Величайший из рода. Связующее звено - Евгения Киселева

и, свернув в сторону черного выхода, поспешно выскочил за дверь.

По земле уже поползли длинные непрозрачные тени, последние лучи солнца угасали за горизонтом, а небо так манило своей безмятежностью. Как же сейчас ему хотелось прорваться сквозь завесу облаков туда, где царят мрак и покой. Туда, где живут бесконечная тоска и неудержимый восторг. Туда, где безграничная тишина сковала холодное сияние звезд. В небо, в Космос, вдаль от орбит и планет. Туда, где его крика никто не мог бы услышать!

Где-то за высокими заборами раздался гул мотоциклов, и Макс перевел взгляд на свой подарок. Вот он, новенький, отполированный до блеска спортивный байк.

За спиной раздались хлопок двери и тяжелые шаги по ступеням. Не раздумывая, юноша вскочил на мотоцикл. Спешно сорвавшись с места он выехал за ворота и пересек поселок. Ветер засвистел в ушах и запутался среди волос. Все потонуло в его потоках, впереди была лишь дорога. Утопая в гуще леса, она вела вперед. Макс не знал куда едет, его это не интересовало. Он хотел лишь оказаться, как можно дальше от дома и не сбавлял газа. Вот только спустя полчаса байк заглох.

– Черт! Заряд! – осмотрел он датчик заряда и упал лбом на руль.

Теперь он застрял на одной из лесных дорог, даже не зная, где находится и как вернуться.

Некоторое время юноша продолжал двигаться, толкая вперед мотоцикл и кляня себя за излишние вспыльчивость и опрометчивость. Чувство бессилия и нереальности происходящего съедали его. Наконец устав он опустился на обочину и, облокотившись спиной о мотоцикл, поднял глаза к небу.

Края облаков окрасились позолотой угасающего за горизонтом солнца. Макс наблюдал за их неспешным движением на темно-синем небе, еще немного и появятся звезды. А навязчивые комары жужжали и жужжали над ухом, когда мимо него на скорости пролетела машина.

Резкое торможение и летящий из-под колес гравий заставили юношу подскочить с места. Автомобиль сдал назад. Зеркальное стекло поползло вниз, и взору открылось бледное лицо с черными и холодными как лед глазами. Громов, со свойственной ему насмешкой, уставился на Максимилиана и стоящий рядом мотоцикл.

– У вас довольно интересное представление о том, как нужно проводить время в свой день рождения. – едко улыбнулся он.

– Просто решил прокатиться по лесу. – буркнул в ответ Макс.

– Что же не катаетесь?

– Видом любуюсь!

– Видом? – все с той же усмешкой произнес Громов, оглядываясь по сторонам.

Макс тоже обернулся. Лысые, сухие, поросшие мхом деревья в этой части леса производили разве что удручающее впечатление, как и зловонное болото по другую сторону дороги.

– У всех разные понятия красоты. – буркнул юноша, торопясь увести разговор в сторону. – Могу я спросить, что вас занесло в эту глушь?

– Как и вы решил прокатиться загородом. Воздухом подышать. Но, кажется, я немного заплутал в лабиринте местных дорог. В какой стороне трасса?

– У вас разве нет навигатора?

– Он-то меня сюда и завел, видимо настройки сбились. – не сводил с него внимательного взгляда военный. – Могу я воспользоваться вашим?

– Эм-м… – растерялся Макс. Сознаться Громову в том, что он оказался посреди леса с разряженным аккумулятором и понятия не имеет, как вернуться домой?! Да, никогда! – Вероятно, это общий сбой. Мой тоже не работает!

– Ваш дом в одной стороне с шоссе. Может, просто укажете направление?

Макс завертелся по сторонам, пытаясь припомнить подробности пути, но не мог вспомнить ничего с того момента, как выехал за ворота.

– Туда! – указал он произвольное направление.

– Понятно. – удовлетворенно кивнул военный. – Садись! – указал он на соседнее кресло. – Я отвезу тебя домой.

– Я в вашей помощи не нуждаюсь!

– Серьезно? – злорадно улыбнулся Ян Александрович. – Я хорошо знаю этот лес. Ты примерно в тридцати километрах от дома. Не лучшее место для отдыха. Здесь встречаются бродячие собаки, которые могут быть опасны для заплутавших путников. Еще здесь полно комаров и клещей. Так что лучше бы тебе сесть в машину!

Макс сомневался. Собак он не боялся, но комары так и наседали со всех сторон, да и перспектива идти пешком в неизвестном направлении его не прельщала, впрочем, как и кампания Громова. Но, как он оставит здесь свой подарок?

– Рядом с дисплеем есть небольшой датчик, на случай, если произойдет нечто подобное. – словно прочел его мысли Громов. – Нажми его, и через пару минут здесь уже будут дроны, которые подадут сигнал эвакуатору. Твой байк в целости и сохранности прибудет прямо домой.

Ян Александрович открыл дверь автомобиля, и Макс, еще раз, с сомнением обернувшись вокруг, подчинился.

Провалившись в комфортное кожаное кресло, юноша с интересом рассмотрел салон машины. Внутри автомобиль был не менее элегантен, нежели снаружи. Спортивный, дорогой и красивый.

– Это мое недавнее приобретение. – довольно поглядывая на юношу Громов положил руки на руль и надавил на педаль газа. – Нравится?

– Да, тачка супер! – кивнул юноша.

– Тачка?! – недовольно фыркнул Громов. – Эта машина настоящее произведение искусства!

– Я предпочитаю авиацию наземному транспорту.

– Ах, да! Я и забыл! Хотя, должен заметить, стоила эта машина немногим меньше космического корабля.

– Вот если бы она еще и летать за такие деньги могла…

Ян Александрович смерил его не то ехидным, не то веселым взглядом и прибавил ходу.

Машина слушалась водителя, словно он сам был его частью. Гравий, песок или асфальт, поверхность не имела значения. На высокой скорости она легко вписывалась в любой поворот, и Макс завороженно наблюдал за полковником.

– Так все же, как ты оказался посреди леса один? – на удивление участливо поинтересовался Громов.

– Решил опробовать подарок, но не рассчитал заряд. – пожал плечами Макс.

– На тебя это не похоже.

– Вы знаете, что на меня похоже? – огрызнулся юноша.

– Я знаю генерала! И почти уверен, что твоя отлучка, это его заслуга! – уверенно взглянул тот. – Я прав?

– Нет! – как можно тверже произнес Макс.

– Ты не умеешь врать! – усмехнулся Громов. – Даже напрягаться не надо, чтобы понять это по твоим глазам, в них все написано.

– Это не ваше дело!

– Возможно. Только знаешь, генерал при всех его достоинствах человек весьма своеобразный. Он может испытывать множество чувств, но не любовь. Вся его жизнь это политика, работа, развлечения и женщины, а до детей ему никогда дела не было. Так что, если ждешь от него родительского тепла и доверия, не тешь себя пустыми надеждами.

– Откуда вам это знать?

Громов промолчал.

– Вы сами-то много кого любите?! Вы же волк-одиночка! Всегда один, взаперти своего кабинета! Что вы можете знать о любви?

Ян Александрович повернулся к нему, и Максу стало не по себе под его пристальным взглядом. Может от того, что привычно бесчувственные