Клуб алкогольных напитков - Айгуль Айратовна Гизатуллина

Ознакомительный фрагмент

отца и мать, и как все они горят на костре под жарким солнцем Кубы, а где-то за всем этим наблюдает с ехидной улыбкой красивый мужчина по имени Суррогат.

Глава 6

Ранним прохладным утром, что выбивало горячий пар из легких будто выкачивая самые теплые моменты, в дверь под раскидистым кустами сирени постучали.

В это время хозяйка сего дома пыталась проснуться от тяжелого сна, в который ее вгоняла столь унылая, но настолько же знакомая погода со времен юности. Уютно устроившись за маленьким круглым столом в гостиной, в махровом бордовом халате, что так шел ее волосам и цвету кожи, и по размерам которого девушка легко укрывала ножки, она читала глупую подростковую книжку «Мунфлауэр», что однажды приобрела на книжной ярмарке.

Чача однозначно не ждала гостей в столь ранний час, ведь даже Сидр крепко спал еще на втором этаже в их комнате, где все пропахло специями и яблоками. И все же она рискнула подойти к двери и спросить:

— Кто там?

— Чача, открой, пожалуйста, дверь. Я замерзла насквозь, — умолял женский голос, в котором хозяйка узнала кому он принадлежит.

Быстрее, насколько позволяли ей маленькие ручки, она отворила массивную дверь и запустила как мокрого котенка или лесную эльфийку Шампанское. Ее кудри свисали по контуру лица и капали ей на тело. В светлой легкой одежде, состоящей из множества легких тканей (Чаче показалось, что девушка сняла несколько разноцветных тюлей с окон и закуталась в них) и в некогда белых балетках, она ощетинилась под влагой утренней росы и покрылась мурашками, но все равно не потеряла своей первозданной легкости и очарования.

— Прости за столь ранний визит, — прощебетала она, ища глазами что-то в интерьере.

— Ты что-то хотела? — не упустила из виду ее жеста хозяйка.

— Камин. У вас есть камин? — немного глупо улыбнувшись, спросила девушка.

Чача озадаченно рассмеялась.

— Да, он есть, но не зажжен, — но увидев, как уголки губ Шампанского опустились вниз, продолжила, — но есть печь на кухне, на которой я как раз собиралась готовить чвиштари.

— Я понятия не имею, что это, но, если связано с горячей печью, я согласна.

Напоминаю вам, дорогие мои читатели, что Чача была глубоко традиционной девушкой. В связи с чем нет никаких сомнений, что данные кукурузные лепешки она готовила для своего возлюбленного на завтрак. Но при этом она понимала, что не сможет сделать из Сидра грузина (да и зачем именно?), поэтому подавала столь вкусное блюдо с расплавленной Моцареллой или пожаренными кусочками Камамбера. Но сейчас ситуация явно менялась, ведь неожиданно появился гость и времени на приготовление как таковой сокращалось, а задерживать новоприбывшую она совсем не хотела.

Налив Шампанскому крепкого травяного чая, она предложила:

— Давай снимем с тебя эти тряпки, а то простудишься, — упустив тот момент, что ее начали изрядно раздражать мокрые следы.

— Да, я была бы весьма признательна, — улыбнулась блондинка, — могла бы ты одолжить мне полотенце и хоть что-то сухое.

— Естественно, — сдержано ответила ей хозяйка дома и исчезла, при этом все время напрягаясь тому, что может произойти в ее отсутствие. Стоит ли говорить, что Чача особо не с кем не общалась из их злосчастного алкогольного клуба, а не доверяла никому тем более.

Вернувшись в свою кухню буквально через минуту, она нашла Шампанское в легкой прозрачной сорочке практически вплотную прижавшуюся к горячей печке. Первое мгновение Чача практически не могла вразумить, что это и впрямь происходит у нее дома. Миллион мыслей пролетели у нее в голове от «Боже мой, какой срам!» и следом: «А если Сидр спустился бы и увидел ее в таком виде?», «До чего же бесстыжие эти европейки!», «Где вообще их воспитание?»

— Ой, прости, я имела наглость снять с себя одежду здесь же, — отпив чаю, ответила девушка. — Я повесила ее сушиться, — и указала на ткани, что весели рядом с печью на стульчиках, создавая детские девчачьи шалаши для игр.

Так и не собрав свой разум воедино, и где-то подсознательно переживая теперь за свои раритетные стулья, Чача просто протянула девушке махровый халат и полотенце, на что Шампанское очаровательно улыбнулось:

— Ммм, они восхитительно мягкие! Из овечьей шерсти с твоей родины, не так ли?

— Ддда, — слегка заикаясь ответила грузинка.

— Я ни разу там не была, но говорят там прекрасно, — продолжила тему блондинка.

— Да, — более уверенно ответила Чача.

— Ты скучаешь по дому?

Чтобы не стоять и вести пустые светские разговоры, хозяйка прошла к печке и немного растормошила дрова.

— Несомненно, думаю, как и ты по своей, — ответила Чача.

— Ну не совсем, — призналась Шампанское, отпив еще чая, — я предпочитаю свободу привязанности.

Грузинка до конца не понимая, повернулась к ней.

— Ну Франция твоя родина, неужели тебя не тянет обратно в Лангедок14? — удивилась хозяйка.

— Нет, — улыбнулась та, — меня тянет на Палм-Бич, Гоа, иногда даже в Монте-Карло и ряд других стран и городов, но почему-то домой редко. Хотя Лазурный берег все еще свеж в моих бурных воспоминаниях, — а помолчав чутка, спросила. — А как Сидр? Он скучает?

Чача призадумалась. С одной стороны, отвечать за своего мужчину она не бралась, но с другой, она подозревала, что ее возлюбленный более грустен порой именно по этой причине.

— Думаю, да.

И женщины замолчали на минуту-другую. Пока Чача посмотрела на часы и не взволновалась: пора было срочно готовить завтрак, но не при гостье же это делать.

— Ты пришла к нам просто нас проведать или… — начала она издалека.

Шампанское слегка насупила брови. Было видно, что разговор ей не по душе, но она и впрямь не могла более злоупотреблять гостеприимством не очень при этом гостеприимной Чачи.

Отпив еще немного чая, она сказала:

— У меня дурные предчувствия.

Хозяйка дома не стала ничего говорить, надеясь, что Шампанское сама пояснит смысл своих слов, что в принципе та и сделала.

— Я видела сон. И мне снилась смерть.

Итак, господа, дайте мне раскрыть еще одну тайну сей книги: у Шампанское — легкой и очаровательной — порой раскрывается дар ясновидения. То бишь изредка, но метко она может рассказать вам грядущие события. Сама она ненавидит этот дар, ибо нести крест сумасшедшей никому не в радость.

— Сон? — иронично переспросила Чача.

— Да. И не смотри так на меня, — взмолилась девушка. — Я сама понимаю, как смешно это звучит, но ты же знаешь, что не спроста. На пустом месте я не пришла бы к тебе.

А вот это действительно было интересно, ведь Шампанское никогда не удостаивала чести посетить их дом, чаще