Целитель - Роман Романович

уже мне. — Только нож забери. У нас тут дети живут. Найдут ещё...

Я быстро смотался за ножом. Тот на асфальте валялся, быстро нашёл. Когда вернулся, Петр стоял в подъезде, прислонившись к стене.

— Скажи дядь Боре, что три дня отлежусь. Он поймет, — сказал Петр, тяжело дыша.

— Дурак ты, Петя, ох дурак.

— Не понял... — качнул он головой. — Надо было дать им тебя порезать? Они могут. Совсем отбитые.

— Идем, — не стал я ничего объяснять и плечо подставил.

Петр отказываться не стал. Повис на мне основательно. В нем килограмм девяносто, а то и все сто. А во мне — шестьдесят. Так он ещё и Масла под самую завязку Вдохнул. Нести эту тушу, которая то и дело пыталась соскользнуть, — та ещё морока. Тяжелее, чем вся битва.

— В ванну залезай, — скомандовал ему.

— Зачем? — вяло спросил Петр, который уже ничего не соображал.

— В ванну. Залезай, — надавил я голосом. — А то полы сам потом мыть будешь.

В этой короткой драке я понял четыре вещи. Первая — Петр умеет делать сознательный Вдох и использовать это в драке. Вторая — он как минимум умеет насыщать оружие Маслом. Третья — он также умеет загущать Маслом. Четвертая — он хронический идиот со склонностью к самоубийству.

Ну а сейчас, после его слов про три дня на оклематься, я сделал закономерный вывод — ситуация для парня типичная.

Говорю же, самоубийца.

То, что с ним происходило, называлось легким отравлением или загрязнением. Если быть совсем точным, то легким отравлением по причине загрязнения. С таким же успехом он мог нахлебаться жижи из грязного болота. То, что никакой очистки парень не делал и тянул что попало, — было хорошо видно по грязным разводам на его коже.

Быть может, он и сам с этим справится. Но зачем такие сложности, если целитель уже здесь?

В ванну я Петра сам затолкал. Кое-как помог раздеться. Если неловко кому и было, то уж точно не мне. Целители всякое дерьмо в своей жизни видят. Нагота — это ещё ничего. Петя тоже слабо понимал, что происходит. Воды просил. Вода — это хорошо, но позже. Внутрь самой ванны эту тушу засунуть было сложнее всего. Но справились.

А дальше... Я начал прикладывать руку в разных местах, тянул из парня Масло да скидывал прямо здесь же, в ванну. Со временем основная часть Масла вернется на свои планы бытия, а осадок, что останется, легко смоется водой.

Попутно мне приходилось самому делать Вдох. Настолько грязное Масло я в себя не втягивал, но тоже без примесей не обходилось. Требовалось дополнительно чистить, выделять Кровь, собирать её в Источнике и уже оттуда тратить на все манипуляции.

Действия, обусловленные суровой математикой.

Объем Источника измерялся в Каплях. Капля — это универсальная энергетическая валюта. Одной хватало на любое примитивное действие. Собрать Масло с одного участка — Капля. Провести базовую очистку — одна-две Капли. Объем моего Источника сейчас — всего десять Капель. Негусто, откровенно говоря. Будь хотя бы сотня, я бы справился в десять раз быстрее. Но сотни нет. Поэтому и работал так медленно.

Проблема в том, что здесь как с физическими упражнениями. Одну Каплю потратить — это для меня сейчас как пару раз отжаться. Также замечу, что многое зависело от контроля и чистоты Крови. Чем они выше — тем меньше затраты. С контролем у меня всё было хорошо. С чистотой — так себе. От силы одна десятая часть к тому, что я привык. Без обетов, клятв и тренировок — на лучшее и надеяться не стоит.

Поэтому эффективность моя оставляла желать лучшего. У Петра по всему телу сгустки Масла ощущались. Пока с ними разобрался, сам весь взмок. Руки дрожать начали, внутри тела всё пылало. Типично, когда слишком большой объем силы через себя пропускаешь.

— Всё, хватит с тебя, — сказал я щекастому, который отрубился.

Но не тут-то было. Я руки помыл, с мылом. Сам умылся. Отдышался немного. На кухню сходил и нагло влез в холодильник Петра. Сыра навернул, мяса копченого. Деликатесы, но сейчас не до полумер. Воды напился так, что булькать начал. И вот после этого пошёл к Петру. Его кормить прямо сейчас не надо, а воды напиться — да, крайне желательно.

— Просыпайся, — похлопал я его по щеке.

— Олег? — хрипло ответил он. — Что происходит? Почему я голый? — дошло до него.

— Пей, — потребовал я. — Если проблеваться захочешь...

Петя с задачей справился раньше, чем я договорил. Чистка организма-то на всех уровнях происходит. Что-то я напрямую вывел, через кожу, а что-то вот так выходит. Его ещё скоро в туалет потянет.

— Силы вылезли есть? — спросил я.

— Не знаю... Что со мной? — промычал он невразумительно.

— Ясно. Пациент скорее жив, чем мертв. Тогда...

Я взял лейку, включил воду и принялся поливать Петра. Тот на это возмущаться начал, но быстро успокоился, когда рассмотрел, насколько грязные потеки с него смываю.

— Полотенце, — протянул я ему. — Срам свой прикрой и выбирайся.

— Может, выйдешь? — растерянно и смущенно спросил Петр.

— Чтобы ты тут навернулся и шею сломал? Вылезай давай, — потребовал я.

Тем самым тоном, которым целители разговаривают с ранеными. Петр заткнулся и сделал, что говорят. После чего я его до спальни довёл, водичку рядом поставил.

— Если в туалет потянет, не ленись, сразу иди. Или потом простыни стирать придётся, — пошутил я.

— Что это было? — когда Петр прилег, он облегченно выдохнул.

— Один идиот изображал из себя великого героя со сковородкой. Другой, умный и талантливый, парень тащил его тяжелую тушу на пятый этаж и в чувство приводил. Завтра как новенький будешь. Работу не придётся пропускать.

— И после этого я должен поверить, что ты обычный кочевник? — спросил он, смотря на меня из полуприкрытых век.

— Кочевник — это жизненная философия, а не стиль жизни. Спи. Тебе отдыхать нужно.

Спорить Петр не стал. Как и ответы требовать. За что я ему отдельно благодарен. Потому что сил стоять не оставалось. Доковылял до дивана да развалился с удовольствием. К себе прислушался и хмыкнул удивленно. Источник вырос до одиннадцати Капель.

Хоть смейся, хоть плач.

В прошлой жизни у меня было за две тысячи Капель, уровень старшего мастера. Когда мои соратники отдали свои