равно смог только он.

Лёка подставила лицо выглянувшему солнцу и улыбнулась.

– Вот так и появился Мирград.

Адель посмотрела на пустой холм.

– Но, Лёка… Ведь там же сейчас ничего нет. – Она нахмурилась, вспомнив замок.

– Что? Ах да… Сейчас нет… – Она вся поникла, зябко поежилась и обхватила себя руками. – С тех пор многое изменилось…

Ада снова бросила взгляд на то место, где должен был быть замок. Ничего, только зеленеет трава на холме.

– Что, например?

Но тень уже сошла с лица Лёки. Она недовольно сморщила нос, будто не желая вспоминать что-то неприятное, тряхнула головой, крикнула:

– Кто первый до холма? – и побежала вдоль реки.

До вершины они добрались уже совсем запыхавшиеся. Даже Лёка тяжело дышала, а Адель искала место, где можно было бы упасть и пролежать хотя бы пару часов.

– Ну и зачем мы сюда пришли, если тут ничего нет?

– Как это нет? – удивилась Лёка. – Смотри!

Внизу простирался город, можно было разглядеть все: и разноцветную черепицу на крыше Аделиного дома, и деревья из фруктового сада Татьяны, и площадь, которая пестрела яркими навесами лавок. Адель пригляделась и даже смогла различить поплавки над рыболовными сетями, покачивающиеся на воде.

– Красиво, – протянула Ада.

– А то. И ты еще не хотела здесь жить. – Лёка села на траву, подогнув под себя ноги, и жмурилась на солнце, как кошка.

– Я хотела, просто не могла раньше. Я все равно здесь не останусь. Только узнаю, как спасти брата, и вернусь в Город. – От этих слов ей стало грустно. Она должна вернуться, вытащить брата, поступить и быть великим программистом, как он. Она всегда этого хотела, все, о чем она мечтала. Но почему тогда так тоскливо?

– Как-то невесело у тебя это звучит. Что с ним?

Адель закусила губу. Наверное, Лёке можно сказать:

– Он лежит в больнице, причем никто не может объяснить почему. Там явно что-то не так, и мне нужно поскорее забрать его.

– Что не так?

– Не знаю, просто все ведут себя…

Ада беспомощно всплеснула руками, она никак не могла сформулировать.

– Ведут себя странно?