Который кот подряд - Евгения Владимировна Малинкина

такую фотографию? – спросила она, кивнув на картинку на стене. – Это Тярлево начала прошлого века. Родиону кто-то на продажу принёс, он увидел родные места. Увеличил и на стену повесил. История!

Неожиданно кот оказался под ногами.

– Хочу на ручки, – мяукнул он.

– С чего вдруг?

– Без очков не вижу, что там на фото.

– Не нужны тебе очки.

– Мне? – удивилась Света.

Даша поняла, что забыла об осторожности, переговариваясь с котом.

– Нет, просто я вслух подумала, что такие фотографии лучше разглядывать в очках.

Даша взяла на руки кота, и они оба с интересом принялись разглядывать фотографию. Посёлок изменился, конечно, столько времени прошло.

– Это станция, – объяснил кот. – Раньше поезд совсем рядом останавливался. Если тебе интересно, то Нил упал здесь. Но я его и лапой не тронул. Он дёрганый был. Сам упал.

Даша не успела ничего сказать. Раздался гудок домофона.

– Выходим, выходим, – заторопилась соседка, закрывая сейф и придвигая обратно панель с книгами. – Родик примчался!

Света захлопнула сейф и вытолкала Дашу с котом из кабинета. Ловкими движениями повернув ключ, она спрятала его под напольной вазой.

– Тьфу, напугала, это не Родик, а Юлька! Зачем пришла? Ах да, за шляпой, наверное.

Света нажала кнопку домофона. Калитка во дворе запищала, пропуская во двор глубоко беременную Юлю.

– Что мне делать? – растерялась Даша. – Две беременные Юли – это перебор.

– Придётся лезть через забор.

– Я не полезу.

– Я тоже, – мяукнул кот, спрыгивая с рук. – Хочу посмотреть, как ты выкрутишься.

– Тогда без паники, сейчас что-нибудь придумаем.

Юля, словно дирижабль, плавно покачиваясь, вплыла в дом. После подъёма по лестнице в несколько ступенек она тяжело дышала.

– Света, я у тебя свою шляпу не оставляла?

– Оставляла. Вот она.

– Ой, здравствуйте. – Юля увидела Дашу, скромно стоящую в сторонке между напольной вазой и котом. – У вас тоже будет малыш?

– Здравствуйте! – откликнулась Даша. Ей было неловко от всей этой ситуации. – Будет. Когда-нибудь обязательно.

Юля не придала Дашиным словам особого значения и затараторила:

– Ой, а какой у вас срок? У меня 39 недель и четыре дня. Вот-вот. Мы сначала не хотели узнавать пол, а потом я всё же у доктора спросила, когда муж вышел, чтобы он не знал, что я знаю, а я буду знать, но ему не скажу. Но потом он всё равно узнал, что я знаю, и теперь мы оба знаем, но никому не говорим, что это девочка, хотя все только и спрашивают, кто будет, будто им не всё равно, это нам должно быть не всё равно, но даже мы ничего у доктора не спрашивали, ну, это мы так говорим всем, кто спрашивает…

Даша слегка обалдела от такой тирады. Ей было ужасно жарко от привязанной подушки и балахона из скатерти. Тетрадь впилась в рёбра.

– Девочка – это прекрасно, – выдавила она.

– Ой, а как вы узнали? У вас тоже будет девочка? Или мальчик? Или кто?

Даша почесала подушку и помотала головой.

– Пока у меня только кот.

Вася задумчиво шевелил усами. Унылая корова с картины «Голос Америки» смотрела с упрёком.

– Всё, мне надоело. Пора рожать. – Даша засунула руку под балахон и попыталась выдернуть подушку. Живот съехал на бок. Даша дёрнула липкую ленту, скотч свернулся и превратился в узкую струну, которая ни за что не хотела поддаваться.

– Подожди, – попросила Света, – сейчас принесу ножницы.

Юля с выпученными глазами наблюдала за происходящим. Когда Света залезла Даше под балахон и предупредила, чтобы та не двигалась, а затем перетащила огромный живот ей на спину, настоящая беременная не выдержала и плюхнулась на стул.

– Не переживай, – из-под покрывала выкрикнула Света, – сейчас отрежем, и дело с концом.

Наконец подушка вместе с тетрадью шмякнулась на пол.

– Ой, – сказала Юля. – Кажется, у меня отошли воды. Мамочки, ой, мамочки.

– Звони в скорую.

– Не надо в скорую, звоните мужу. Он меня заберёт. Я без него не буду рожать. Ой, мамочки. Мне страшно. Я сама ему позвоню. Мамочки.

Юля прислонила телефон к уху.

– Алло, Масик, кажется, началось. Да, я у Светы. Скорую? Я не хочу в больницу без тебя! Пробка? В Сосново? А когда ты приедешь? Нет, я буду ждать тебя.

