Даурский, вам не хватает власти?! - Ruslan Aristov

без напряженного труда и усилий, — ответила она, и мы как раз вышли из подъезда. — Кроме того — не забывай про генетику и тотемы, которые большинству надёжно ограничивает магоспособности. Иначе все бы давно стали выдающимися магами, наглотавшись тертых лепестков магнолии или лотоса, смешанных немытыми ногами в грязном корыте где-нибудь в нулевой Изнанке.

Чуть правее от выхода стояла патрульная «двуха» с бортовым номером «четыреста сорок два». Я при этом вспомнил, что обычная патрульная полиция маркирует машины в привязке к району, в данном случае — к Изнанкино, а вот мотожандармы имеют статус экстерриториальности в пределах московской префектуры.

Снегирева поздоровалась с полицейскими — парнем и девушкой, которые рассказали о том, что не успели они свернуть с перекрёстка и выйти из машины, как толпа растаяла, словно туман.

— Там полно наших мелких клиентов было, разбежались по дворам, — закончил говорить полицейский.

— Вам знаком Дядя Арам? — задала им вопрос Ирена.

Я стоял со свернутым плакатом в руке чуть сзади наставницы. Девушка-полицейская, стрельнув в меня глазами, засмеялась:

— Хромой ублюдок Арам, правильнее будет сказать! Это наш местный недоавторитет — гнусный, толстый и хромой мошенник, который промышляет торговлей растительными макропорошками — чудоповышателями магокоэффициента, а ещё содержит подпольный игровой клуб в здании своего склада — карты, собачьи бои, подпольный бокс и всё такое.

— Вот как, недоавторитет? — усмехнулась Ирена.

— По нашим оперативным данным, он плотно связан с питерским авторитетом Колькой Воробьём и платит дань его группировке. Они же частично и поставляют ему порошковую дрянь в брикетах — чистое мошенничество по сути, но не подкопаешься к документам. Но прикрывают его на самом верху, в министерстве призрения. У него сеть небольших лавок по всему городу и большая аптека в двух кварталах ниже от перекрёстка, на юго-западе Изнанкино, — девушка показала влево от нас, — место сбора тупых брикетоедов со всего Изнанкино. Там же недалеко и большой склад, обычно Арам с подручными и находится там.

— Ясно — мы к нему ещё наведаемся. Спасибо!

Доложив по рации про урегулирование ситуации, Ирена попросила приехавший экипаж подежурить здесь до проезда кортежа. Сложив плакат в багажник, я и она сели машину и поехали догонять полковника.

— Заполнить происшествия? — поинтересовался я, когда выехали на дорогу в сторону дирижаблепорта.

Я был недоволен и рассматривал пейзажи.

— Потом, после разговора с этим Арамом, — взглянула на меня Ирена. — Я тебя слушаю — говори.

— Наставник, а если этот хромой хрен и правда убьёт этого Чумоварова и его жену? Может, стоило эту парочку арестовать ради их же безопасности?

— А-хах, Даурский! Я вполне понимаю, о чём ты, но ты привыкай думать рационально, а не поддаваться эмоциям — никакой идиот не пойдёт на убийство бесполезного «лаптя» из-за таких пустяков, понимаешь? Меньше всего таким, как этот Арам, хочется привлекать внимание полиции, а особенно — наше.

— Ну не знаю — предчувствие у меня нехорошее, — пожал я плечами.

Мне не хотелось признавать правоту наставницы.

— Ты у нас пророк, как я посмотрю? — иронично улыбнулась Ирена, пристально взглянув на меня. — В каком из монастырей глубоких уровней Изнанки медитировал и оттачивал дар? Кроме того, мы вошли в квартиру без ордера — на основании неотложной необходимости, и любой окружной судья устроит нам по этому поводу бумажный потоп. Новый УПК ещё не вступил в силу, забыл?

— Но…

— Юнкер, тюрьмы переполнены мелкими нарушителями, а некоторые окружные судьи и так ставят нам на вид, что мы не боремся с организованной преступностью, а только тираним «лаптей» вопреки императорским циркулярам! — перебила меня офицер.

Я ощутил, что краснею, поэтому промолчал, отвернул голову и стал смотреть в окно, на открывающуюся панораму, которая весьма сильно отличалась от привычной — не было множества высотных зданий.

«Странная тут вообще ситуация — вроде бы императорская власть абсолютна, но всё равно Палата одобряет судей в округах после внесения их кандидатур императором, что даёт аристократам в провинции простор для политического маневра», — мимолетно подумал я.

Выехав за пределы застройки, обогнули Лианозовский парк и свернули на запад, в сторону Химок. На трассе было относительно интенсивное движение. Ехали молча, я отвернул голову вправо — на меня накатила острая тоска по родному миру.

