Сонный сад - Алиса Бодлер

кого-то, а от чего-то-с, деточка. Или для чего-то. Сложно это.

– Все у тебя сложно, – вздохнула Элли. – Одни сложности! А говорят еще, что в гробу можно отдохнуть.

Ткач залился смехом. Кровать заходила ходуном.

«Горбатого могила не исправит, горбатого могила нервничать заставит», – придумала очередную житейскую мудрость девочка.

– И как мне понять, почему Лембит ушел? Неужели это правда так необходимо для этого дурацкого ритуала? Я уже готова бежать туда прямо сейчас, готова бороться против этой несправедливости!

Незваный гость похлопал по месту рядом с собой, как бы приглашая Элли сесть рядом.

Девочка опустилась на одеяло.

– А ты готова поверить в то, что Лембит ушел на смерть добровольно после бабушкиного рассказа?

– Конечно же нет! Я вообще не знаю, что должно было произойти, чтобы он решился! Даже если бабушка науськивала его. Все это по-прежнему очень странно!

– Вот тебе и ответ, Элли Грэм. Значит, необходимо. Нет веры – нет ритуала.

Безысходность накрывала Элли с новой силой. Эмоции сменялись одна за другой. То взрывались от переизбытка чувств, то скрывались за тучами как ноябрьское солнце! Это раздражало, бесило, злило. Нужная ей информация теперь была у нее в руках. Но это ничего, решительно ничего не меняло.

А все потому, что Лембит был слишком умным. Слишком добрым, слишком хорошим для того, чтобы уходить навсегда просто так, не попрощавшись с Элли и ничего ей не объясняя.

У всего должна была быть причина.

Но где же ее искать?

Плакать уже не хотелось, да и было это бессмысленно. Плачь не плачь – Лембит не вернется. И мама ее не простит. И даже бабушка не изменится. Слезы были самой бесполезной функцией человека, не приносящей никакой пользы.

Только заставляли глаза краснеть, вот и все.

Элли почувствовала, как Ткач коснулся ее волос.

– Заплету? – мягко уточнил он, улыбаясь. – Мне кажется, они тебе только мешают думать.

– Ты что, умеешь? – с подозрением уточнила девочка. – Откуда?

– Мне кажется, что умею, – пожал плечами Ткач. – Вот и хочу попробовать, прямо сейчас.

Элли пожала плечами и кивнула.

Пусть делает что хочет. Все равно это ничего не изменит.

Незваный гость засуетился, проверяя карманы своего сюртука. Сначала Элли подумала, что тот опять возится в поисках ватрушек, и почти было начала отчитывать Ткача за намерение коснуться ее кудряшек жирными руками, но вскоре чудак все же вытащил то, что так долго искал, и показал девочке.

– Заколки?

– Заколки! – улыбнулся Ткач. – Красивые.

– Жуткие! – насупилась Элли. – Тут черепки и куски летучей мыши!

– Ну какие есть, – почти обиделся чудак. – Противная деточка, я хотел сделать тебе подарок!

Глубоко вздохнув, Элли все же приняла странный дар и принялась его рассматривать. Пара заколочек представляла собой жуткую картину: черные костлявые крылышки обрамляли сухие миниатюрные черепки и забавно торчали по обе стороны. Словом, аксессуары – от и до – были выполнены во всех пониманиях красоты самого Ткача.

«Если прищуриться… – думала девочка про себя, – можно подумать, что это какие-то мертвые животные. Их бы звали черемышами, почти наверняка».

– Давай крепи своих черемышей, – буркнула Элли. – Может, хоть в глаза лезть не будет ничего.

– Чере… кого?

– Черемышей! Это же самые очевидные черемыши! Разве нет?!

– Все так, – слегка шокировано, но вполне уверенно повторил за Элли Ткач. – Черемыши.

– А когда они летают, то щелкают челюстью! – гордо заявила Элли. – Понимаешь?!

