Блуждающий дух. Ветра прерий - Татьяна Кагорлицкая

Куана поймёт, кого она имеет в виду. Тот принялся невозмутимо собирать амулеты.

«Ритуал завершён… Я хочу спросить, был ли он успешен, и вместе с тем боюсь услышать правду. Что нас ждёт?..» – с нарастающим волнением подумала Джейн. Чувствуя её беспокойство, Куана послал девушке сдержанную улыбку.

– Всё не зря. Теперь я знаю, что делать.

Приблизившись, он осторожно обхватил Джейн за плечи и серьёзно посмотрел прямо в глаза.

– Ты – та, кто коснулся артефакта. Ты пробудила его, и теперь Золотой Змей неразрывно связан с тобой. Ты можешь управлять его силой – никто другой над ним не властен.

Хотя Джейн старалась никогда не пасовать перед сложностями, слова Куаны прозвучали слишком категорично и на неё разом обрушился груз ответственности, пригибая к земле. Ей совсем не хотелось стать единственным человеком, от которого всё зависело.

– Ведь и я не властна тоже!..

Видя, как она мрачнеет, Куана сказал:

– Ты не останешься одна перед лицом испытаний. Я верен слову и пройду этот путь с тобой. К тому же… Не думай, что беспомощна. Тебе ведь уже доводилось отвечать на зов Золотого Змея.

– Это правда… – признала она. – Артефакт порой словно оживает и даже показывает отрывки из прошлого… Нашёптывает что-то. Только я не понимаю этих слов.

Вспомнив о злополучном дне, когда под сводами пещеры обнаружился таинственный алтарь, Джейн добавила:

– Как так случилось, что случайного касания оказалось достаточно? Разве простой человек мог подчинить себе древнюю реликвию, ничего о ней даже не зная?

Куана опустил руки, отойдя на пару шагов, и поднял лицо к небу. Луна высветила его профиль.

– Об этом нам расскажет последний из мудрецов, к которому мы и направимся. Тебе уже было известно, что возвращение в твоё время неизбежно, осталось лишь сделать этот шаг. Голоса, которыми Змей говорит с тобой, – голоса великих шаманов прошлого, хранителей реликвии. Они проведут тебя за собой.

– Но я не могу разобрать ни слова!

– Слушать надо сердцем – большего не требуется.

Это прозвучало мудро и вместе с тем слишком размыто. Что именно нужно делать, Джейн по-прежнему не понимала. На языке вертелся вопрос, за который она сама себя презирала бы, приученная к тому, что любое проявление слабости порицается отцом. Только теперь ей не хотелось оглядываться на то, что твердил Джозеф, и поэтому Джейн не стала молчать.

– Куана, быть может… Ты сумел бы стать проводником во времени вместо меня?

Однако ему пришлось лишить её робкой надежды.

– Именно ты стала хранительницей Золотого Змея, значит, такова воля духов и этого уже не изменить. Я буду рядом, но не в моих силах выполнить то, что предначертано тебе.

Джейн судорожно вздохнула.

– Смогут ли остальные перенестись с нами?

Брови Куаны слегка сдвинулись к переносице.

– Об этом мне неведомо. Ты думаешь, что кто-то ещё захочет путешествовать во времени?

Спустя небольшую паузу Джейн призналась:

– Несколько дней назад я рассказала свою настоящую историю мистеру Ривзу, а сегодня и Джереми. Я вовсе не уверена в том, что они мне поверили, и тем более в том, что они рискнут отправиться с нами в прошлое, но…

Она осеклась, не справившись с неожиданно нахлынувшими переживаниями: «Я не хочу, чтобы наша команда распалась… Пусть её не назвать дружной и слаженной, каждый стал мне так или иначе дорог». Угадав её мысли, Куана задумчиво провёл пальцем по подбородку.

– Я ведь говорил, что стоит молчать о Золотом Змее, но, раз ты поделилась этой тайной… никто не мешает попытаться. Тогда и увидим, по плечу ли тебе перенести нескольких человек сразу.

– Змею, а не мне, – поправила Джейн со вздохом.

Индеец усмехнулся, не возражая, и протянул ей руку. Настала пора возвращаться.

– В чём твой мотив помогать? – спросила Джейн, вкладывая ладонь в его, тёплую и крепкую. – Когда ты обещал Исатаи сопровождать нас, речь шла лишь о том, чтобы разыскать Уолтера. Теперь всё намного сложнее.

– Когда я давал слово, думал, что мы преследуем преступника, наводящего ужас на простых людей, – откликнулся Куана. – А оказалось, что он – тёмный дух, и, чтобы сразиться с ним на равных, необходимо совершить поистине невероятное путешествие. Так как тут удержаться от подвига, который потомки ещё долго будут воспевать в легендах?

Вид у него был совершенно серьёзный, и Джейн даже не сразу сообразила, что индеец пошутил.

– В самом деле, глупый был вопрос, – хмыкнула она, поняв, что он ушёл от ответа, и добавила с горечью, которую не удалось скрыть: – Так всё дело в подвиге…

Её опечаленное лицо тронуло Куану. Ему с каждым днём всё труднее становилось демонстрировать напускное равнодушие, которое он давно уже не испытывал и которого эта чужачка совершенно не заслуживала. Даже сейчас, мысленно окрестив её чужачкой, он почувствовал отвращение к самому себе: очередная попытка обмануть сердце, глупая и бессмысленная. Ведь он мечтал назвать эту девушку совсем иначе…

– Не знаю, как так вышло, Джейн Хантер, но наши тропы переплелись слишком тесно. Как бы я ни пытался замедлить шаг, лишь быстрее мчусь к омуту, из которого уже не выберусь. Потому тебе нет нужды спрашивать, в чём мой мотив.

В его устах это прозвучало почти как признание. У Джейн спёрло дыхание и от нежности, и от страха за будущее. Путаясь в противоречивых чувствах, она склонила голову на плечо Куаны, ища защиты в его объятиях, и он осторожно прижал её к себе.

– Сегодняшний день слишком тяжело мне дался, – честно сказала Джейн. – Я бы хотела просто отрешиться от всех сложностей. Видимо, не получится, раз бремя легло именно на мои плечи. Только одна просьба… Расскажешь Джереми и мистеру Ривзу о путешествии в прошлое?

Куана сочувственно улыбнулся. По своему обыкновению, говорил он мало, предпочитая выражать поддержку без слов.

– Хотя бы эту часть бремени взять на себя? Пусть так.

Неожиданно их прервал шорох травы. Среди деревьев показалась Маргарет.

– Вот вы где! Я везде вас ищу.

Джейн, не ожидавшая появления журналистки, шарахнулась в сторону. У неё совершенно не было желания объяснять, зачем они с Куаной под покровом ночи отправились в рощу. Впрочем, Маргарет, судя по всему, интересовало вовсе не это: она была захвачена другими мыслями и едва ли не подпрыгивала от нетерпения.

– Энни всё-таки передумала! Побег состоится!

* * *

В отличие от воодушевлённой мисс Эймс, Джейн не находила в себе сил на радость, к тому же её обуревали тревожные думы об отце. Прежде «господин Джо» был некой абстрактной угрозой, человеком без лица. Все злодеяния, которые пережили участники шоу, Джейн с лёгкостью записывала на его счёт,