Люди и драконы - Елена Владимировна Крыжановская
— О, нет! — простонал Дик. — Придумайте что-нибудь другое, мастер! Что вам стоит? Ваша злобная изобретательность безгранична!
— Я выбрал заклад! — посмеивался Глерхэн. — Считаешь условия поединка неприемлемыми? Тогда сдавайся сразу, победа за мной!
Дик мученически вздохнул:
— Нет, если гарантируете, что не отравлюсь, и это будет лишь иллюзия, готов принять вызов.
— Иллюзией будет лишь напиток, а твои страдания как раз будут совершенно настоящими, — мастер удовлетворенно потер руки и взмахнул кистью с перстнем. На столике рядами, как шахматные фигурки, выстроились крошечные полукруглые рюмочки с сине-зеленой жидкостью в маслянистых разводах. Дик закрыл глаза, чтобы не видеть эту батарею. — На первое время хватит, — промурлыкал Глерхэн. — Начнем? Ты можешь отказаться…
Дик молча покачал головой.
— Когда тебе надоест твой вечный возраст, ты возьмешься за ум, вырастешь и станешь как все.
— Не думаю, — спокойно возразил Дик.
— Ты споришь? Пей!
Дик взял первую рюмку. Их можно было осушать одним глотком, но менее противной настойка от этого не становилась. Нельзя представить себе другую такую горечь, смешанную с чудовищной приторной сладостью.
— Не правда ли, на свете есть только один достойный рыцарский орден? — мягко спросил Глерхэн. — И это Темный круг, конечно.
— Вам виднее, мастер.
— Не увиливай. Да или нет? Темный круг — лучший орден на свете?
— Нет, — вздохнул Дик, потянувшись за второй рюмкой. — Бррр! Можно их разбивать, хотя бы?
— Пустые можно. Но если в ней останется настойка, рюмка подпрыгнет и вернется, — пригрозил Глерхэн.
Дик грохнул пустышку, запустив ею в камин. Осколки не посыпались на угли, они растаяли в воздухе.
— Дальше!
— Не терпится? Продолжим… Ты согласился бы отречься от призвания?
— Нет.
— Пей! — Мимо уха Глерхэна свистнул круглый снаряд и налетел на стену. — Будь осторожнее, не то я отниму этот чудесный способ выражать свои чувства.
— Дальше, — кивнул Дик.
— Не мог бы ты отказаться от этого словечка? До вечера.
— Это приказ, мастер?
— Пожалуй, нет. Я могу усиливать давление постепенно. Пока тебе ничего не запрещено. Вот разве что… ты согласишься не спать целую неделю?
— Вряд ли, — Дик взял четвертую порцию отравы.
— Дай слово, что останешься в моем замке на десять лет!
— Дальше.
Дик больше не бросал рюмки об стену. Выпив, он разжимал пальцы и ронял крошечную стеклянную пешку на пол, себе под ноги.
— Не правда ли, Братство Дороги прибежище одних дураков? — невинно спросил мастер Глерхэн.
— В моем лице, безусловно, — криво улыбнулся Дик и поднял рюмку. — Ваше здоровье, мастер!
После первой дюжины глотков, когда со стола исчезли все запасы настойки, Дик откинулся на спинку кресла и закрыл глаза, ожидая следующего вопроса. Когда прошла судорога, его лицо стало спокойным, как во сне. Потом он чему-то слабо усмехнулся. Глерхэн внимательно наблюдал за ним, выдерживая паузу.
— О чем задумались, рыцарь?
— О вашей несравненной доброте, мастер.
— Без иронии! Иначе спрошу ещё что-нибудь!
— Не шучу, мастер. Позволив не скрывать свои чувства и не делать вид, что мне нравится эта отрава, вы раз в пять облегчили мне задачу!
— Что же ты раньше не сказал! — горестно цокнул языком наставник, сожалея о своей оплошности.
— А можно, сам спрошу? — Получив разрешение, Дик внимательно посмотрел на Глерхэн: — У вас в роду были драконы?.. И феи.
Магистр Темного круга долго молчал, прежде чем ответить.
— Кроме магов в университете, где нужно заполнять карту крови, ты один догадался. Мой прадед был дракон. А бабка — фея. Это действительно заметно?
— Ещё бы! Вы ни разу не повторились, мастер, хотя могли спрашивать одно и то же, как обещали! Такая изобретательность в пытках и дьявольское хитроумие только у них. Дальше?
— Ты согласишься перейти в наш орден?
— Мастер, но я ведь правильно угадал… два раза… — умоляюще улыбнулся Дик.
— Так что же? Наш турнир не предусматривает милости для слишком сообразительных противников, — с потолка прямо в руку Дика спустилась чашечка с сине-зеленой жижей.
— Не понимаю я твой вкус, — Глерхэн забавлялся отвращением в лице ученика. — Отличная змеиная настойка, трехлетней выдержки. Признайся, что тебе она ужасно нравится!
— Уж-жасно! — Дик выпил следующую порцию.
— И ты в жизни не пил ничего вкуснее!
Дик молча махнул рукой, подавив судорогу и оставив это утверждение без ответа, позволил налить себе ещё глоток. А потом выдохнул, как дракон, удивляясь, что изо рта не вылетает пламя.
— Дальше!
— Куда все дети дороги так спешат, что глотают половину слов? — раздраженно осведомился Глерхэн. — Ведь нет на свете странника, который скажет: «Да, я знаю». Только: «Знаю»! Вместо: «Будьте так любезны, позвольте пройти…» — «Дорогу!» Вместо «благородный рыцарь сэр Ричард Пангир» — «Дик» и ничего больше. Это именно ты всех научил такой безличной речи?[2]
Дик виновато двинул плечом.
— Нормальные люди в этом случае говорят: «Возможно, я научил, не знаю», — терпеливо заметил Глерхэн.
— Возможно.
Маг покачал головой, признавая безнадежность случая.
— Ты ведь бываешь очень разговорчив, отчего тебе так трудно сказать самые простые слова? Неужели настолько лень?
— Возм… Не знаю, мастер. Мне трудно, потому что это лишнее. И так всё ясно. Если прикажете, буду говорить как вам угодно. Но мне это чужое. Возможно, оттого, что давно живу на свете и слышал слишком много лишних слов?
— Своему отцу ты тоже говорил «дальше»?
— Не помню… Да, когда гуляли в лесу, точно говорил.
— Дай слово, что не делаешь этого специально, чтобы позлить меня.
— Слово, — машинально ответил Дик и прикусил губу, удерживая смех. — Я не нарочно, мастер. Я слишком уважаю вас, я не посмел бы.
Глерхэн закатил глаза к потолку, придумывая достойную месть.
— Ты хуже попугая! Когда не надо, ты повторяешь, как эхо, а когда надо, никогда не согласишься… Ну-ка повтори: «Меня зовут сэр Ричард Пангир, я странствующий рыцарь».
Дик помолчал, сжав зубы. Требовательно протянул руку. Движением кисти, маг
