Приключения Благородного Дика. Люди и драконы - Елена Владимировна Крыжановская

Братья одинаково безнадежно покачали головами. Благодаря стараниям младшего маркиза, никто в городе с ними теперь двух слов не скажет.

Глава 36

Да и не знал никто, что Инар не Вильт. Даже бабушка не догадывалась. Молодой гвардеец много лет ухаживал за смуглой красавицей Кариллой, но та не соглашалась идти с ним под венец. О том, что ей оказывал внимание сам хозяин города, Маржеч, все знали, но и не сплетничали об этой прихоти всерьез. Маркиз был женат, хотя семья жила отдельно, в загородном замке. Кариллу всегда окружала такая толпа поклонников, всех не упомнишь. Кто знал, что она согласилась на свадьбу с Вильтом, только чтобы скрыть рождение незаконного ребенка?

— Не повторяй чужие слова как свои, Инар, — попросил странник. — Не знаешь ведь, о чем думала твоя мать, когда соглашалась. И почему отказывалась, чтобы маркиз признал тебя. Возможно, она сперва не знала, что у него есть жена и сын, и верила в его честность. А, может, действительно любила, но не захотела ломать его привычную жизнь и не пожелала такой жизни тебе. Ты даже не знаешь, что заставило маркиза жениться на той, с которой он не хотел жить. Не хотел до такой степени, что устроил громкую семейную сцену даже после смерти. Его жена ещё жива?

— Да, — секунду подумав, кивнул Инар. — И родители его живы. Старый лорд Маржеч — придворный распорядитель нашего короля вот уже сорок лет.

— Были какие-нибудь странности, когда умерла ваша мать? Как это случилось?

— Эпидемия горячки ранней весной, пять лет назад. В год моего совершеннолетия. Бруське всего четыре года исполнилось. Что странного?.. Осталось много денег, сколько никто не ожидал. После ее смерти пришли из банка и сказали, что это мне на университет. Теперь понятно, маркиз присылал нам на жизнь средства, а мама не брала. Бабушка тогда хвалила ее, говорила, что вот, оказывается, насколько Карилла бережливая хозяйка и труженица. Кто бы мог подумать! Она после смерти отца… то есть Бруськиного отца, работала прачкой и белошвейкой, считала каждый грош. А позже мы не бедствовали. У Вильтов много родни, нам все помогали…— Инар горестно вздохнул, сожалея о прошлой поддержке семьи.

— Ты предпочел бы никогда не знать об этом? — спросил Дик.

— Конечно!!.. Впрочем, если честно, я предпочел, чтоб другие не знали. Зачем ему понадобилось трубить об этом на весь город⁈ — в отчаянии спросил несчастный незаконный сын.

— Потому что маркиз всерьез желает сделать тебя своим наследником. И хозяином Семигора.

— Зачем⁇

— Чтобы ты сделал то, чего не смог он. Что никогда не сделает его законный сын. Чтоб ты навел здесь такой порядок, при котором все смогут жениться по любви, и помогал тем, кого разъединяют «жестокие люди», как он сказал. Если я правильно запомнил.

— Дик прав, — очень серьезно взглянул на брата Брустон. — Старший маркиз, похоже, ненавидел этих Маржечей сильнее, чем я сейчас. Ничего странного, что Эташ так обиделся. Его на все королевство объявили нелюбимым сыном, хотя он старший и законный. Кто тут не взбесится? Что скажешь, Дик? Как сделать, чтобы Инар остался жив и выиграл наследство?

— Не надо мне никакого наследства, оставьте меня в покое! — вспылил старший брат.

— Нет, надо! — железно возразил Брустон. — Думаешь, мне приятно будет всю жизнь называть своим братом маркиза Маржеча? Но я же согласен терпеть это. Твой папа постарался сделать тебя либо живым маркизом, либо мертвым Вильтом. Третьего выхода тебе не оставили. Ты знаешь Эташа и его гарпию. Они найдут нас на краю света! А что скажет Литана, если за эти дни тебя убьют?

— Нам, правда, нужна помощь, Дик, — сдался Инар. — Не знаю, что за фамилия у семьи, главой которой я остался, но самому мне не справиться.

— Условия поединка ставить тебе, — напомнил Дик. — Значит, выиграть нам ничего не стоит, надо только всё правильно придумать. А чтобы доказать свое право на герб, всегда есть последнее средство: смертельная клятва. Ты веришь, что этот псих… прости, ваш с Эташем отец не пошутил? Ты, правда, его сын? Тогда тебе ничего не грозит. Впрочем, риска можно избежать вовсе. Если Вильты не дворянский род, попроси в полицейском участке карточку кровной принадлежности и проверь хоть сейчас, что ты наполовину дворянин. Хотя и так всё ясно.

— Почему это ясно? — нахмурился Бруська.

— Инар предпочитает лучше уступить, чем занять чужое место, — улыбнулся Дик. — Это голос крови, привычной к ответственности за других. Никто, кого силой тянут на трон, не хочет на нем сидеть. А кого сталкивают оттуда, держится за корону зубами и готов убить любого, кто встанет на его пути.

— А что, если Эташ не родной сын маркиза? — загорелся Брустон.

— Всё может быть. Но это не наше дело. — Дик обратился к Инару: — Существует запись в хрониках того храма, куда тебя принесли новорожденным. Там указано настоящее имя отца. Не думаю, что у маркиза хватит власти подкупить хранителя. Так что, если он не успел ещё найти ту книгу и выкрасть страницу, у нас будет свидетель. Если страницы нет, что ж, это тоже довод в твою пользу. Надеюсь, торговец Йофус поможет мне отыскать храм. А вы будьте осторожны, по одному не выходите. Маркиз не посмеет убить тебя до поединка, но в остальном, может выдумать что угодно. Где живет твоя возлюбленная?

— К счастью, она уехала из города и даже не знает, что у нас творится, — вздохнул Инар.

— Уже знает, — подал голос Брустон. — Я написал Литане письмо, сразу после первого «привета» от родственников, и просил не возвращаться, пока всё не решится.

— Бруська! — Инар уставился на младшего брата, словно видел его впервые. — Что ещё ты натворил за моей спиной, о чем я не знаю? Откуда в тебе такая склонность к интригам?

— От благородных предков!

— Они же тебе не кровные.

— Так что, значит, я тебе не брат, да? — ощетинился младший.

Инар снова обнял его за плечи и нежно, но крепко прижал Брустона к своей груди.

— Что бы ни случилось, мы всегда будем самыми родными братьями.

— В какой час назначена встреча на площади? — прервал семейную идиллию Дик.

—