Она нажала отбой и несчастными глазами посмотрела на Свету.

– Он сказал, что в Сосново пробка, воскресенье, все с дачи едут. Он сегодня к родителям поехал, они люльку для малыша купили. Ой, мамочки. А вдруг я рожаю?

– Как пить дать! – ответила Света. – Надо ехать в роддом без Масика, сколько часов ему добираться?

– Нет, я дождусь. Я всё знаю: когда воды отходят – это не страшно, сначала схватки должны быть. Тем более я первый раз рожаю.

– Ну, как знаешь, только имей в виду, я сама не рожала и подсказать тебе ничего не могу. Она тоже.

Даша, напуганная не меньше Юли, энергично закивала.

– Ой, кажется, схватка. Ой, ой, ой, ой…

Через полчаса стало понятно, что никакого Масика алчущий появиться на свет младенец не дождётся и нужно срочно ехать в роддом. Немного обалдевший кот из-под стола наблюдал, как Юля носилась от одной стенки к другой, задевая картины. Она скулила, завывала, приседала, потом, одумавшись, высовывала язык и дышала, словно изнывающий от жажды пёс.

Света вызвала скорую, а шокированную Дашу отправила встречать машину к калитке. Кот не пошёл, ссылаясь на то, что под столом интереснее.

Скорой не было, зато у калитки она встретила Филиппа. Тот удивлённо уставился на балахон из скатерти.

– Даша, я к тебе.

– Ко мне?

– Я хочу извиниться, ты меня неправильно поняла.

– По-моему, всё предельно ясно.

В этот момент из окна Светы раздался вой.

– Это собака Баскервилей? Что происходит? Чем ты тут занимаешься?

– Я жду скорую, а Юля рожает девочку у Светы.

Снова вой.

Филипп бросился в дом. Спустя десять минут примчалась скорая. Ровно в тот момент, когда бригада входила в дом, раздался крик младенца. Пропустив врачей, навстречу Даше, пошатываясь, вышел кот. Шерсть на загривке стояла дыбом, усы дёргались, с хвоста что-то капало, в глазах блестели слёзы.

– Ты роды, что ли, принимал?

– С ума сошла?

– Почему у тебя хвост мокрый?

– Испугался чуток, когда тётенька эта ко мне под стол забралась и выть начала.

В гостиной звонко кричала новорождённая, плакала Света и рыдала новоиспечённая мама.

– Девочка! Моя девочка! Вы мои спасители!

Юлю с новорождённым поместили на носилки. Врач пожал Филиппу руку и похлопал по плечу.

– Я этого никогда не забуду! – пищала с носилок Юля. – Вы так мне помогли! Я назову дочку в честь вас. Что-то между Светой и Филиппом Гюнтеровичем.

– Ты вроде собиралась дочь Аполлинарией назвать, – хохотнула Света.

Филипп пробулькал что-то непонятное.

Юля проигнорировала слова подруги.

Следом за скорой уехал опоздавший к родам новоиспечённый отец.

– Хеппи-энд, – сказала Света. – Представляю, что подумает Родик, когда увидит всю эту катавасию с камер в своём смартфоне.

«Тетрадь!» – вспомнила Даша. В суматохе она совсем забыла про тетрадь, которую добыла из сейфа.

Гостиная представляла собой поле боя. Повсюду были разбросаны вещи, стол лежал на боку. Она точно помнит, как поднимала тетрадь с пола и перекладывала на стол. Придётся блефовать:

– Вы не видели тетради в клетчатой обложке? Я её где-то здесь оставила.

– Кажется, видела, но куда-то убрала.

– Что за тетрадь? – спросил Филипп.

Даша совсем о нём забыла.

– Обычная, клетчатая, была у меня с собой, – ответила девушка.

Филипп пристально посмотрел на Дашу.

– Я хотел с тобой поговорить.

– Идите, говорите, – встряла Света, – я как найду твою тетрадь, сразу отдам. Ладненько? Вот и хорошо. Идите, мне тут ещё прибраться нужно, обратно корове глаза приклеить. Как она их отодрала?

– Может, вам помочь, Светлана Николаевна?

– Разве стол поднять.

Филипп одним движением водрузил стол на место.

– Спасибо, с остальным я сама. Идите, идите. А то Родик, как пить дать, скоро примчится.

* * *

Кот был не в восторге, что они возвращаются домой в компании Филиппа. Ворчал и постоянно останавливался, вылизывая хвост.

– Зачем Айболит тащится с нами?

Даша отмахнулась от Василия и задала вопрос Филиппу:

– Ты говорил, что Родион имел какие-то дела с дедом Николаем?

– Имел, а потом ушёл в бизнес. Теперь занимается предметами искусства, но дела идут не слишком успешно, насколько я знаю.

– Откуда же богатый дом и всё вот это?

– Этот