Ржевский - Семён Афанасьев

— Ржевские никогда не поднимали руки на женщину. — Дмитрий встретил негласную охрану японки с ровной спиной и хмурым лицом. — Я лишь хотел поклониться ей в ответ: насколько понимаю, у вашего народа эти поклоны дополняют устную речь. Головами столкнулись случайно.

Азиатские крепыши оглянулись на пострадавшую, которая, слава Аллаху, именно в этот момент слабо задёргалась на стуле.

— Я бы мог сказать, что не до конца хорошо чувствую себя в этом теле, — он всё с тем же с каменным лицом похлопал себя по животу. — Как будто я резко вырос и не привык к новому росту. Но подобные объяснения будут иметь слишком мало смысла для вас и слишком дорого в итоге обойдутся мне самому. Я не враг вам и не злоумышляю против вашей Семьи, фамилии, бизнеса. Точка.

Азиаты переглянулись.

— Вы можете дать слово? — безукоризненно вежливо поинтересовался один из них.

— Мне очень нравится Шу Норимацу, я искренне ею восхищён и у меня нет никаких причин желать ей боли, прямо или косвенно, — сын-Ивана даже на долю мгновения не задумался. — Даю в том моё честное слово.

— Вопросов не имеем, — второй японец отреагировал молниеносно и вежливо поклонился, хотя менталистка видела и недосказанную им часть. — Почти. — Добавил азиат.

В отличие от своей хозяйки этот тип был более предусмотрителен и сделал перед поклоном на всякий случай шаг назад.

— А давайте приведём её в чувство? — Дмитрий оглянулся на узкоглазую. — И спросим её, если я для вас не авторитет?

— Давайте я сейчас скажу вам, что думает наше руководство даже без Норимацу-сан, — нейтральным на первый взгляд тоном предложил первый охранник.

На его шее находился достаточно специфический амулет, позволявший общаться мысленно с парой или тройкой человек одновременно. Мадине он активно не понравился, так как она очень неплохо знала, в каких случаях используются подобные каналы связи.

— Сделайте одолжение.

— Вы пришли на встречу в сопровождении менталистки, — кивок в её сторону. — Да, личности крайне непростой и весьма необычной одарённой, с точки зрения её знатности, но тем не менее. Норимацу-сан, — кивок на пострадавшую, — не услышала от вас за время вашего общения ничего обнадёживающего. Пустая болтовня, голые эмоции.

— Вы нас подслушивали?! А вы точно её охрана?! — возмущение товарища было искренним и ненаигранным.

— ... однако результатами беседы она удовлетворилась, так и не получив от вас никаких гарантий, — японец многозначительно ухмыльнулся уголком рта.

— На этапе прощания Норимацу-сан вследствие ваших действий убедительно теряет сознание, — подхватил второй охранник. — Вполне в духе того, чтоб менталист мог на её бессознательном теле закрепить внедрённые только что установки. Намёк ясен? Или...

— Не понял. Вы меня сейчас обвинили в обмане? — сын-Ивана резко нахмурился.

— Нет, — Мадина мысленно чертыхнулась, поскольку ненавидела выходить из стандартного образа при чужих. — Дим, им только что поступили инструкции: воспользоваться ситуацией и притащить к ним в резиденцию меня и тебя. Тебя потом отпустят на все четыре, а меня, похоже, планируется там задержать.

— Точно? — глаза Ржевского стали колючими.

— Да. Подробностей не знаю, этим всего не сказали, — она пренебрежительно сплюнула под ноги азиатам, указывая пальцем на ошейник-амулет. — Но я вижу, что их новые инструкции отличаются от тех, которые получила Шу. Только они это знают, а она нет. Вон та херь на шее длинного — артефакт для разговора мыслями. Тоже из области ментала, мой профиль, только их школа.

— Разыграли девку втёмную? Понял. — Ржевский стал ещё более угрюмым, потому что ухватил молниеносно суть. — И пользуются моментом любой ценой. Похоже, ты являешься какой-то ценностью сама по себе, раз они на такое идут, чтобы тебя заполучить. Но это же чистейшей воды беспредел!

Менталистка красноречиво вздохнула и благоразумно промолчала. Ей было что сказать в ответ, однако такие пояснения рисковали затянуться до утра, а собственный резерв сейчас уходил на то, чтобы не впасть в панику.

Она уже дважды попробовала взять сопровождение Норимацу под контроль, тщетно: снабжённый нужными амулетами заранее (и как только предусмотрели и догадались!), именно сейчас их ментал был надёжно прикрыт.

Ломать такую защиту минут пять, столько никто не даст. Что же делать.

С её точки зрения двухходовка япошек была более чем прозрачной, только объяснять Ржевскому некогда.

Дурочку Шу отправили на эту встречу вообще без особых надежд на профит: исключительно как тренировку будущего поколения на практике, не планируя ничего получать в итоге.

Пусть с Изначальными Родами сейчас начнёт набивать и опыт, и шишки.

Что интересно, японка этого не понимала, но зато это очень хорошо видела младшая Наджиб, причём из мыслей самой азиатки, в которых незаметно и основательно покопалась (да, был грех, сорян. Попутно: это ж надо уметь быть такой наивной дурой в розовых очках, даже слов нет. И ведь искренне, не злонамеренно).

Когда сопровождение доложило наверх, что на встрече с Ржевским присутствует и аль-Футаим (ну, это они так подумали — из-за вензеля на её одежде), из штаб-квартиры пришёл срочный приказ: хватать чужую принцессу и тащить на базу любой ценой. Быстро! Раз охраны нет, а сама она в наличии. Момент упускать нельзя.

Ржевский, врезав лбом японке по голове во время своего "куртуазного" поклона, абсолютно случайно подыграл чужому плану. Сам того не желая, не специально и тоже неосознанно.

Справедливости ради, и без этого резко изменившиеся намерения "охраны" дурочки Норимацу для Мадины были как на ладони: защитный амулет узкоглазых (кстати, один на двоих, разобрала наконец) был хорош от вмешательства-коррекции снаружи, но никак не мешал ей читать их мысли.

Коррекция и сенсор — достаточно разнесённые аспекты ментала в Ближневосточной школе. Разные цепочки управляющих приёмов, можно сказать, разные плоскости.

Тот, кто приобретает амулеты для Мицубиси, этого просто не знает глубоко, видимо.

Ну или воруют деньги при заказе и закупе: по документации идёт одно, а в реале характеристики изделий совсем другие. Поскромнее в ряде параметров.

Хотя у японцев такого бы не должно быть, по идее. Они не ханьцы.

Глава 10

Мадина Наджиб, дублёр-двойник Её Высочества Далии аль-Футаим.

После того, как они с Дмитрием перешли на непонятный японцам язык, те моментально подобрались.

— СТОП! — Ржевский оглушительно хлопнул в ладоши, даже она вздрогнула, несмотря на свой четвёртый ранг и усиленный контроль психики. — Господа, давайте от