Дело № 1/0. Зеленое пламя - Милана Шторм
Капитан рассеянно кивнул и отвернулся: лакей, наконец, привел Эйгана.
Официальный владелец «Мятного леденца» представлял собой типичную породу зажиточных мужчин за пятьдесят: дорогой костюм, жиденькая бородка и позолоченная цепочка часов, свисающая из нагрудного кармана трещащего на необъятном животе атласном жилете.
– Приветствую! – сразу унюхав аристократа, Эйган подобострастно склонился перед Капитаном. – Гронни сказал, что вы требуете чего-то особенного. Могу я узнать… ммм… направление? Какого именно необычного удовольствия вы хотите?
Капитан прищурился, шагнул к Эйгану и склонился над его ухом.
– Я ищу не удовольствие, – шепнул он. – Я ищу информацию.
Хозяин притона сделал небольшой шаг назад, подарил Капитану оценивающий взгляд, а потом кивнул.
– Пройдемте в мой кабинет, – деловито сказал он.
Ник уже исчез. Капитан не успел заметить, куда именно ушел распорядитель боев: в жилую часть «Мятного леденца» или же отправился искать девчонку. Поблагодарив настоящие небеса, что у него нет дочери-подростка, Фрост пошел вслед за Эйганом, скрывшимся за одной из дверей.
Он очень надеялся, что визит в «Мятный леденец» не пройдет зря.
Эйган придержал для Капитана дверь своего кабинета, пропустив почетного гостя вперед. А в том, за кого именно его приняли, Денвер Фрост не сомневался.
Обстановка поражала воображение. Тисненые обои салатового цвета переливались в свете целой сотни свечей, мозаичный узор на потолке складывался в абстрактные сцены неприличного содержания, а затхлый воздух казался тем самым приторно-сладким леденцом.
Капитан почувствовал головокружение от едкого запаха мятных благовоний и, не дожидаясь приглашения, грузно опустился на стул, стоявший возле стены. Усталость накатила неожиданно, и пришлось на миг закрыть глаза, чтобы прийти в себя.
– Я слышал о вас, – расположившись за тяжелым дубовым столом, произнес Эйган. – Вы Зверь Глуби. Герой арены, не потерпевший ни одного поражения.
– Вы меня когда-то и видели, – усмехнулся Капитан. – Однажды я пользовался кое-какими услугами, которые вы предоставляете.
– Очевидно, тогда вы еще не были настолько знамениты, – виновато склонил голову Эйган. – Я не помню. Хотя забыть вас трудно… сами понимаете.
Капитан кашлянул, стараясь хоть на миг избавиться от мяты повсюду. Кажется, он больше никогда не сможет пить освежающий ледяной чай, в состав которого входит эта трава… Эйган наверняка имел в виду поцарапанную сфинксом рожу Фроста с повязкой на глазу. К счастью, в Глуби подобным видом никого не удивишь.
– Понимаю, – сухо сказал Капитан. – Но хотелось бы поговорить о деле.
Хозяин наркопритона растянул губы в фальшивой улыбке, полной слащавого подобострастия.
– Информация – это дорогая услуга. Намного дороже, чем опиумный дым или молодое тело.
– Я понимаю, – Фрост изо всех сил пытался скрыть гримасу отвращения. – И уверен, что в состоянии заплатить.
– Я тоже в этом уверен, – улыбка Эйгана стала еще шире и еще слащавее. – Но хотелось бы увидеть деньги заранее.
Капитан опустил глаза и сжал зубы до скрипа, чтобы не вытащить из заднего кармана брюк полицейский жетон. Жест был бы эффектным, не то слово, вот только одноразовым. И путь в Глубь был бы закрыт для Денвера Фроста навсегда.
Поэтому пришлось сунуть руку в другой карман и достать внушительную пачку ассигнаций. Самое смешное, что Капитан не помнил, как эта куча денег оказалась при нем. Очевидно, она появилась где-то между окончанием вечера у Лайтеров и его визитом в Глубь. Ну что же, картина проясняется. Частично.
Пачка Эйгана впечатлила, и улыбка из подобострастной превратилась в хищную.
– Вы это получите, – Капитан потряс деньгами. – Если желаемое получу я…
– Да… конечно, – хозяин одернул уже потянувшиеся за деньгами пальцы и чинно сложил руки на столе. – Что вы хотите узнать?
– Говорят, в Опере появился новый наркотик… Аристократы от него без ума… Я хочу знать, что это, и кто его поставляет.
– Мы не в Опере, – поскучнел Эйган. – И я не имею отношения к тем поставкам.
– Еще скажи, что в твоих укромных комнатках нет молодых богатеньких и знатных дураков, – оскалился Капитан. – Я знаю, что пришел по адресу, поэтому не стоит ходить вокруг да около и пудрить мне мозги.
Эйган поморщился, будто съел что-то кислое. Или слишком мятное.
– Да не знаю я, откуда они это взяли! – внезапно взорвался он. – Ты же ничего не знаешь, Зверь! Они теперь все в Оперу ходят… все они… раньше ко мне захаживали, а теперь им дым не нужен! Они «зеленого пламени» хотят!
– Он так называется? Тот наркотик? Что это? Курево, таблетки, порошок… какая-нибудь шипучка? Что?
– Не знаю я… – разочарованно протянул хозяин притона, у которого из-под носа прямо на глазах уплывала крупная сумма. – Называют они эту дрянь «зеленое пламя». Говорят, она просветляет…
– Как и любая дурь, – качнул головой Капитан. – Значит, в Глубь это самое «зеленое пламя» не поставляют… Жаль…
– Так нечего поставлять! Они просто ходят в Оперу! – обиженно произнес Эйган. – Я пытался найти поставщика, но… я даже не знаю, в каком виде существует эта гадость.
– Порошок, – внезапно для самого себя сказал Капитан. – Это точно порошок. Его надо совсем немного, поэтому найти следы так трудно… Спасибо за беседу.
Бросив на стол четверть пачки, Капитан поднялся на ноги и торопливо покинул кабинет. Ему срочно надо было помыться. Избавиться от сладости мяты и опиума.
Поход в Глубь ничего не принес, кроме осознания, что в цитадели культуры и развлечений завелся порхающий. Это ведь пыльца мотыльков заставляет тела гореть зеленым огнем. Осталось только понять, как именно Тварь доставляет свою пыльцу.
Предрассветные сумерки после тьмы дна едва не ослепили его. Пожалуй, он впервые в жизни вышел из Глуби не глубокой ночью.
До начала рабочего дня оставалось не так много времени, а потому следовало поспешить. Бессонная ночь – ерунда, в конце концов, на войне приходилось и хуже. А вот без горячего душа с мылом и паром он этот день не проживет.
Он добрался до Лагуны еще до того момента, как весеннее солнце выглянуло из-за высоких крыш Термитника, который, если подумать, был не так уж и