«Только сейчас понимаешь, как дорог мне был мой образ жизни, друзья, город, курорты в разных странах, и моя квартира с новой электроникой. Что с ней теперь будет⁈ Я ведь в ремонт вложил пару сотен тысяч», — ощутил, как слезинки выступили по краям глаз. — «Даже на работу я бы сейчас побежал с радостью и сидел бы в офисе круглые сутки целый месяц без перерывов и выходных».

— Чего приуныл, юнкер? — вздрогнул я от голоса Ирены и рефлекторно повернул к ней голову.

— Вспомнил дачу под Владиком, горы и море, — ответил я через несколько секунд, благо наставница отвела взгляд на дорогу.

— Ах, море наше холодное! Эх, Уссурийск… Мне хочется рвануть куда-то на юга, но служба держит — ты втягиваешься, развиваешься, растешь как профессионал, словом — повышаешь квалификацию и делаешь карьеру, — промолвила Ирена. — Становится не до отпусков, тем более у меня теперь ты на полгода.

«Она тоже не отказалась бы рвануть на отдых? Не скажешь по ней!» — я уловил в голосе наставницы легкую грусть.

— Карьеру, наставник? — переспросил я через минуту, когда Ирена набрала скорость и объехала несколько медленно едущих конных повозок.

— Конечно, а как же? — искренне удивилась она. — Если ты меня не подведешь и достойно закончишься свой кандидатский срок, у меня появятся отличные шансы стать главным оперативным дознавателем отдела и получить следующий чин в ускоренном порядке.

Я, сглотнув накативший ком, вытаращил глаза на девушку, а вернее, на её прекрасный профиль — Ирена сосредоточенно вела машину.

— Что тебя удивляет? — на миг она взглянула на меня. — Должность заместителя начальника СОМЖ по оперативным вопросам сейчас вакантна. Обучу тебя и получу право на досрочный экзамен с присвоением штабслея.

«Ничего себе новости, с каждым часом — одни сплошные сюрпризы. Страшно подумать, что будет, если я её подведу».

— Наставник, разве должность будет вакантна все полгода? — поинтересовался я через несколько секунд.

— Ни у кого, кроме меня и Вероники, нет подходящего служебного ценза, понимаешь?

Поражённый, я медленно покивал.

— И у штабс-лейтенанта Конева нет? — поинтересовался я.

— Тимофей пришёл в полицию из армии два года назад, у него недостаточно полицейской выслуги, — разъяснила Снегирева. — Да и не хочет он, потому что любит работать на улицах. Вероника тем более не хочет, она бумажную работу и бюрократические интриги терпеть не может.

— Я буду стараться изо всех сил, наставник! — произнёс я.

— Да уж постарайся, юнкер Даурский, — качнула головой Ирена.

Ехали минут пятнадцать, обогнув Химки справа. Дорога среди деревьев убаюкивала меня. Впереди показался пропускной пункт на въезде в дирижаблепорт.

Подъехав, мы показали документы военным жандармам в парадной форме, они открыли шлагбаум.

Вдали, на фоне нового и довольно монументального здания из стекла и бетона, стояли десятки машин и развевались знамёна — перемешанные через один флаги Российской Империи и зелено-бело-красные триколоры Ирана.

Глава 9

Астрид, после побега из дома Плющевых.

Девушка кончиками ушей ощущала накативший от успешного побега и быстрой езды восторг — любимый мотоцикл снова не подвёл и оставил далеко позади полицейских преследователей.

«Будто от стоячих ушла», — радовалась Астрид, сбавив скорость и свернув на узкую улочку, в знакомые лабиринты старых кварталов.

Не доезжая примерно километр к трамвайному кругу в Северном Чертаново, она свернула в переулок и направилась к небольшой станции технического обслуживания автомобилей, принадлежавшую через подставных лиц её клану.

Кошкодевушка подъехала и ей довольно быстро открыли гараж — прямо на тротуаре перед воротами её уже высматривала двоюродная сестра Леа Линн, часто ей помогавшая в таких щекотливых делах. С самого утра она сидела на мобилет-рации, прослушивая полицейские частоты, и явно была уже в курсе возникших проблем.

«Вот это операция — мурашки по коже. Интересно, что же за документы и артефакт, что стоит таких денег?» — задумалась Астрид, поскольку вскоре надо было выдвигаться на встречу с нанимательницей. — «А этот красавчик — надо было и правда его поцеловать, чтобы он не затаил на меня обиду, но помешала та бешеная сука, которая чуть не испортила мне всё дело».

Гараж техобслуживания, предназначенный для покраски и ремонта машин, был очень просторный, светлый и отделанный по последнему слову техники. Двое молчаливых парней и двое девушек в комбинезонах не задавали никаких лишних вопросов и всегда были готовы к таким ситуациям — за это им очень щедро платили и подгоняли