Миднайт Хилл - Алина Аффи

дом. До ушей донесся чуждый звук мотора. Мама должна быть еще на работе. На дорогу с соседнего участка вышла девушка с короткими волосами и помахала Мелиссе. Та смущенно ответила на приветствие, вглядываясь в лицо незнакомки.

Она была невысокого роста, на вид не больше тридцати, с темными волосами и глазами. Джинсы со следами травы на коленях и садовые перчатки, заткнутые за пояс, насторожили Мелиссу, ведь, кроме пары толстых деревьев, растений на соседнем участке не было.

– Мелисса! – воскликнула она. – Наконец-то я смогла кого-то из вас встретить. С вашего приезда ни тебя, ни родителей не видно. Как вы обживаетесь?

Мелисса даже не знала женщину. Из всех соседей она смутно помнила полного мальчика, который отказывался с ней играть. Бабушка говорила, что играть с ним и не нужно – он все время болел.

– Да нормально, потихоньку.

На заднем дворе соседского дома ревел мотор.

– Ой, прости, ты, наверно, меня не помнишь, – спохватилась женщина. – Меня зовут Сивилла Хантер, я мама Нила. Помнишь его? Вы играли в детстве. Нил, дорогой, иди поздороваться с соседями! – крикнула Сивилла.

Мелисса посмотрела за спину соседке, и сердце ее сначала остановилось, а потом заметалось, как птица в клетке.

Нил неспешно вышагивал по газону, вытирая грязным полотенцем замасленные руки.

– Помнишь Мелиссу? – спросила Сивилла.

– Припоминаю, – с хрипотцой в голосе ответил он, не отводя сверлящего взгляда от испуганных глаз Мелиссы.

Того самого взгляда, который испепелил ее сквозь окно автобуса вчера утром. Нил был одет в старый свитер с высоким горлом, от которого пахло, как от автомастерской. Он запустил широкую ладонь в короткие коричневые волосы и откашлялся. Прямоугольное лицо с острыми скулами, горбатым носом и густыми бровями было усеяно родинками, а болотные маленькие глаза изучали Мелиссу. Он тоже ее узнал.

* * *

Вечер не мог проникнуть под каменные своды подвала. Здесь всегда стоял полумрак, разгоняемый светом ламп и прожекторов. По плиточному полу разносились шаги, которые заставили работников обернуться. Перед ними стоял невысокий гладковыбритый мужчина. Свет отражался на его лысине, а орлиный нос раздулся от неприятного запаха.

– Отчет, – строго сказал он.

Работники замешкались, выясняя, кто будет говорить.

– На трупе найдены множественные следы от ранений. По бокам глубокие порезы предположительно от когтей. На загривке следы от челюсти. По строению напоминает взрослую особь собаковидных оборотней. Судя по всему, зверь вцепился в медведя и не пытался его убить. Вероятно, медведь самостоятельно вышел на перекресток. Либо со зверем на спине, либо раненый пытался от него скрыться.

– Обследовали близлежащую местность?

– Медведь бежал из глубины леса. По пути его следования есть следы. Человеческие. Они тоже из леса и теряются в городе неподалеку от того места, где лежал медведь. В лесу заканчиваются в паре километров от города, в чаще.

– Медведь обычный?

– В каком смысле, сэр?

– Вы тут ни черта не слышали о медведевидных оборотнях, я полагаю? – мужчина усилил голос и сузил маленькие глаза.

– В окрестностях не водится этот вид, сэр.

– Вы не слышали и о том, что живые существа, обладающие человеческим разумом, имеют свойство перемещаться по местности?

Его крик отразился от потолка и достиг слуха оробевших работников дважды. Мужчина приблизился к туше медведя, которая лежала за их спинами. Он внимательно изучал морду. Двумя пальцами он держал небольшую иглу, средним брезгливо поднял зверю веко, другой рукой прикрыл свой нос. Он ткнул иглой в помутневшую радужку.

– Или, может, в ваших лесах так мало пищи, что собаковидные оборотни начинают охотиться на медведей?

Не дождавшись никакого ответа, мужчина обвел всех работников строгим взглядом и спокойно произнес:

– Кто у вас тут лучше всего разбирается в оборотнях? – кроме секундных переглядываний, ничего не произошло. – Я спрашиваю, кто убил их больше всего в этом месте?

– Мы не знаем, сэр, этим занимается другой отдел.

– Так спросите и доверьте ему это дело.

Мужчина пошел к двери, повернувшись к работникам сверкающей лысиной. Его присутствие держало всех в напряжении.

– Не водится у них этот вид, – пробубнил себе под нос мужчина и громко добавил. – Наша цель в том, чтобы здесь никакой вид не водился!

Хлопок двери вывел из оцепенения присутствующих.

– Ох… – начал обмен впечатлениями один из работников. – Я думал, он кого-нибудь ударит.

Послышались неуверенные смешки.

– И почему мы должны доверять кому-то дела? Мы исследователи, пусть идет к охотникам и выясняет.

– На кого вы нас покинули, Каришма? Упокой всевышний вашу душу…

Присутствующие печально переглянулись, прежде чем вернуться к работе.

III

Октябрь, 1898

Экономка Моника начищала глубокую кастрюлю. На кухне смешались десятки разных запахов, один из которых плотным шлейфом гулял вдоль носов вспотевших служанок – фаршированный ягненок. Все скворчало и шипело. Моника бросила недовольный взгляд на служанку с заячьей губой – Зои. Та пыталась оттереть пригоревший жир с огромной сковороды, но маленькие ладони не могли удержать все сразу, и посудина раз за разом падала в таз с жирной водой.

Моника недовольно фыркнула.

– Что, такая нежная? – бросила она в сторону девушки. Та лишь рассеянно подняла на нее взгляд и продолжила свою работу. – Работай, работай. Может, так тебя такую криворотую мужик какой подберет.

– Да ну вас, Моника, – откликнулась другая служанка, пальцы которой уже болели от нарезки овощей, – лучше бы о наших судьбах волновались.

– О вас-то я не волнуюсь, вы невесты хоть куда. А эта насмотрится на нашу госпожу…

– Наша госпожа, между прочим, жена мэра. А мы тут, образцовые невесты, помои за ней выносим!

Скворчание и кипение вдруг заглушилось громким металлическим звоном. Сковорода из рук Зои покатилась по доскам. Моника всплеснула руками и разразилась руганью:

– Тьфу ты! Безрукая! А ну иди вон отсюда!

Моника погнала девушку мокрой тряпкой, что висела на поясе, а Зои, прикрываясь руками, засеменила прочь с кухни под заливистый смех служанок. Как только девушка выскользнула в проход, в нем среди пара от духовки образовалась фигура госпожи де Лордес.

– Что за шум? – строго спросила она, но только Моника открыла рот, Дороти продолжила: – Наш гость будет в течение часа, у вас все готово?

– Госпожа, горячее вот-вот поспеет.

– Чудно.

После того как женщина удалилась, Моника сплюнула на пол.

– Врагу не пожелаешь такую жену, – стала ворчать она. – Везде нос сует, мужу своему указы ставит. Да кто она такая? Подобрал господин нищенку, а она у него на шее ножки и свесила. В кухню зашла! А если я к ней в зал выйду во время приема в таком виде, тоже нормально будет? –