Хроники Птицелова - Марина Клейн

Симурга – того и гляди рассыплется на тридцать птиц. Этот образ замечательно дополнял мой старый знакомый – цветастый Ару.

Увидев его, я поняла, кто поторопил совещающиеся силы небесные, и кивнула ему с благодарностью. Ару тихо прощебетал, расправил крылья и улетел вперед. Я с сожалением посмотрела ему вслед, а потом обратилась к добровольному проводнику:

– Спасибо! Ты Симург?

– Нет, – ответил он. – Я Разиэль.

– Разиэль! – поразилась я и призналась: – Я была на твоей улице.

Он улыбнулся, но лицо его при этом осталось таким же печальным.

– Это не моя улица, просто она названа моим именем.

– Подходящее название, – решила я. – Там довольно грустно, и ты тоже совсем не веселый. Почему?

– Это след Знания, – пояснил Разиэль. – Невозможно много знать и не быть печальным. Я выбрал знание, а вместе с ним и печаль. Как и люди когда-то.

– И правда, – согласилась я. – Как только люди подошли к Древу Познания, все пошло наперекосяк.

– Это нормально, быть немного печальным, – успокоил меня Разиэль. – Это не плохо. Тот, кто не чувствовал такой печали, никогда не почувствует и радости открытия. А эта радость стоит всех остальных радостей мира.

– Тоже верно.

– Но лучше обезуметь от печали, чем от знания. Ты готова идти? Встань здесь.

Я, немного смущенная из-за последних его слов, послушно развернулась и встала рядом с ним. Наши глаза были устремлены вперед, в темноту коридора, где затаилась смертельная пропасть.

– Обними меня, – велел Разиэль.

Не поворачиваясь, я протянула руки и крепко обняла его. От него пахло солнцем, дождем и старыми книгами. Он прижал меня к себе и сказал:

– Теперь мы вместе пойдем вперед. Не закрывай глаз, но смотри только прямо. Посмотришь вниз – упадешь.

Я кивнула, и мы вместе сделали первый шаг, потом еще один и еще. Я смотрела вперед и старалась не думать о том, что под моими ногами зияющая пустота. Мне представился узкий мост, ведущий на другую сторону, и я пошла по нему, ощущая, как ноги опускаются на что-то не твердое и не мягкое, но вполне способное выдержать мой вес.

Так мы шли несколько минут. Наконец я почувствовала под собой каменную поверхность, и как странно было снова очутиться на чем-то твердом! Как будто я много часов плавала на корабле, а не совершила небольшую прогулку по несуществующему мосту.

Разиэль отпустил меня, но слегка придержал за плечи, чтобы я не упала от нахлынувшего головокружения. Когда оно прекратилось и я смогла оглядеться, ангела уже не было. Как будто темнота поглотила его, а быть может, он самовольно растворился в ней, чтобы продолжать предаваться печали и радостям открытий.

Я поблагодарила Разиэля за помощь, надеясь, что слова успеют настигнуть его, и на ощупь пошла вперед. Вскоре я оказалась в довольно просторном помещении и заколебалась, последовать ли мне дальше или сперва обойти его.

– Это здесь, – услышала я знакомый голос.

Я повернула голову влево и увидела Ару. Его роскошные перья сверкали в удушающей тьме и освещали небольшой участок на полу у стены.

Ару сидел на крышке сундука, прямоугольного и серого, так что он даже вблизи походил на каменную ступень. Но, ощупав его, я нашла скважину – точь-в-точь такую же, как на двери.

Достав ключ, я вставила его в замок и повернула три раза. Крышка взметнулась вверх, и Ару перепорхнул с нее ко мне на плечо.

В сундуке лежала книга. Я взяла ее в руки, открыла и в свете Ару разглядела ровные строки причудливых символов, которые, конечно, не могла прочитать. И сразу поняла, что мне следует делать.

– Ты не позовешь Разиэля снова, чтобы я смогла вернуться? – спросила я Ару.

– Ты можешь пойти по другому пути, – ответил он.

Ару расправил крылья и полетел вперед. Я пошла за ним.

В конце комнаты зиял черной пастью еще один проход. Ару очень скоро растворился в его темноте, последовав за Разиэлем, и я, прижав книгу к груди, направилась за ним, с горечью подумав, что снова отправляюсь в путешествие по коридорам.

Но это уже совсем не было похоже на мои сны. Всего через несколько метров я снова уперлась в дверь и отперла ее все тем же ключом, сделав семь оборотов; едва я прошла за нее, тьма мягко уползла за мою спину, открыв слабо освещенный коридор, в конце которого виднелась лестница, ведущая вверх. Оттуда и падал свет.

У ее подножия я оглянулась и посмотрела назад, но увидела только глухую стену. Ни намека на проход, ни скважины – просто неровная серая каменная стена.

Лестница вывела меня из страшных подземелий. Густой лес окружал со всех сторон, однако никаких звуков в нем не раздавалось, так что было очевидно, что это не то место, которое мне нужно.

Я наугад побрела через заросли, несколько раз свернула и, уже пошатываясь от усталости, набрела-таки на Топкие джунгли. Жужжание роем пчел пробиралось в уши и расползалось внутри головы. Стоило больших усилий не остановиться и не рухнуть прямо там, но книга, прижатая к груди, заставляла мое сердце биться быстрее, кровь с утроенной скоростью струилась по жилам, и каждая новая порция сил шла на то, чтобы сделать еще один шаг. Так, понемногу превозмогая себя, я выбралась из зловещего леса и сразу приободрилась, хотя не увидела черной горы и не представляла, куда меня принесло. Это было не то место, где началось мое путешествие.

Я добрела до полянки, усеянной жухлой травой, и плюхнулась прямо на землю. Открыв сумку, выбросила кое-что из своей одежды, чтобы освободить место, и засунула в нее книгу. Затем обняла ее, уронила голову на траву и провалилась в глубокий сон.

Темные Коридоры меня не потревожили. Больше они никогда мне не снились.

Чтец

Я очнулся от острой боли во всем теле и без малейшего представления, где нахожусь. Зато рядом был Асфодель. Я лежал на жесткой кушетке, не в силах не то что подняться, а даже двинуться, а он сидел рядом: сжимал мою руку в обеих ладонях и прислонялся лбом к безвольным пальцам – картина, намертво врезавшаяся мне в голову и вызвавшая бурю смятения. Я понятия не имел, что могу быть так дорог ему. Он как будто едва не потерял нечто настолько ценное, без чего не мыслил своего существования.

Это так меня напугало, что я на мгновение уверился в том, что умер, и от эха первобытного страха мои пальцы слабо дрогнули. Асфодель отнял от них голову и посмотрел на