Блуждающий дух. Ветра прерий - Татьяна Кагорлицкая

тишина: ни один из свидетелей сцены не решался прокомментировать случившееся. Джейн молча следила за тем, как Джозеф удаляется, и даже не задумывалась об остальных. В её мире сейчас существовал лишь отец, встреча с которым стала не долгожданным чудом, а гвоздём, вбитым в крышку гроба её надежд. Обхватив себя руками, Джейн заморгала часто-часто, словно это помогло бы слезам не пролиться. Как и всегда в те мгновения, когда ей требовалось утешение, она неосознанно провела пальцем по овалу кулона и только потом, отследив этот жест, спохватилась. «Подарок папы… Символ всех моих детских мечтаний. Моей веры в светлое будущее… Смешно». Вымученная улыбка исказила губы. Джейн настолько привыкла носить кулон, что он казался её неотъемлемой частью, талисманом, без которого она не представляла себя, а сейчас её мутило при мысли о том, каким безнадёжным разочарованием всё обернулось. Тонкая цепочка жгла, впиваясь в кожу; гладкий синий камень будто налился тяжестью, превратившись в ярмо на шее. «Я не хочу больше обманываться…» – Поддавшись импульсу, Джейн схватилась за цепочку и дёрнула что есть силы. Застёжка лопнула с резким треском, и кулон остался зажатым в ладони как осколок прошлой жизни, к которой теперь уже не было возврата. Слёзы, которые Джейн так упорно сдерживала, всё же брызнули из глаз. Они катились к подбородку, щипали кожу, застилали взор. Мир стал размытым, нечётким, утонул в рваных всхлипах. Она сжимала кулон с таким остервенением, словно он мог вместить всё её отчаяние и в последний раз послужить ей спасением перед тем, как выскользнуть из пальцев.

«Папа…»

Кулон упал на землю с глухим стуком, поднимая облачко пыли. Джейн несколько мгновений смотрела на него, не ощущая больше ничего, а потом развернулась и зашагала прочь. Она слышала, как Маргарет зовёт её, пытаясь достучаться. Она догадывалась, в каком глубоком недоумении оставила Джереми и мистера Оллгуда. Она понимала, что должна сказать хоть что-то. Только сил на то, чтобы объясняться, не осталось. «Может, Куана и Питер придумают сколь-нибудь подходящее объяснение. Хотя они и сами не ожидали ничего подобного… Не знаю, неважно», – отрешённо подумала Джейн и устремилась прочь.

* * *

Ноги сами вывели её к ярмарке. Сегодня здесь было тихо, но Джейн всё равно не хотела задерживаться ни на миг. Впрочем, уйти далеко ей не удалось.

– Мисс Хантер! Да постойте же, Джейн! – раздался позади настойчивый зов Джереми.

Джейн нехотя сбавила скорость, понимая, что он в любом случае догонит её. Вскоре Бейкер поравнялся с ней и заговорил на ходу, вглядываясь в лицо девушки:

– Мне кажется, вы поспешили, мисс Хантер.

Оставили нас всех теряться в догадках…

Он с непривычной для него растерянностью потёр переносицу.

– Не повезло вам с папашей, сочувствую. Если хотите, чтобы его однажды по чистой случайности пристрелили где-нибудь в подворотне, организуем! – Бейкер тяжело вздохнул, прежде чем продолжить: – Только вот слишком много вопросов невольно возникает после вашей беседы с отцом.

Джейн промолчала, словно это молчание могло укрыть её, как щит, и избавить от необходимости объясняться.

В то же время она понимала, что долго так продолжаться не может и лучше рассказать всё как есть. Но даже после того, как она приняла решение, ей понадобилось ещё несколько мгновений, чтобы собраться с мыслями.

– Я всё объясню. Заранее предупреждаю, мистер Бейкер: вы вряд ли когда-либо прежде сталкивались с подобным.

– Об этом я уже и так догадался.

– И всё-таки едва ли могли предположить, что перед вами – девушка из другого века, чей отец действительно был убит, разве что не человеком, а злым духом, который способен как лишать жизни, так и возвращать её…

Хохотнув, Джереми тут же осёкся под серьёзным взглядом Джейн.

– Погодите, погодите, мисс Хантер, сейчас у меня шляпа треснет от такого букета новых сведений.

Давайте-ка всё сначала и по порядку!

– Это не так-то просто…

За время рассказа они сделали много кругов по городской площади, обходя всю ярмарку раз за разом. Когда история подошла к концу, Джереми так долго молчал, что Джейн, потеряв всякую надежду узнать его реакцию, с намёком подытожила:

– Одним словом… Как-то так.

Он даже не повернул головы.

– Мистер Бейкер, прошу вас, скажите что-нибудь!

Сняв шляпу, Джереми покрутил её в руках, будто нужные слова могли выпорхнуть оттуда и выручить его. Поскольку ничего подобного, разумеется, не случилось, ему пришлось нарушить тишину самому.

– Вам прекрасно известно, что у меня язык без костей, а сейчас даже это мне не поможет прокомментировать вашу историю. Она звучит как самая абсурдная и невероятная выдумка, не обессудьте. Я даже не подумал бы принимать на веру ваши слова, если бы не… Если бы не привык относиться к вам с уважением. И лучше бы, чёрт возьми, не привык.

В его интонации промелькнула такая явная горечь, что Джейн сразу поняла: речь не только о том, что её история совершенно неправдоподобна. «Его задело то, что я столько всего скрывала… Получается, что между нами не было доверия. И тут мне даже нечего возразить», – грустно усмехнулась она.

Тем временем Джереми вновь прервал тишину.

– Впрочем, я сам только и делаю, что обманываю и плутую. Не мне жаловаться на то, что со мной не были честны, верно?

– Мистер Бейкер, мне очень жаль, что так вышло. Стоило рассказать вам раньше, просто я не представляла, как… Ведь история действительно не располагает к тому, чтобы считать меня человеком, находящимся в здравом уме.

На этот раз едва уловимая улыбка всё же коснулась его губ.

– Согласен, она располагает к тому, чтобы считать вас безумной. Да вот незадача: я-то считаю, что вы славная девушка.

– Значит, вы всё-таки мне поверили?

Джереми не спешил ничего подтверждать. Наконец, прочистив горло, он сказал:

– Я материалист до мозга костей, мисс Хантер. И хотя в нашем путешествии мне довелось столкнуться с некоторыми явлениями, которые плохо поддаются объяснению… Перемещения во времени и восстание из мёртвых – это уже перебор. Новость о том, что мы противостоим древнему злому созданию, а не просто беспощадному убийце, и вовсе не внушает радости. Не знаю, что за чертовщина здесь творится, но желание участвовать в этом всём значительно поубавилось.

В горле поднялся ком. Джейн спросила:

– Вы боитесь?..

– Да, пожалуй. И знаете, чего именно? – Его тон стал жёстче. – Я боюсь, когда напарники скрывают от меня самое важное. Я привык рисковать головой, но предпочту делать это в компании людей, которые честно предупреждают, на что мы подписываемся.

Джейн набрала в грудь воздуха, готовясь возразить, и не сумела выдавить ни слова. Разговор с отцом