Иллюзия страха - Дарья Демидова

убийца шел за ней, раз она несколько раз оборачивалась?

— Не факт, она могла просто поверять, есть ли погоня, — возразил Ворон. — Камеры его зафиксировали?

— Нет, давайте ещё раз с задержкой ее маршрут, — сказал Миша и перемотал видео назад.

Все напряглись, всматриваясь в экран.

— Стоп! — внезапно крикнул Кирилл. — Тайминг, где она в это время?

На кадрах был второй этаж, камера смотрела на проход, куда побежала Маша. Ростов опустил голову и выдал:

— Она стоит у витрины, — он сдвинул первое изображение и поставил рядом второе.

— Витрина еще цела. Она сейчас обернется, либо услышала его, либо увидела! — Кирилл подошёл к экрану и указал на картинку со стеллажами. — Видите это?

На полу был явный силуэт существа.

— Хочешь сказать, что из кладовки он прыгнул сразу туда?

— Да! Он не запомнил ее лицо, иначе бы прыгнул сразу к ней, и у нас было бы два трупа. Видимо, Наталья была ещё жива в тот момент, когда в кладовку зашла Мария, и он решил сначала закончить начатое, а потом разобраться с человеком. Он почуял, что она на втором этаже, и прыгнул туда, где камеры его не видят, — заключил Кирилл.

— То есть он всё-таки прыгал не к жертве, а в место? — уточнил Иван.

— Думаю, да. Он уже был во всех этих местах.

— Тогда надо трясти Макарова. Кто там у него по квартире шляется постоянно? — резюмировал Ворон.

— Вот и займись этим, умник, — приказал Константинов. — Все понятно. Работаем! Уже кое-что. Эту допросить надо. Долго она там бояться будет?

***

Маша вздрогнула, когда в кабинете появилось трое. Марк тяжело вздохнул. Два часа от потратил на то, чтобы она перестала трястись! Только немного успокоилась, лишь изредка всхлипывала и резко вздрагивала. И теперь все насмарку! Надежда оставалась только на Жанну, которой додумался позвонить и попросить прислать кого-нибудь с успокоительным.

— Так, давай допрашивать, времени нет, — нервно заявил Константинов.

— Не сейчас, — прорычал Марк.

— Что значит «не сейчас»? — взревел начальник. — А если эта мразь уйдет, пока мы тут с ней сюсюкаемся?

— Вы ее пугаете, не чуете что ли? — Марк уже сам начал закипать.

— Чую, но мне нужны ее показания!

— Добрый вечер, господа, — в кабинете появилась сама Жанна Игоревна собственной персоной.

Женщина была в медицинском халате, в руке шприц с прозрачной жидкостью и спиртовая салфетка. Она скептически оглядела мужчин и остановила взгляд на Маше. Подошла, внимательно осмотрела девушку, а затем обратилась к Марку:

— И давно она так?

— Несколько часов.

— Ясно... Деточка, у тебя есть на что-нибудь аллергия? — спросила она Машу, но та лишь всхлипнула в ответ. — Понятно, будем считать, что нет. Оголи плечо.

Марк стянул с Машиного плеча свитер, благо крой позволял. Жанна обработала место укола и сделала инъекцию.

— Ну все, — довольно улыбнулась она. — Теперь поспит, а на утро должно быть лучше.

— Как это «поспит»? — опешил Константинов. — Как это «поспит»?! Нам нужны показания!

— А если вы, Олег Дмитриевич, будете на меня орать, — проговорила Прохорова тоном, не терпящим возражений, — я заберу девочку в больницу и не подпущу к ней никого, пока ее состояние не нормализуется. А это может занять от двух дней до недели.

Константинов только сжал кулаки и покраснел. Бросил на всех злобный взгляд и прыгнул.

— До свидания, господа, — мило улыбнулась Жанна и тоже исчезла.

Кирилл и Иван устало опустились в кресла напротив дивана.

— Как? — кивнул Калинин на Машу.

Марк заглянул девушке в лицо и прошептал:

— Вроде засыпает. Надо отправить кого-то к ней домой. Взять вещи, и что-то сделать с родственниками. Как минимум на неделю внушить им, что дочь уехала в отпуск туда, где нет связи.

— Сделаешь? — обратился Кирилл к Ворону.

Тот кивнул:

— Сделаю, дальше-то что?

— До утра ничего, — устало ответил Кирилл. — Пока работаем по связям Натальи, как обычно, в общем. Потом пытаемся что-то добиться от Марии, а там смотрим дальше.

— Ее нельзя оставлять одну, пока не поймем, запомнил ли ее убийца, — заявил Марк.

— Я бы ее в любом случае не стал оставлять одну, даже несмотря на то, что по камерам видно, что вряд ли запомнил. По крайней мере, первое время с ней должен кто-то быть. Вдруг, это уловка, — серьезно ответил Кирилл. — А еще лучше на пару дней спрятать куда-нибудь, где никто не найдет и мало кто туда допрыгнет.

— Есть у меня такое место, — кивнул Марк. — Вот только с утра мне надо будет домой, собрать вещи, потом в институт, написать заявление на отпуск за свой счет и похимичить с памятью ее подруг. Так что ты, Ворон, как поработаешь с ее родственниками, кинь мне установку.

— Договорились.

— В таком случае решили, — сказал Кирилл. — Ворон к родителям, потом спать. Я пока разбираюсь на месте преступления. Там уже и сотрудники ресторана начали появляться, и ночные посетители. Ребята устали всех разворачивать. Утром опять будет кипиш. И, Ваня, утром сменишь Марка, пока он будет заниматься делами в институте. Потом попытаемся хоть что-то из нее вытянуть и спрячем на время, а там будет видно.

— Надеюсь, она сможет описать гада, и уже завтра он будет у нас, — бросил Ворон.

— А я-то как надеюсь... Ты себе даже представить не можешь! — согласился Кирилл и поглядел на девушку, от которой даже во сне волнами расходился липкий страх.

Глава 11

Маша ещё даже не открыла глаза, а уже почувствовала себя уставшей и разбитой. Гудела голова. Наверное, от боли она и проснулась. Болел лоб, давило виски. В горле пересохло, а кожа лица показалась стянутой и сухой, будто она весь день провела под палящим солнцем.

Наконец, удалось разлепить веки. Маша не сразу поняла, где находится. Лежала на незнакомом диване, укрытая колючим пледом. В одежде, но без обуви. Она завертела головой, отмечая, что находится в самом обычном кабинете, и остановила взгляд на Иване Ивановиче Воронове, который дремал в кресле напротив.

И она все вспомнила! Вспомнила убийцу в библиотеке, красную струйку крови, стекавшую по подбородку Натальи, кровавые глаза убийцы... Голицына и Воронова... Сердце