Янтарная искра - Айза Таллер

пожалела о словах, сказанных в сердцах. Сердце бешено колотилось в груди, и я не могла понять – это от внезапной резкости Рагнара, стыда или того, что он был так мучительно близко. Нить жизни между нами туго натянулась.

Его взгляд снова остановился на моих губах, и напряжение между нами вдруг стало болезненно ощутимым.

– Но я не дурак. Я – наследный князь. Моя обязанность – защищать мои земли. Думать наперед даже когда хочется обратиться в дракона и сравнять ваш сияющий золотом и мрамором храм с землей.

Он выпрямился и резко, будто обжегся, выпустил меня. Грудь его тяжело поднималась и опускалась, словно он только что вынырнул из омута:

– За моей спиной – Фростхейм. Разлом, который мы как драконы должны охранять. Сестра. И… ты, – хрипловатым, не своим голосом продолжил он. – Так что давай без истерик. Мы спустимся вниз, позавтракаем. И решим, что будем делать. Пока я не забыл, кто из нас тут разумный.

Я не ответила. Просто медленно выдохнула и отвернулась.

Усилием воли я заставила выглянуть в коридор и, убедившись, что там нет никого из слуг, выскользнула из комнаты.

Первый этаж встретил меня непривычной тишиной вместо обычных звуков шагов или голосов.

– А где все слуги? – поинтересовалась я, спускаясь по лестнице.

Фрейя развалилась в кресле у окна и с необычайной сосредоточенностью изучала состояние своих ногтей.

– Кайлен сказал, что в доме лихорадка, и их как ветром сдуло, – пояснила она. – Учитывая, что ты в облике Эстель провела ночь рыдая в руках моего брата – что было бы весьма сомнительным поведением для замужней дамы, а еще у нас внепланово осталась жрица храма, лишние уши были бы сейчас совсем некстати.

Лия! Боги, я совсем не подумала, что она не захочет возвращаться в храм после всего увиденного.

Княжна кивнула на тахту у стены. Там, свернувшись калачиком, спала Лия. Меня скрутило от стыда: я бросила подругу одну.

– Как ты? – я опустилась рядом и осторожно дотронулась до плеча подруги. Она промычала что-то невнятное в ответ.

– Эй? Ты живая вообще?

Лия не ответила, но с явным усилием приоткрыла один глаз и, тяжело вздохнув, указав подбородком на пол. Там стояла фляга из темной стали.

Я закатила глаза: что-то мне подсказывало, что хозяин фляги – вовсе не Бранд. Подняв флягу, я понюхала содержимое и тут же поморщилась от резкого запаха:

– Ого.

– Убивает все живое вместе с воспоминаниями, – прохрипела Лия. – По крайней мере, вчера вечером мне обещали именно это.

– И как? Помогло?

– Ну… – Лия приподнялась на локте, и я только сейчас заметила, насколько растрепанной и потерянной она выглядела. Та, кто всегда напоминала мне древнюю статую – с идеальными золотистыми волосами и дерзкой, уверенной улыбкой. – Я хотя бы пережила ночь. Думаю, это уже достижение, если учесть, что мы с тобой восемь лет молились на женщину, окончательно слетевшую с катушек.

Она встала с тахты и подошла к большому зеркалу у входа в тяжелой вычурной золотой раме. Попыталась пригладить спутанные волосы, но только вздохнула.

– На втором этаже есть ванные, – напомнила я. – Можешь воспользоваться.

Лия молча кивнула и, не теряя времени, скрылась наверху – привести себя в порядок, хотя бы снаружи.

Я прошла на кухню. Покопавшись в кладовой, обнаружила там вчерашний хлеб, бутыль оливкового масла, вяленый окорок, сыр, немного фруктов.

– Почти императорский завтрак, – буркнула я сама себе.

Резать сыр и хлеб после того, что мы увидели этой ночью, казалось издевкой – нелепым, абсурдным ритуалом нормальной жизни. Тем не менее я налила масло в пиалу, бросила щепотку шалфея в кружку, залила его кипятком, хотя хотелось схватить Искру и немедленно бежать в храм, чтобы…

“Ты хочешь сражаться. Я понимаю тебя. Но не хочу толкать тебя в огонь, который должен быть твоим оружием, а не могилой.”

Я оглянулась. Рагнар стоял в дверях – собранный, несмотря на бессонную ночь и нашу ссору, и раздражающе рациональный.

“Ты боишься за меня.”

“И имею на это полное право.”

Я шагнула к нему, пряча лицо у него на груди. Мне было неловко за слова, брошенные в сердцах, и хотелось просто побыть рядом. Рагнар был в простой льняной рубашке с небрежно расстегнутым воротом, волосы влажные после купания и слегка растрепанные. От него пахло кедром и лесом, и этот родной, живой запах окутал меня, помогая успокоить отчаянно стучащее сердце.

– И знаешь что? – прошептал он над самым ухом. – Больше всего на свете сейчас мне хочется обратиться в дракона и унести тебя как можно дальше от этой страны, от этих стен, от этого храма. Укрыть от всего, что может навредить тебе. Считай, что это мои инстинкты.

– Но ты этого не сделаешь.

– Нет, – на его губах мелькнула усталая усмешка. Широкая теплая ладонь легла мне на лицо, заставляя посмотреть на него. – Потому что ты меня возненавидишь. Потому что мы – как ты там сказала – партнеры? Потому что что ты – мое пламя, а пламя гаснет под колпаком, без воздуха.

Он прижался губами к моему виску – осторожно, словно боялся, что я рассыплюсь прямо в его руках. Затем негромко вздохнул и указал в сторону двери:

– Пойдем. Остальные, наверное, уже ждут нас.

Остальные уже собрались в столовой, где пахло травами, оливковым маслом и терпким сыром. Кайлен устроился за столом так, будто ему и вовсе не было дела до вчерашнего ужаса: лениво жевал ломтик вяленого мяса и по-змеиному щурился на утреннее солнце, пробивающемся сквозь тяжелые алые шторы.

– Я думаю, что нам стоит немедленно убираться отсюда, – заметил он между делом. – Мы выяснили все, что хотели. Самое время вернуться.

– И оставить все как есть? – вспыхнула я. – Храм, артефакт, девочек, которых они поведут на новое “испытание”?

– ‎Храм стоит на месте уже двести лет, – парировал он. – Подождет нас еще пару недель, пока мы соберем силы во Фростхейме.

– И, тем не менее, даже если мы соберем силы и донесем всю информацию до совета и отца – мы не сможем объявить им открытую войну, – Рагнар скривился, взяв со стола яблоко.

– Ты в ярости, – заметил Кайлен, глядя на него.

– Я не в ярости. Я сосредоточен. Если бы я был в ярости – здесь уже никого не было бы в живых.

– Жаль. Это было бы интереснее, чем завтрак.

Фрейя покрутила в руках столовый нож:

– А сейчас мы, между тем, находимся ближе всего к артефакту. Могли бы хотя бы попытаться до него добраться.

– Звучит как рискованное предприятие, – расслабленно отозвался Кайлен.

– Боишься?

– Не хочу вытаскивать твою