– Понимаю! – почти восторженно улыбнулся Ткач и рассмеялся.

– Да, с фантазией у меня беда, – поджала губы девочка, подумав, что чудак над ней насмехается. – Что вижу, то пою.

– Ерунда какая! – Ткач наконец принялся заплетать волосы Элли. – Ты можешь придумать целый мир такими темпами, Элли Грэм! Ты замечательно воображаешь!

– Ты просто не знал Лембита, – вздохнула Элли. – Сам посмотри. Он был настоящим фантазером. Талантливым и уникальным.

Девочка кивнула на стену с рисунками напротив. Ткач попросил ее держать голову ровно, а потому от нечего делать Элли принялась рассматривать последние работы Лемми в сотый раз.

Вот большое пространство – на весь бумажный лист! – залитое желтым светом. Вот озеро, такое глубокое и зеркально чистое, раскинувшееся где-то в центре пустой поляны. А вот башня – небольшая, но крепкая. Из гладкого крупного камня. Совсем невысокая. Правда, кому вообще были нужны такие маленькие башни? Наверное, у Лембита был ответ на этот вопрос.

Как жаль, что теперь Элли никогда его не узнает.

Или узнает?

Узнает прямо сейчас?!

– Ты заплел? – вдруг воскликнула девочка, чувствуя, как силы возвращаются к ней, а уверенность растет и растет с каждым мгновением. – Заплел уже?

– Почти! – закряхтел Ткач за спиной. – Посиди смирно. Быстро не получается!

– Я просто кое-что поняла… – начала было Элли.

Но дверь в ее комнату скрипнула.

– Девочка моя, – послышался голос бабушки. – С кем ты говоришь?

Эльга испуганно вырвалась из рук Ткача и принялась выпроваживать его жестами.

Тот сидел на кровати, не двигаясь с места.

Он всегда уходил, когда появлялись мама и бабушка! Почему в этот раз все было не так?

– Одну минуточку, бабуль! Я сейчас.

– Эльга, в чем дело?

В следующую секунду дверь в детскую распахнулась.

Серафима Грэм стояла на пороге и смотрела на Ткача в упор.

Нет, он никуда не исчез и даже не собирался.

И бабушка – бабушка! – конечно же, могла видеть его. Уж сколько смертей она пережила. Уж скольким смертям она, против воли или же нет, поспособствовала.

Серафима абсолютно точно увидела его, но даже не дрогнула.

– Я так и думала, – ледяным, не своим тоном произнесла бабушка. – Тебе не место здесь.

Ткач поднялся с кровати.

– В голове моей все перепутано, – ответил он Серафиме серьезно. – Я до последнего убеждал себя, что не прав.

Элли наблюдала за происходящим в ужасе.

– Бабушка, ты знаешь, кто это? – оторопев, тихо произнесла девочка. Ее ночные догадки подтверждались. – Ты его узнаешь?

Бабушка вдруг улыбнулась.

– Скажи ей сам, – обратилась она к Ткачу.

Ткач обнял девочку за плечи и прижал к себе, но продолжил молчать.

– Ты должен уйти немедленно. И ты знаешь почему.

– Я не помню почему, – грубо бросил Ткач Серафиме. – И я тебе не подчиняюсь.

– Не подчиняешься, но слушаешься. Как тогда, когда ты был человеком. Я сказала иди.

Ткач отпустил Элли и сделал шаг назад, но та вцепилась в него мертвой хваткой.

– Пожалуйста, не надо! – кричала девочка. – Ты должен мне помочь! Мы должны сделать все, что запланировали! Мы должны спасти Лембита!

– Эльга, – строго окликнула внучку бабушка. – Вы не можете ничего.

После этих слов детская будто стала меньше. Стены, сплошь обклеенные рисунками Лембита, начали съезжаться. Бум-бум-бум. Комната уменьшалась и уменьшалась, а Элли, Ткач и бабушка оставались стоять