Верни меня к жизни, волк - Светлана Ворон

секунду! — прорычал не менее вспыльчиво он, заставив меня вторично вздрогнуть, хотя тембр его голоса имел еще и другой эффект — он показался мне знакомым! — Не можешь позаботиться о ее безопасности — поручи это другому!!!

— Она самостоятельно может справиться с любой проблемой! — вступился Халле за мое право на независимость, слишком агрессивно реагируя на добрый поступок незнакомца. — Нечего лезть!

— Еще секунда, и она была бы на каменном полу, упав с полутораметровой высоты! — грозно наступал взбешенный красавчик, и я с удивлением заметила, как заискрила его кожа, когда он напряженно сжал кулаки, будто собирался броситься в драку.

Халле не сразу нашелся с ответом, и это дало мне шанс вставить слово:

— Это правда, он подхватил меня.

Квэн перевел на меня такой взгляд, будто я только что предала нашу дружбу.

— Вечно тебе неймется! Какого черта ты не сидела спокойно?.. — набросился он, не сдерживая досады. — Тебя даже на минуту нельзя оставить, да?!

Обалдеть, я еще и оказалась виноватой. Хотя… он же был прав.

— Ладно, признаю, что сглупила, — отмахнулась я, снова поворачиваясь к спасителю, чье лицо от гнева стало еще прекрасней и привлекательней, от него буквально захватывало дух. — С-спасибо еще раз, — поперхнулась я реакцией собственного тела: жгучим огнем, опалившим щеки, и слишком быстрым биением сердца.

Его лицо… светло-русые волосы с серебристым отливом, изящный изгиб губ и бесподобные глаза — все это я уже когда-то видела.

— Мы с вами не встречались раньше? — прищурилась, пытаясь выцепить картинки, неотчетливо мелькающие в памяти и тут же ускользающие в небытие.

— Мы закончили, домой пора, — грубо оборвал Халле нашу наклевывающуюся беседу, развернув коляску и торопливо увозя меня прочь от парня, даже не успевшего ответить.

Я изогнулась, чтобы посмотреть назад, но фигура друга была слишком огромной, чтобы увидеть проход. Ощущая себя ужасно беспомощно, я разозлилась на Халле от всей души и нажала на тормоза.

— Это невежливо — вот так накричать и уйти, он же помог мне! — высказала я ярый протест, но остановить махину-Эрлинга было невозможно — застопоренные колеса никак не повлияли на скорость движения, он все равно толкал коляску вперед, причем без каких-либо усилий, словно даже не заметил моего сопротивления.

— Ты же сказала «спасибо», — напомнил он холодно, и не подумав остановиться.

— Ты стал таким тираном! — обиженно надулась я, скрещивая руки на груди и прикидывая, как отомстить за пережитое насилие над свободой воли.

— Он уже ушел, все! — Халле развернул меня к проходу, давая удостовериться, что там никого нет. После чего снова покатил меня и наши покупки к кассе.

— Жаль, что так вышло, — кисло отозвалась я, ощущая невесть откуда навалившуюся апатию, очерняющую мысли. — Он сделал доброе дело, и ты на него совершенно несправедливо наехал. Ревность затмила тебе глаза.

Я ворчала, а внутри сотрясалась от напряжения, умоляя пустые ячейки памяти подбросить хоть какую-то зацепку, маленький эпизод, расплывчатый образ прошлого. И всякий раз, когда была близка к разгадке, это оказывался самообман, не более чем фантазия или мечта.

Чем сильнее я мучила извилины, тем меньше понимала, добившись лишь того, что разболелась голова.

Глава 17. Почему мне нельзя с ним поговорить?

Мы вышли на парковку, и я, как обычно, окинула взглядом автомобили, фиксируя внимание на красных цветах.

Онстоял именно там, где я и думала — рядом с «камаро», и мое сердце споткнулось, когда все предыдущие события сошлись, будто паззлы головоломки.

Необщительный и таинственный спаситель на безлюдной трассе, ревность Халле и его нежелание отвечать на расспросы, странное поведение официантки в кафе Куоби и даже сходство цвета глаз красавчика и Линет…

Может авария и повредила мою память, но не сделала меня дурой. Цепочка связей, выстроенная с помощью логики, была делом времени и элементарной внимательности. Неужели Халле думал, что я останусь в неведении навсегда?

Я чуть не свернула шею, разглядывая незнакомца издалека: высокий рост и стройное телосложение, благородные и приятные черты лица, волевые скулы и развевающиеся на ветру светлые волосы. И цепкий, неотрывный ответный взгляд.

Казалось, он ждет только знака, чтобы кинуться в мою сторону. Небрежная поза — руки в карманах, плечи слегка опущены — не обманула меня, я видела напряжение, пронизывающее все его тело, словно он с огромным трудом оставался на месте, подавляя истинное желание.

Так легко было поверить, что он тоже хочет со мной заговорить!.. Легко, но слишком опасно и до жути пугающе, а теперь еще и невозможно из-за моего положения.

Это лишь иллюзия в моем сознании, будто в пристальном внимании угрюмого спасителя сквозит нечто большее, чем вежливое беспокойство, как о любом другом калеке…

— Ну, хватит пялиться! — возмутился Халле, и его грубая интонация заставила меня смутиться. Я же не хотела причинять другу боль.

— Почему мне нельзя с ним поговорить? — от волнения я прикрыла щеки руками, тщетно пытаясь остудить их жар.

— Что, Флоранс, простой и надежный парень вроде меня тебя не устраивает? Красивую тачку увидела и прости-прощай, Халле?..

Я оторопела от столь несправедливого обвинения и покраснела от стыда — Халле заметил мой интерес и трактовал его совершенно правильно.

— Уверена, кроме денег есть что-то еще, — возразила я, не желая верить, что клюнула лишь на смазливую внешность, и уж тем более на дорогую машину, это было бы слишком примитивно. — Он же помог мне, значит, не плохой…

— Фло, ты получила возможность начать жизнь с чистого листа, судьба дала тебе второй шанс неспроста, неужели так трудно принять его? — сердитый тон друга вновь пронизало обвинение. — Неужели ты хочешь потратить его бездарно, совершая одни и те же ошибки дважды?!

— Значит, мы все же были с ним знакомы раньше? — не удержавшись, озвучила я вопрос, один из многих, роившихся в голове.

— Видимо, недостаточно хорошо, — огрызнулся Эрлинг.

— Что неправильного в том, чтобы по-человечески поздороваться и поблагодарить за помощь? — я с трудом принудила себя отвернуться от притягательного лица, отметив и колоссальную концентрацию мужчины, и яркий огонь глаз, ломая голову над утраченным прошлым и ускользающим образом красивого парня, затмившего все остальное в сознании.

— Поверь, так будет лучше для тебя, — мрачно пробормотал мой друг.

Когда Халле устроил меня на сидении, я снова бросила взгляд на таинственного спасителя, почувствовав, как сердце подскакивает к горлу от его мужественной и темной красоты.

Новая волна опустошения омрачила мысли: я не могла вспомнить обстоятельств, которые нас познакомили, придумать причину, разделившую нас так непримиримо, и объяснить тягу, заразившую каждую мою клетку болезненной потребностью столь быстро и неотвратимо.

Был ли он тем самым парнем, с которым