Наследие Древнего. Том 2 - А. Никл

перепрыгивал с одной мысли на другую и всё время рассеянно оглядывался, будто говорил не со мной, а с невидимой публикой. Я кивнул на Потного. — Можно я на время арендую того толстяка и всех обойду? Я кое-кого ищу и хочу понять, сбежал он или нет.

— Новую беду накличешь? — с подозрением уточнил Гельмут.

— Ни в коем случае, господин начальник тюрьмы! — отчеканил я.

— Ладно, — он небрежно кивнул и повторил: — Ладно.

Я вернулся к Потному, подхватил его под локоть и потащил к связанным заключённым. Он послушно изучал каждого и всякий раз отрицательно качал головой. Ну конечно, было бы слишком легко, если бы хоть кто-то из нужных мне отморозков остался в тюрьме. Когда мы обошли всех заключённых, я жестом подозвал рыцаря и кивнул на голого толстяка. Мол, разберись с ним.

— Эй, погодите, — крикнул мне вслед Потный. — А как же я? Господин, вы обещали!

— И всегда выполняю свои обещания, — я обернулся через плечо и подмигнул. — Обязательно найму тебя в слуги, как только ты выйдешь из тюрьмы.

— Но меня же осудили на пожизненное… — растерянно пробормотал Потный и уставился в пустоту. Кажется, его мозг выдал синий экран смерти.

Я вышел за крепостную стену. Небо над горизонтом уже светлело, вот-вот начнёт всходить солнце. Я заозирался, но не увидел своих ребят. Походил по полю, позвал их. Молчание. С везением Мерри я не удивлюсь, если гремлины похитили и его, и Дзена, и доктора, и бедную Кристал. Но внезапно мой слух уловил тихий крик. Он доносился от Чёрного Замка. Точнее, от его стен. Я пошёл вдоль каменной кладки, прислушиваясь, и в какой-то момент моя нога зависла над пустотой. Хорошо, что я не успел перенести на неё вес и вовремя отшатнулся.

Передо мной была яма. Узкая, выкопанная впритык к крепостной стене. Наверное, здесь когда-то хотели сделать защитный ров, но не срослось. Судя по всему, яма была прикрыта специальным деревянным каркасом, на которую насыпали землю и накидали траву, но с годами на нём разросся бурьян, надёжно маскируя. Сейчас этот покрытый чертополохом каркас лежал на дне и шевелился. Под ним раздавалась приглушённая ругань. Я даже знаю, кто предложил посидеть у крепостной стены. Вот зараза, не повезло. Хотя… Это невезение надёжно спрятало бедовую компашку в недокопанном крепостном рве от Бригитты.

— Все живы? — спросил я.

— Как только вытащите нас, один точно умрёт! — прорычал Дзен и сдавленно воскликнул: — Ты что делаешь, идиот?! Не рой подкоп, нас из-за тебя засыплет!

— Я просто хочу быть как можно дальше от тебя, — воскликнул Мерри и добавил: — Энрэй, вы поможете нам выбраться?

— Конечно, — ответил я и потёр виски.

Гельмут был очень занят, устраняя последствия бунта, но, услышав, что его раненая дочь валяется в яме, на сырой земле, да ещё и в опасной близости от взбесившихся Тюлипов, он немедленно выделил двух рыцарей и огромную деревянную лестницу. Минут через десять вся компания была торжественно спасена, а Дзен попытался прибить Мерри, но тот при необходимости бегал быстро и мог делать это долго, так что все выжили.

Доктор был без сознания. Его и Кристал отнесли в Чёрный Замок, а меня и ребят Гельмут пригласил на кухню — позавтракать. Я решил не отказываться. Тем более сквозняк принёс на улицу восхитительные ароматы. Да уж, повариха явно придерживалась правила “Война войной, а обед по расписанию”. Она вела себя так, словно ничего необычного не случилось. Заурядный день, привычное расписание. Повоевать с гремлинами, отбиться от сумасшедшей девки, подавить восстание заключённых и позавтракать.

Стол нам накрыли королевский. Свежие фрукты, запечённые овощи, жареное мясо и вкуснейшее вино. Мерри и Дзен с аппетитом набросились на еду, мне же кусок в горло не лез. Я чувствовал голод, еда была вкусной, но я всё равно заставлял себя есть через силу. Всё время не доносил вилку до рта, мысли соскальзывали на четырнадцать заключённых, которые сейчас убегали от Чёрного Замка как можно дальше и как можно быстрее. Я перебирал их, размышляя, кого выбрать первой целью.

Шипастую Жабу?

Живодёра?

Крушителя Мыслей?

Я остановился на Ослепителе. Ублюдок убивал всех без разбора, нравилось ему это занятие. В качестве приза он забирал глазные яблоки, считая их вместилищем души. Когда Ослепителя вычислили императорские следователи, в его коллекции уже было семьдесят четыре пары глаз — все они висели, как трофеи, на стене его комнаты. Потный сказал, что родственники жертв попытались отбить Ослепителя у стражников, чтобы прикончить с особой жестокостью, но дело происходило в столице и вмешался лично Леонид.

Ослепитель ненавидел людей, друзей у него не было, даже в Исправительном Чёрном Замке он настроил всех против себя. Но Потный клялся, что втёрся к нему в доверие — Ослепителю очень понравилось, когда вокруг него ходили на цыпочках и с восхищением заглядывали в рот. Он прожил всю жизнь в Грингфог, но переехал туда из этих мест. Дом его родителей находился к югу от Чёрного Замка. Мать таскала ему передачки каждый месяц, а то и чаще.

Если рассуждать логически, то куда первым делом помчится Ослепитель? К мамке под юбку. Судя по всему, отношения у них сохранились отличными. Если верить Потному, то расстояние до деревни, где живёт мать Ослепителя, можно преодолеть за пару часов. Что ж, это отличный шанс проверить, не соврал ли Потный и стоит ли искать остальных сбежавших заключённых, ориентируясь на его слова. Единственная проблема — я не знал, как выглядит Ослепитель. Потный описывал его как “ну, такого, обычного, и глаза у него обычные, рост обычный, такой, знаете, господин, очень обычный…»

— Ох, хорошо! — протянул Мерри и отодвинул от себя тарелку.

— Да, неплохо, — сдержанно согласился Дзен.

— Ну, а теперь можно и отблагодарить хозяев, — я указал подбородком на окно, за которым сновали рыцари. — Часть разрушений, можно сказать, наша вина, мы принесли с собой неприятности. Мерри, давай поможем разгрести этот бардак, а потом уже отдохнём. Согласен?

— А почему только я? — возмутился тот.

— Да, почему только он?! — Дзен насупился и спрятал культю под плащ.

— Потому что ты отдыхаешь. И попроси доктора, если он оклемался, поменять тебе повязку. Возражения не принимаются, — отрезал я. — Если сейчас не послушаешься, останешься в Чёрном Замке, пока не заживёт рана. Обидно будет, а ведь ты так и рвёшься